Валерия Ангелос – Горец. Его любовь (страница 56)

Даже мелькает мысль — а что если та гребаная тачка, которая за Варей мотается, отправлена по приказу Комарова?

Бред. Не стал бы он таким заниматься. Информацию мог собрать, но вот так, исподтишка действовать бы не стал. Во всяком случае, не в начале.

Хотя чем больше погружаюсь в анализ, тем отчетливее понимаю: до конца здесь ничего нельзя исключать.

— У меня жена беременная, — говорю.

— Жена?

Он слегка приподнимает бровь. Продолжает внимательно смотреть на меня. Даже как будто подвисает на этом ответе.

— Не слышал, чтобы ты женат был, — заключает, наконец.

— Официально документы еще не оформили, — кривлюсь. — Бюрократия. Да и уехать мне пришлось. Резко. Короче, одно к одному. Хочу подтянуть дела так, чтобы больше времени мог семье уделять.

— Я был уверен, ты человек свободный.

— Давно нет, — говорю.

— Вот как.

— У меня принцип — личную жизнь не светить.

— Ясно, — прохладно замечает Комаров. — Разумеется, женатому человеку я бы таких предложений делать не стал.

Чую, херово у меня с этой дипломатией выгорает. Комаров себя дебилом ощущает после моего ответа.

Охуеть какой это тонкий лед.

— Семья — главное, — говорю. — Для всех нас.

— Согласен, — хмуро бросает он.

А после отвлекается на то, что у него звонит телефон.

Сворачиваем встречу. Время вышло.

Хер знает, с чего мне такое «счастье» привалило. Что там у него за приятель, что за дочка. Какого хрена они мне такие щедрые предложения подкидывают?

Надо все это аккуратно пробить. Без лишнего шума. Держать под контролем.

Как только оказываюсь в своей тачке, отдаю нужные распоряжения. Заодно просматриваю, нет ли чего нового по слежке.

Н-да. По нулям. Предсказуемый результат — и это пока что очередное подтверждение моего изначального прогноза.

По дороге домой заезжаю к Черному.

— Нихуя, — говорит он, когда пересекаемся.

Это уже про крысу. Вторую гниду мы так и не вычислили. Тоже ничего нового. Ясно только, что слив идет через ближний круг. И под подозрением считай, каждый.

— Дикий вернулся? — спрашиваю.

— Нет.

— Что ты решил?

— Думаю.

От Дикого тоже предложение есть. Почти как с женитьбой. Прогнуться, чтобы выйти на новый уровень.

На одной чаше весов — кровная месть. У Черного с Диким свои расчеты. И не только с ним. На другой — полная амнистия по всем нашим спорным вопросам относительно нелегального бизнеса. Так все будет устроено, что больше никто не подкопается.

Потому что работать теперь будем с теми, кто копает. Сделка напрямую с той системой, которая наверху.

Еще недавно это казалось ключевой проблемой.

Теперь понимаю, что мне глубоко похер. И на систему, и на сделки. И на Дикого. Даже на ту гребаную крысу, которая у нас завелась.

Единственный приоритет — защитить мою Варю.

— Джамал, что по твоим каналам идет? Пробил?

— Да, здесь материал, — отдаю ему флешку. — Но там ничего дельного. Можешь помощникам дать. Просто для информации.

— Есть у меня план, как вычислить крысу, — замечает Черный. — Но ты должен кое-что сделать.

— Говори.

Тварь среди нас давно вычислить пора. И вычистить. А дальше уже можно про сделки наверху думать.

50

Решаю начать с главного. Ключевого даже. Поэтому когда вечером приезжаю домой, выжидаю нужный момент.

Варя укладывает Богдана спать. Выходит из детской. Тут я ее и перехватываю.

Дальше откладывать нельзя.

— Варя, хочу с тобой поговорить, — обращаюсь к ней. — Нужно назначить дату свадьбы. Давай уже этот вопрос решим. Чего тянуть? Куда еще?

Она застывает. Смотрит на меня так, будто не понимает. Оторопела как-то.

— Понимаю, резко все, но надо, — добавляю.

Нечего ждать. Тут при любом раскладе все определено. Ничего менять не собираюсь.

Моя она. Ну это и так понятно, конечно. Просто теперь надо еще чтобы официально это было отмечено. И как можно быстрее.

Мы сделаем все необходимые документы. В ближайшее время. Чтобы никто больше не лез. Даже и не думал встать между нами.

— Не понимаю, — наконец выдает она, рассеянно качает головой. — Ты так говоришь, будто…

— Чем скорее мы это сделаем, тем лучше, поверь, — убеждаю.

Сильно много времени и пространства для размышления ей лучше не оставлять. А то еще надумает хер знает чего. Для этого не то время сейчас.

— Что значит — скорее? — спрашивает она и хмурится.

Мне это все уже нихуя не нравится. Напряжение в ее взгляде. Тревога, звенящая в голосе.

Знаю, передавить тоже нельзя. Но блять, как тут иначе действовать?

— Да хорошо бы на этой неделе, — говорю ровно и внимательно наблюдаю за ее реакцией.

— На этой… ты сейчас серьезно?

— А что тебя смущает?

— Джамал, — нервно поджимает губы.

Молчит. Не отвечает мне.

— Ну чего? — спрашиваю. — Говори.

За талию ее обхватываю. Тяну следом за собой. В нашу спальню. Там спокойнее будет. Не будем же мы такое посреди коридора обсуждать.

— Варь, что? — взгляд ее ловлю. — В чем проблема? Ты не хочешь быть со мной?