Валерия Ангелос – Любовь Дикого (страница 110)

— Не знаю, — бросаю.

— Что это значит?

— А то и значит, — говорю, спокойно встречая его помрачневший взгляд. — Может быть мне здесь ничего не понравится.

И мне уже не нравится, кстати. Хотя еду еще не видела.

— Я распорядился взять все, что ты обычно ешь, — говорит Демьян.

Какой заботливый.

— А вкусы меняются, — плечом дергаю. — Особенно в такое время.

Откладывает планшет.

— Сейчас посмотрю, что там есть, — заявляет и поднимается.

Сам решает этим вопросом заняться.

Поражаюсь его выдержке.

Тоже стараюсь успокоиться, не накручивать себя еще больше. Но это тяжело.

— Что ты, — говорю. — Не отвлекайся.

Выразительно на планшет киваю.

— Работа, — прибавляю. — Секретарь.

Он шагает вперед, сокращая расстояния между нами до минимума, хотя между креслами и так совсем небольшой проход. Хотелось бы больше.

— Кать, — бросает.

И его ладони приземляется совсем рядом. Одна опускается на подлокотник, почти касаясь моей руки. Вторая ложится на спинку кресла.

Вздергиваю бровь.

— Работы всегда хватает, — говорит Демьян. — Но приоритет у меня сейчас только один.

Да?

— Вы.

Прежде чем успеваю отклониться или хоть что-нибудь сообразить, он уже наклоняется и накрывает губами мой живот.

— Дем, — начинаю и осекаюсь.

Отстраняться он не спешит. Щекой трется. И даже через одежду это прикосновение обжигает. Нежное, чувственное. Доводит до дрожи.

— Так что ты будешь? — спрашивает Демьян, наконец, отодвигаясь от меня, взгляд ловит, внимательно изучает.

— Принеси, — отвечаю тихо. — Посмотрю.

Глупо ревновать. И сердиться на него из-за той секретарши. Глупо… но эмоции захлестывают. Меняются так быстро, что голова кругом.

Сбежать от него мечтаю. Закончить все. И в тот же момент в голове бьется единственная мысль — не хочу, чтобы он меня отпускал.

И Демьян не отпускает. Так и задерживается. Стоит, склонившись надо мной. В глаза мои вглядывается. И чем больше времени пробегает, тем сильнее чувство, будто мои мысли для него открытая книга.

— Иди, — говорю.

— Сейчас.

Опять мой живот целует. Трется щекой, заставляя поежиться. И только потом отходит.

А я обнимаю себя руками. Ладони скользят по животу. Пальцы замирают там, где совсем недавно до меня дотрагивался Демьян.

Вместе нам быть нельзя. Умом это четко осознаю. А внутри все бунтует. И моя душа протестует.

Ладно. Не нужно себя еще больше накручивать. Пока что я даже не понимаю, куда именно мы летим. Про побег точно нет смысла сейчас размышлять.

Веду головой. Взгляд падает на планшет Демьяна, который так и остался на сиденье, причем не заблокировался.

Экран горит. Виднеется открытое окно какого-то сообщения. На расстоянии не прочитать, но если немного податься вперед…

Одергиваю себя.

Конечно, любопытно. Даже так понятно, что там не личная переписка. Что-то рабочее. А это еще любопытнее. Представление о делах его компании у меня есть. Неделю назад сама кое-какие факты решила выяснить. Но это же все только официальная сторона.

В любом случае не стану лезть в его дела вот так.

Проходит некоторое время. Демьян возвращается с какими-то документами в руках. Полностью на этих бумагах сосредоточен. А следом за ним вдруг появляется девушка-бортпроводник. Она подталкивает вперед тележку, полностью заставленную едой.

Демьян усаживается на свое место, а девушка подходит ближе.

— Позволите? — спрашивает.

И после моего кивка устанавливает тележку между сиденьями.

Девушка опять обращается ко мне, предлагает еду и напитки. Она приятная, действует профессионально, вот только внутри меня оживают чувства, которые мне совсем не нравятся.

Красивая она. Молодая.

Интересно, часто Демьян в ее компании летает? Долгие у них перелеты?

Повисает пауза.

Девушка прочищает горло и повторяет вопрос насчет моих предпочтений.

Отвечаю ей что-то и Демьян тут же отрывается от своих документов.

— Можете идти, — вдруг говорит девушке, не глядя на нее.

Только на меня смотрит.

Она поспешно удаляется, опять оставляя нас наедине.

— Давай, Кать, — говорит он. — Что будешь?

Еды много. Все полезное, вкусное. И как бы я не сердилась на Демьяна, нельзя не отметить то, как он умеет предугадать каждую деталь. Всегда.

— Да, сейчас, — отвечаю, кивнув.

Чувствую, он продолжает за мной наблюдать. Но потом все же опять переключается на работу.

Бросаю взгляд вперед.

Да. Демьян теперь что-то новое открывает. Читает. Хмурится. То на экран глаза переводит, то на те бумаги, что у него в руках.

Ладно, не хочу думать про его дела.

Но не думать не получается.

Опять куда-нибудь влезет. Сядет. И…

Хватит.

Беру круассан. Разрезаю. Маслом изнутри намазываю, закладываю туда сыр, бекон, зелень.