Валерия Ангелос – Горец. Его любовь (страница 74)

— Тогда никто не знал, кем я стану, — замечает Джамал, когда у нас заходит разговор на эту тему. — Никто не думал, что я заработаю денег. Видела бы ты, как они оживились, когда узнали про мои гонорары на ринге. Сразу же начали звонить, приезжать в гости. А некоторые еще и укоряют, мол, оторвался я от родной земли, от своих корней. Как будто прежде им было до меня хоть какое-то дело.

На свадьбу никто из его родственников не приглашен.

Понимаю решение Джамала. Осторожно стараюсь выяснить, есть ли у него друзья детства. При одном лишь упоминании того периода он мрачнеет.

— Варь, у нас был такой детдом, что, — он кривится. — Даже вспоминать не хочу.

А мне и слова подобрать тяжело.

Мое детство было счастливым.

Пусть я не знала роскоши, какого-то богатства, но в деревне всего хватало. И в детстве мы просто счастливо носились повсюду. То на речку, то к пруду. Лазили по деревьям. Играли в «казаков-разбойников». Строили шалаши из старых пледов и тряпок.

Веселое время. И сейчас приятно вернуться туда.

Но я чувствую, у Джамала не самые приятные воспоминания.

— Был один хороший приятель, — замечает он, хмуро сводя брови. — Только сейчас он за решеткой. И даже будь на свободе, не думаю, что ты бы хотела видеть его у нас в доме.

— Ну я уже знаю, что многие твои приятели сидели.

— Ты про Черного? — кривится. — Да там херня была. Его считай, сразу выпустили на волю. За мошенничество пытались прижать, но тоже не вышло. Серьезного ему предъявить нечего.

Потому что о таком неизвестно. Или лучше сказать — доказательств нет. Ведь у меня перед глазами до сих пор стоит мрачная картина расправы над одним из предателей.

— Конечно, Дикий не твой приятель, но он побывал в самой жуткой тюрьме нашей страны, — говорю.

Впрочем, обвинения с Дикого сняты. Недавно вышел большой репортаж про ту историю. Про то, как именно его тогда подставили.

Но я же понимаю, дыма без огня не бывает.

Хотя для меня главное — реакция Кати. Она простила Демьяна, вернулась к нему. Они снова вместе. Потому и придут на нашу свадьбу. Здесь Джамал мне уступил. Сам бы он никогда не стал звать Дикого.

— По ходу только я в этой компании на зоне не был, — криво усмехается Джамал. — Но это скорее недоработка ментов.

— Не смешно, — хлопаю его ладонью по груди.

— Да ты чего, Варь? — ухмыляется шире, крепко притягивает меня к себе. — Это раньше было за что меня посадить. А теперь — все, поздно уже. Чисто.

— Ну смотри, — выдаю. — У тебя будет двое детей. Даже не думай куда-то влезть.

— Трое детей, Варя, — поправляет он. — У нас трое.

Закрепляет слова поцелуем.

Сейчас этот недавний разговор четко встает в памяти — и на душе сразу ощутимо теплеет.

Выхожу из дома.

Меня встречают родители. Богдаша бросается ко мне, протягивает руки. Обнимаю сыночка.

— Мама, мамочка, ты такая красивая, — говорит он. — Ты как в сказке. Мы в садике смотрели.

— Спасибо, мой родной.

— Очень красивая!

Слезы наворачиваются на глаза.

И момент такой, и гормоны шалят. Но плакать мне хочется не от печали, не от тяжести, а от того, что накрывает светом. Снаружи. Изнутри. Непривычное чувство.

В последнее время хватало стресса. А теперь — резкий переход. Вот и накатывает.

Церемония пройдет здесь. Рядом с домом Джамала. Тут есть небольшой пруд, через который проходит резной деревянный мостик. Вокруг выстроены беседки, увитые виноградом.

Очень уютное место. Особенно в это время года, когда все распускается и цветет.

Пространство вокруг пронизывают мягкие, золотистые лучи солнца. Дует легкий, приятный ветерок.

Арка, перед которой пройдет роспись, установлена возле самой кромки воды. Светлая, украшенная розами и пионами. Оформление выполнено в нежных, чуть приглушенных тонах. Красиво вписывается в общий пейзаж, сочетается с зелеными лужайками вокруг, с пышными кронами деревьев. Шелковые ленты, которыми обвита арка, слегка развеваются.

Широкая дорожка, выложенная диким камнем, ведет к пруду. К тому самому месту, где установлена арка. Она усыпана лепестками белых роз. По обе стороны от дорожки выставлены высокие кованые фонари. За стеклом уже полыхают свечи.

Это все и правда выглядит будто картинка из ожившей сказки.

Столы для гостей установлены в беседках. Светлые кружевные скатерти, фарфоровая посуда, хрустальные бокалы. Украшения из свежих цветов.

Играет струнный квартет. Исполняют современные песни в «классической» интерпретации. Звучит необычно.

Вокруг — свечи в стеклянных колбах. Уже можно представить, насколько атмосферно это будет смотреться на закате. И позже, когда солнце полностью скроется за горизонтом.

Я смотрю вперед. Вижу Джамала. Когда появляюсь тут, музыка слегка стихает, а потом начинается новый виток.

Он шагает ко мне. Я — к нему.

И в этот момент кажется, будто вокруг никого нет. Только мы вдвоем. Остальной мир словно затуманивается, рассеивается.

Я была бы счастлива и самой простой росписи. Без всех этих приготовлений, без эффектного оформления.

Но Джамал настаивал. Хотел создать для меня особенный момент. Вот только ничего уже не надо создавать. Все и так есть.

Кажется, рядом с ним иначе не бывает.

До сердца, до души.

Хватает одного взгляда. Одной улыбки. Единственного касания. И каждый раз ощущается будто чистая магия. Рядом с ним чувствую себя так, как никогда раньше ни с кем себя не чувствовала.

Вот и сейчас сердце колотится, бьется о ребра.

Джамал берет меня за руку, крепко сжимает. И глядя в его глаза, понимаю, что все будет хорошо. Иначе и быть не может. Он всегда найдет способ защитить нашу семью.

Я настолько взволнована сейчас, что едва различаю слова мужчины, который регистрирует наш брак.

Но часть слов все же долетает до сознания.

— В этот торжественный день мы собрались… вы теперь единое целое… вас связывает любовь… сильнее всего на свете.

Я так долго бежала от своих собственных чувств. Старалась закрыться от Джамала, от его напора.

А теперь…

Наконец, можно просто дышать. Быть его. Без страха, без боли, без горечи. С чистого листа. И до самого конца.

Сейчас трудно поверить, что когда-то я сама его прогнала. Не ощущала в нем той твердости, уверенности, которые четко считываю сейчас.

Наверное, надо тоже что-то сказать.

Кажется, свадебный распорядитель замолкает, повисает тишина. Или мое сердце слишком громко стучит, потому совсем перестаю разбирать слова.

Ком в горле. И опять глаза щиплет.

— Согласны ли вы быть вместе в горе и в радости? В здоровье и слабости? Согласны ли вы любить и поддерживать, выбирать друг друга каждый новый день?

— Да, — вырывается у нас ответ.

В один момент.

И мы не выдерживая, смеемся.