Валерия Ангелос – Горец. Его любовь (страница 22)

— Чего? — кривлюсь.

— Ты же видишь, — нервно плечами ведет. — Хорошая квартира. Спасибо нашему руководству.

Лихо Дикий ее в оборот взял.

А про беременность знает?

Вот уебок.

Его что, нихера не тормозит?

Моя женщина. Беременная. Живет на квартире чужого мужика. На него же работает. Ну ебануться просто.

— Ты беременна от меня, — говорю. — Забыла?

Хочу сказать иначе.

И вообще, с ней бы не говорить уже. За волосы схватить. И в тачку. Ладно, через плечо перебросить. Но так-то не катит ни один из вариантов.

Беременна она.

Нельзя грубо.

И похуй, что чем дальше, тем сильнее мне ее придушить охота. Или хотя бы встряхнуть. Взять за плечи и трясти, пока не очнется, пока не вылетит вся эта ебень у нее из головы.

— Ты поэтому меня так доводишь? — вдруг спрашивает она. — Потому что я беременна?

— Я — довожу?

— Ну а кто еще? Ты.

Кулаки сжимаю.

Башка дымится.

— И чем это я тебя довожу? — цежу.

— А ты не замечаешь? — головой ведет. — Пока ты не вернулся в город, я спокойно жила.

— Да ладно, — скалюсь. — Видел я это твое «спокойно». И как ты вляпалась тоже видел. Нашла куда устроиться. В ночной клуб.

— Мне нужны были деньги.

— Да я бы тебе все дал.

— Не твои, Джамал, — судорожно выдыхает. — Мы не вместе. И вместе никогда не будем. Да, у нас будут дети. Нужно как-то договариваться. Но жить в одном доме нам точно не надо.

Херню несет.

Сама по ходу не понимает.

Договариваться. О чем?! Моя она. И дети — мои. Как еще нам жить, если не вместе?

Я тебе, блять, договорюсь…

Перемыкает. Но вслух не произношу. Держу себя из последних сил.

Если бы не малой за стенкой. Если бы не ее беременность.

Пиздец бы ей был. Даже не знаю, что бы делал…

А вообще, нихуя бы ей не было. Засела дрянь глубоко. Тянет к ней бешено. И плевать, что ведет себя как последняя сука. Моя она.

17

— Ладно, — киваю. — Как скажешь.

Кайф наблюдать, когда Варя в лице меняется. Смотрит на меня так, будто не верит собственным ушам.

Подозрительно легко для нее все складывается.

Так? Ну да.

Она же не знает, чего мне стоит выдать сейчас именно эти слова. Как сам себе на глотку наступаю, пока их говорю. Как собственное нутро давлю, под контроль беру. Похуй, что коротит, в башке искрит. На все, сука, похуй.

Иначе бы хотел. Но расклад такой, что иначе нельзя. Руки у меня связаны.

Ничего. Никуда она от меня не денется. Теперь так точно.

Недолго ей осталось работать на Дикого. Одной жить. Однако надо сделать все ловко. Четко. Так, чтобы она сама не поняла, когда и как все по-моему вышло.

Знаю, давить на нее нельзя. Обратная реакция будет.

Да, блять, еще никто и никогда настолько резво от меня не уматывал. Помню же, как добивался ее. Как свою линию гнул.

И взял, что хотел.

Но проебался.

Второй раз такой ошибки не будет.

По-настоящему Варю возьму. Навсегда.

— Мы еще вернемся к этому разговору, — обещаю ей ровно, и слегка помедлив, прибавляю: — Потом.

Время не уточняю.

Пусть будет сюрпризом.

Она, блять, даже не представляет, насколько быстро наступит это «потом» и как именно.

— Ну я пошел, — киваю.

Варя такая опешившая сейчас, что даже растерянно выдает:

— Хорошо.

Может радуется, что так быстро отделалась. Легким испугом. Но это нихуя не конец.

Чую, мне пар выпустить нужно. Башку прочистить. Переключиться.

Поехал бы в подпольный клуб. Там на ринге всегда кто-то для спарринга есть. Только дел на сегодня дохера намечено.

Поэтому просто наворачиваю несколько лишних кругов на тачке. Времени в обрез. Особенно с учетом нового плана.

Кое-что подготовить надо.

+++

Знаю, что Джамал не уступит легко. Было бы глупо на это надеяться. Когда он так резко уходит, невольно теряюсь.

Вроде выдохнуть можно. Отступил же. А не получается.

Чувствую, что-то не то здесь. Не просто так это все.

Когда он про мою беременность узнал, на него смотреть было страшно.

Глаза сверкают. Челюсти сжимаются. И кулаки.