Валерия Ангелос – Горец. Его любовь (страница 10)

Много времени дал ей. Три дня. Дохуя это.

Надо было сразу забирать. Но ребенок, конечно, ситуацию усложняет. Как его было будить? Тянуть куда-то? Орать, наверное, будет. Плакать.

Ну в две наши единственные встречи с мелким он спокойный был. В целом. Хотя встречами все то назвать тяжело.

Первый раз я сам охуел, когда увидел его.

А второй — уже он обалдел от собственного самоката.

Ладно. К делу.

— Поговорить нам надо, — говорю.

Варя молчит.

— Раз к себе не зовешь, то пойдем вниз. В тачке посидим.

Выразительным взглядом площадку перед квартирой окидываю. Ясно, что здесь трепаться нельзя.

— Не могу надолго выйти, — отрицательно качает головой. — Я с ребенком. Богдана не с кем оставить.

Аргумент, блять.

И не перекроешь ничем.

— Давай в другой раз, — предлагает она с напряжением.

— Когда? Завтра?

— Нет, завтра… наверное, занята буду.

— Чем?

Плечами ведет. Нервничает.

А теперь еще интереснее, что у нее там за такие занятия интересные, от которых никак оторваться нельзя?

— У Богдана кружок, — выдает наконец. — Я его поведу. Там буду ждать, пока занимается. Потом домой. Это займет несколько часов с дорогой.

— Что за кружок?

— Ты правда хочешь узнать? — усмехается как-то нервно.

— Ну он совсем мелкий…

Начинаю и затыкаюсь под ее взглядом.

— Маленький, — выдаю. — На борьбу с шести лет отдают, а ему пять. Рано еще.

— Причем тут борьба? — хмурится.

— Ну ладно, тебе виднее, как лучше.

Решаю тему свернуть. Все равно нихуя в детских кружках не понимаю.

Пацану бы на борьбу. Но с хера ли мне ей указывать, как правильно воспитывать ее ребенка?

— Спасибо, — замечает она.

Взгляд уже другой. И тон. Как будто язвит.

С моим «с хера ли я лезу?» согласна.

Оживает. Напряжение немного спадает.

— Ладно, — говорю. — Тогда послезавтра все обсудим. Дома. Вы уже у меня ночевать будете.

Молчит. Губы поджимает.

— Ты малому сказала?

Теперь рот вообще в одну линию сжимается.

Ответ ей давать необязательно. Видно, что нихуя она не сказала.

Ожидаемо, блять.

— Варь, давай без фокусов, — всю волю прикладываю, чтобы не перебрать сейчас. — Выбора у тебя нет. Ты сама знаешь.

Давить не хотел.

Но как с ней иначе?

Нормально не понимает.

— Знаю, — роняет глухо.

— Тогда готовь пацана. Вещи собирай. Время тебе дал. Но всему предел есть. Послезавтра у тебя и у малого переезд.

Уж как могу смягчаю.

Херовых эмоций она за вчера огребла достаточно. Добивать не хотел. Только сама же вынуждает.

— Послезавтра не третий день, — еще и выскользнуть пытается.

— Третий, — отрезаю.

Тоном ей даю понять все. И взглядом.

Я так считаю.

7

На следующий день мне звонит Наташа.

— Привет, Варь, как ты?

— Нормально, — роняю в ответ. — А ты?

— Хорошо, хотя сосед мне тут такое устроил… — протягивает она. — Но все решается.

— Что случилось, Наташ?

Ловлю себя на том, что в прошлый раз даже толком не поинтересовалась, как дела у подруги. Сразу про работу спрашивать начала.

— Затопили меня. Сильно. Скандал был жуткий. Мне же теперь ремонт нужен, а сосед наотрез отказался. Но, Варь, это не важно, правда. Конечно, я сначала сильно переживала, не думала, что…

— Стой, раз у тебя такое сейчас, то ко мне приезжай, — предлагаю. — У меня пока поживешь. Ремонт же может затянуться. Как ты там будешь?

— Я пока у Кати живу, не волнуйся, — говорит она. — Ее знакомый очень быстро мне помог все решить. Он и тебе поможет по работе. Повезло. Сейчас сброшу номер.

Секунда — и мой телефон вибрирует.

А сердце бешено колотится.

Работа? Уже?

— Вот, отправила, — выдает Наташа. — Проверь. Пришло?