Валерия Ангелос – Любимая игрушка Зверя (страница 76)

- В твоих интересах, чтобы сработало, - произносит он. – Мой сын никогда на тебе не женится. Уверен, ты сама понимаешь, как это глупо. Я не допущу мезальянс. Никите нужна девушка из нормальной семьи. Без детей. Равная ему.

- Вы уже подобрали невесту? – интересуюсь мягко.

Прищур зеленых глаз. Хитрый и хищный, до боли знакомый, но чужой. Ужасающий контраст.

Я ощущаю себя гораздо хуже, чем когда Гурам запер меня в контейнере со своими людьми и угрожал групповым изнасилованием. Здесь нет здоровенных охранников. Только я и Багров. Он не станет меня насиловать и калечить… физически. Но и его взгляда достаточно, чтобы оставить по всему телу незаживающие раны, глубокие и гниющие.

Страшный человек. Чудовище. От него такая аура исходит, что мороз пробегает по взмокшей коже. Убийца. Собиратель душ.

- Признаю, ты хороша, - говорит он. – Не знаю, почему свою жизнь не устроила и терпела того олуха, который тебе со всеми бабами подряд рога наставлял. В чем был смысл – я без понятия. Да и наплевать. Моего сына ты ловко окрутила. Как безродного щенка за собой повела. Задурила ему башку. Даже заставила ринг бросить. Теперь он не кулаками махает, а в серьезные дела вникает. Ну прямо загляденье. И диплом успел получить, и несколько бизнесов начал. Один у твоего лопуха отжал, остальные честно ведет, никакая налоговая не подкопается. Мне бы умиляться этим переменам. Но я же не идиот. Это умелая игра. Ты явно свою выгоду преследуешь. Вот и забирай сразу.

- Вы ошибаетесь, - говорю я. – Нет никакой игры. Я люблю Никиту, а он любит меня. Все по-честному. Ваши деньги меня не волнуют. Никогда не думала, что все сложится таким образом, но от своих чувств я не откажусь. Ник не поверит, если я попробую расстаться.

- Значит, сделай так, чтобы поверил, - произносит с нажимом.

- Как вы себе это представляете? – горько усмехаюсь. – Солгать ему? Он почувствует. Он всегда чувствует, когда я пытаюсь утаить или…

- Хватит, - обрывает резко. – Взрослая баба с детьми не пара для моего единственного сына. Все. Точка. Меня не волнует, как ты будешь решать этот вопрос, что ему скажешь, каким образом прервешь этот омерзительный роман. Важен только результат. Ты его бросишь. Сегодня. При первой же возможности. Сумела запудрить мозги, отвадить окажется еще легче. Похлопаешь своими милыми ресничками и пошлешь к черту.

- Он поймет, - повторяю сдавленно. – Поймет.

- Тогда вали из города, детей в охапку и двигай, - заявляет с раздражением. – Я не обязан давать тебе варианты. Сама разберешься. Тут предостаточно денег. Раз нет ума разрулить все разговором, то иначе отношения закругляй.

- А если я откажусь? – выдаю глухо.

- Очень не советую, - произносит обманчиво мягко. – Каждый родитель защищает своего ребенка до последнего. Думаю, ты не исключение. Сын. Дочь. Можешь потерять гораздо больше чем я. Уверен, ты примешь правильное решение. Другого выбора нет. Я не чувствую пола под ногами. Руки отнимаются. Но огромным усилием воли заставляю себя подняться и взять сумку с деньгами.

- Откройте, пожалуйста, - роняю тихо.

Багров нажимает на кнопку. Дверь позади распахивается, впуская в комнату свежий воздух. Или это иллюзия?

Я ухожу, не оборачиваясь. Ухожу с проклятыми деньгами.

Конечно, он не сделал прямых угроз, не выдал ничего вслух. Но черт. Куда еще прямее? Прозрачно намекнул, что у меня двое детей, поэтому выкручиваться и отказываться от щедрых предложений попросту неразумно. Забирай подачку и проваливай.

Иду вперед, однако дорогу не разбираю. С трудом понимаю, где я.

Привыкла поступать правильно, честно. Привыкла следовать зову души, сердца. Теперь впервые так сильно метаюсь, разрываюсь на части. Как выбирать, когда выбора нет? Как избежать предательства?

Глава 43

- Она взяла деньги, - говорит отец.

- А кто бы не взял? – хмыкаю.

Захожу в комнату сразу же после того как отсюда уходит Льдинка. Шумно вдыхаю воздух, ощущаю ее аромат. Легкий и нежный, пьянящий. Дурею и балдею. Даже мой гребаный папаша замечает, как ловлю кайф, улыбаюсь, будто дебил.

И я не раскаиваюсь. Черт. Ни капли в этом своем бреду не раскаиваюсь.

Но не все гладко. Скотский поступок. Мерзкий. С моей стороны. Растревожить свою собственную женщины, разбередить ее раны, позволить этому мудаку ударить по уязвимым точкам.

Я разрешил пытать ее. Здесь. У меня на глазах. Я следил, смотрел за всем происходящим по камерам. Ловил каждый миг.

Блядь. Выхода не было. Отец не отступит и не сдастся. Сейчас у меня не хватит ресурсов ему противостоять. Очевидный факт. Если гад захочет превратить чью-то жизнь в ад, то никто и ничто не помешает. Даже я не вывезу. Сегодня – не вывезу. В будущем – еще есть вариант, поборемся, поглядим. Но Льдинка нужна мне сейчас. Сегодня. В эту минуту и навсегда. Я не готов тратить годы на подъем, не готов ее отпускать и дарить другим мужикам.

Единственный путь – дать отцу иллюзию контроля.

Он прется по этому. Тащится. Вот реально. Я знаю, уверен на все сто. Дьявол, я сам точно такой же.

Пускай он думает, будто рулит раскладом. Иначе мне точно не одержать верх. Когда враг настолько превосходит тебя по всем параметрам, приходится использовать очень грязные методы. Предавать. Лгать.

Хотя скоро я все расскажу. Открою своей женщине истину. Я расскажу ей гораздо больше, чем она готова будет услышать.

- Будь она такой честной, как ты считаешь, ломалась бы дольше, - презрительно заключает Багров. – Рыдала бы тут, падала на колени, умоляла о пощаде. А так прихватила сумку и умчала, будто только эту подачку и ждала.

Виртуоз. Меня завораживает его манера изворачиваться и перекручивать факты, выдавать белое за черное и наоборот. Для него не существует проигрышных партий. Жизнь просто как шахматная доска. Причем клетки он перекрашивает на собственный лад.

- Ты пригрозил убить ее детей, - бросаю я.

- Что? Да я и словом не обмолвился…

- Она честная, - обрываю. – Но не дура и не истеричка. Я бы разочаровался в ней, если бы рухнула на пол перед тобой, показала слабость и расплакалась. Она отлично прочитала твою суть. Плевать ты хотел на ее мольбы, на унижения, на нее саму. Было глупо давать тебе лишнее удовольствие и повод для торжества. Ирина повела себя с достоинством. И здесь я влюбился в нее опять.

Ошибка. Кретин. Гребаная ошибка.

Признаться в любви. Перед отцом. Все равно как выдать ему оружие и попросить, чтобы разрядил всю обойму.

Хорошо хоть ублюдок дал клятву. Обещал не трогать ни Льдинку, ни ее детей. Не вредить им, не отдавать никаких приказов на их счет своим людям. Поздно теперь метаться. Слово сказано.

Это и был наш договор. Я разрешаю ему осуществить проверку. Он клянется больше не лезть. Единственный раз. Никаких повторных дублей этого спектакля.

Я бы мог отказать. Послать урода к черту. Первый порыв едва удалось подавить. Потом пришла трезвость мыслей. Отец властен устроить нам настоящее пекло. Никогда не остановится, ни перед чем не постоит.

Надо погасить конфликт. В зародыше. Хотя бы попытаться.

Я не имею права рисковать своей женщиной. Не имею права подвергать опасности ее детей. Мелкие паскудники. Занозы в заднице. Но черт побери, я успел привязаться.

Пацан только оттаивать начал. Принял меня. С девчонкой сложнее. Влюбленность напрягает. Хотя и тут справиться можно.

Вообще, не думал, что с детьми общаться буду. Не представлял такого. Другое измерение. Чужая реальность. Я бы ржал, если бы Тайсон предсказал мне роль няньки в будущем.

А теперь своих хочу. Двух желательно. И не важно – девки или пацаны. От нее хочу. От своей Иглы.

- Хитрая баба, - хмыкает отец. – Уже вижу как она будет тебя представлять. Глаза на мокром месте, голос дрожит. Вот когда обрыдается, чтобы против родного отца тебя настроить.

- Поздно, - усмехаюсь. – Я настроен против тебя почти двадцать лет. Хуже никто не сделает. Ниже ты в моих глазах никогда не упадешь.

- Глупец, - кривится. – Я сделал все, чтобы защитить тебя. Дать лучшую жизнь. Дать то, чего сам не имел и не видел. Я не жалею. Я ничего бы не поменял.

- Ты должен был мать защищать, - отрезаю. – И вообще. Разве ты меня спросил? Хочу ли я таких жертв? Нужно ли мне все это дерьмо? Может, я и мечтал быть обычным. Гонять мяч по двору без надзора сраной охраны.

- Сопляк, - выплевывает с презрением. – Да сотни простых пацанов хотели бы стать тобой! Занять твое место. Они бы убили за такой шанс.

- Вперед, - говорю. – Я готов поменяться. Выбирай себе нового наследника и пусть он правит. А я буду жить как сам считаю нужным.

- Пошел вон, - отмахивается отец.

С удовольствием. Разворачиваюсь и направляюсь к выходу из кабинета. Скорее бы до Льдинки добраться, поговорить, объяснить, успокоить мою девочку. Она накрутит себя, нервы вымотает. Фантазерка моя родная.

- Твою бабу не трону, - раздается мне вслед. – Я свои клятвы держу. Хотел – получил. Наслаждайся этой шлюхой сколько влезет. Жри ложками. Только смотри не подавись. Готов с ней до конца быть. Молодец. Хорош. А она готова? Выдержит?

Не оборачиваюсь. Кулаки сжимаю.

- Она не шлюха, - выдаю холодно.

- Ну да, конечно, - фыркает. – Мать двоих детей. Практически не тронутая. Целкой тебе досталась, прямо с небес на голову рухнула.

- Чтоб ты сдох, - толкаю дверь и выхожу.

- Я тоже тебя люблю, сын, - плевок в спину.