Валерия Ангелос – Любовь Дикого (страница 88)

Врубаю музыку. Громче.

Мчу по трассе. Разгоняюсь по привычке. Как на волю вышел, так и вошел во вкус. Гонять на полную. Но по ходу пора с этим завязывать.

Есть грань. И у меня нет права ее потерять.

Сбрасываю скорость.

Пиздец.

Законопослушный гражданин.

Ну почти.

Прошлое перед глазами мелькает. Раскадровка.

Ее улыбка. Сверкающий взгляд. Блеск обручального кольца, которое надеваю на ее палец. Свадебное платье. Белая ткань мнется под моими пальцами.

Дурная примета — видеть невесту перед свадьбой.

А еще хуже — быть долбоебом. Затевать криминальные разборки. Борзеть. Охуевать от собственной невъебенности. Вести себя будто бессмертный.

Челюсти сжимаются. До ломоты.

Думаю о нашем нерожденном ребенке.

И музыки нет. Нет авто вокруг. Пусто.

Назад не вернуться. Ничего не исправить. Но настоящее в моих руках. И теперь никаких гребаных косяков. Свой лимит исчерпал, когда оказался за решеткой.

Притормаживаю возле Катиного дома.

Свет в гостиной горит. Видно через неплотно задернутые шторы.

Значит, не спит.

Глушу двигатель. Направляюсь к двери. Звоню.

По ту сторону тихо. Ни хрена не слышно.

Затаилась? Открывать не хочет.

Вот же…

Реально думает, просто так отсюда свалю?

Опять звоню. Настойчиво. Еще и еще.

Никакой реакции.

Ну ладно. Сама напросилась.

Врезаю кулаком. Раз за разом. Паузу беру, только чтобы прислушаться, что в доме творится.

Шаги. Шорох.

Но подойти она все равно не торопится.

— Кать, — бросаю. — Открывай! По-хорошему открывай.

Молчит.

— Или я сам открою, — рявкаю. — По-своему.

Вбиваю кулак в дверь.

— Катя!

Опять шаги и шорох. Только ближе. А после щелчок замка — и я не успеваю снова рубануть кулаком по двери. Та сама распахивается. Резко.

— С ума сошел? — шипит Катя. — Всех соседей разбудишь.

Возмущается. Выставить меня пытается.

Но я уже не слушаю. Не получается.

Она такая…

Взвинченная. Нервная. И одури родная. Моя. Вся!

Волосы собраны в небрежный пучок на затылке. Растрепаны. Глаза полыхают. И я залипаю. На красивом лице. На белой шее. На тонких ключицах. На ее блузке, где верхние пуговицы расстегнуты, виднеется край кружевного бюстгальтера.

Она слишком…

Слишком.

И все.

Накрываю ее затылок ладонью. Целую. Жадно сминаю губы. Проталкиваю язык в ее рот. Глубже. Мощнее. Вылизываю изнутри. Пожираю протестующий стон.

Нет, Катя. Поздно.

Обхватываю за бедра. Шагаю вперед, подталкивая ее дальше. Вглубь прихожей. И дверь захлопываю ногой. Замок сам защелкивается.

Она зависает от моего напора. Но ненадолго.

Вырывается так, что пиздец. Царапается. Извивается. Выкручивается. Потому и приходится отпустить.

Отшатывается от меня. Дышит тяжело. Рвано.

И взгляд у нее сейчас чуть поплывший. Но есть еще что-то. Напряжение. Но не такое как обычно. Будто и не со мной связано.

Проблемы на работе?

Да на хер ей эта работа, вообще. Если босс ей нервы треплет, ему конец. Уебу. И похуй, кто он и какие у него тяги. Нечего доставать мою Катю.

— Тебе совсем наплевать на меня, — бросает она.

— Кать…

— Сказала же.

— Слушай, — начинаю.

— Устала! — выпаливает. — Устала я тебя слушать. Понимаешь? Занята сегодня. Просила же не приезжать. А ты… ну ты как всегда.

Закладываю руки в карманы. Сам не знаю, как удерживаюсь от того, чтобы снова ее не сгрести в объятья.

Замечаю, что стол позади нее завален какими-то документами. Лэптоп открыт. Рядом чашка кофе.

— Делай отчет, — говорю. — Подожду.

— Что?

Брови сводит.

А я не успеваю ничего ответить, потому что она взмахивает рукой, делая знак закрыть рот.

— Все! — выдает. — Хватит.