Валерия Ангелос – Идеальная для меня (страница 71)

— Ясно, — заключает Волков с усмешкой. — Присядь.

Занимаю место напротив него.

Он же усаживается за свой лэптоп, проверяет содержимое моей флешки. Быстро просматривает содержимое архива.

— Если тот, кто помог тебе с этим материалом, захочет заработать по-настоящему хорошо, то передай ему мой контакт, — заключает Волков.

Уверен, у него самого есть отличные специалисты. Но даже его впечатляет работа Джокера.

Понятно, что я не сам слил всю эту информацию с компьютера своего отца. Помощь профессионала выглядит логично с учетом того, что здесь есть.

— Я знал твою мать, — говорит Волков.

И ставит меня в тупик.

Чего?

— Она приходила ко мне. Предупреждала насчет твоего отца, когда наши интересы впервые столкнулись.

Это открытие, которого не ждал.

— Жаль, что операция ей не помогла, — продолжает Волков. — Я бы в любом случае сделал для нее все. Был знаком с твоим дедом. Несколько раз он меня сильно выручал.

Сейчас кажется безумным, что Волкову кто-то помогал. Настолько высоко он поднялся. Но конечно, каждый с чего-то начинал.

В свое время мой дед занимал серьезный пост. И связи у него были мощные. Эти связи и помогли Царькову забраться туда, где он оказался.

— Я бы и тебя поддержал, Богдан, — заключает Волков. — Даже без этого компромата. Твой отец давно берега потерял.

По его взгляду понимаю, что информация о том, что Царьков под него копает, для Волкова не новость. Он не удивлен. Вероятно, часть материалов уже раздобыли его люди. Но теперь есть полная картина. И не только по этой теме. Архив внушительный.

Отец многим дорогу перешел. Однако из-за его связей на самом высоком уровне далеко не каждый может бросить ему вызов.

Царьков под защитой полиции. Но судя по реакции Волкова, ему тоже есть чем на это ответить.

А еще я понимаю, что это Волков тогда помог моей матери. Вот откуда у нас неожиданно появились деньги на операцию.

— Почему ты пришел ко мне? — спрашивает Волков.

И я знаю, речь не том, почему среди всех врагов отца я выбрал именно его. Речь о том, почему я вообще это затеял.

Говорю как есть.

— Отец пошел против девушки, которую я люблю.

Как бы это не звучало. Говорю правду.

В другом случае действовал бы иначе. Как и собирался изначально. Сам бы с отцом разобрался. В свое время. Когда у него бы не получилось от меня взять и отмахнуться, когда я бы набрал реальную силу.

Но теперь время ограничено. Выжидать нечего. Отец не остановится. Родители Мальвины под угрозой заключения в тюрьму. Нужно действовать.

Лицо Волкова остается непроницаемым.

А потом он кивает.

— Разберемся.

Чую, у него уже был план. Но этот материал многое меняет. И если удар должен был быть сильным, то теперь станет финальным.

Обмениваемся еще парой фраз.

Выхожу из кабинета. На автомате проверяю телефон. Там несколько пропущенных от Джокера.

Сразу же перезваниваю.

Этот парень не стал бы трезвонить без реального повода.

— Что? — спрашиваю.

— Пропала связь, — говорит Джокер. — Нет доступ к камерам наблюдения. До Суворова не дозвониться.

— Ты же все держал под контролем, — цежу. — И видео, и сеть. Говорил, что никто не подберется туда незамеченным.

— Да, но одного не учел.

— Чего? Кто вообще мог взломать твою систему?

— Никто, — твердо заявляет Джокер.

— Но есть проблема.

— Да, я не учел, что кому-то придет в голову тупо разнести рубильник. Система сейчас попросту обесточена.

— Тогда связь должна появиться.

— «Глушилка» работает автономно. Можно было бы переподключиться к ней. Отрубить. Но только через рубильник, который уже разбит.

— Дерьмо.

— Не спорю.

— Это Дина?

— Нет, прямо сейчас за ней наблюдаю по камерам. Из родительской квартиры она не выходит.

— Тогда кто?

Джокер молчит.

И я понимаю, что теперь вообще непонятно, кто именно все это затеял. Одно ясно — надо скорее мчать обратно.

Моя Мальвина в опасности.

61

— Как тебе это удалось? — раздается резкий голос Суворова.

И я выдыхаю с облегчением, но это чувство длится недолго, потому что уже в следующую секунду происходящее напрочь сбивает меня с толку.

— А ну отпусти меня, — шипит Даша. — Сейчас же! Убери ты уже свои руки. Не трогай!..

Он сгребает мою подругу. Ближе. Игнорирует ее возгласы.

— Что ты сделала? — спрашивает хмуро.

— Ничего, мы просто фильм смотрели, — вступаю в разговор я.

— Свет тоже просто так отключился? — мрачно интересуется парень, явно не верит нам.

— Отпусти! Нечего меня лапать…

— Не держу, — рявкает Суворов. — Сама под руку попалась.

— Да тебе вечно все «само» попадается.

— Даша, — цедит он.

— Что? — бросает подруга.