Валерий Желнов – Реактор-2. В круге втором (страница 24)
«Оксана!»
Эта мысль пронзила его, словно электрический разряд. Занятый собой, Зорин совершенно забыл, что бежал из огромного муравьиного гнезда не один.
– Оксана! – прошептал он.
Некоторое время он прислушивался, но слышал только пульсирующий шум в ушах.
– Оксана, ты здесь? – позвал он чуть громче.
Справа послышался шорох, и Дима четко различил тихий стон. Он пополз на звук и вскоре наткнулся на лежащее тело. Зорин быстро ощупал его. По некоторым признакам он сразу понял, что перед ним действительно Оксана, ибо других женщин рядом быть не могло. Установив сей факт, Дима против воли отдернул руки и почувствовал, что краснеет под противогазом.
– Извини, – невольно пробормотал он. Черт бы побрал эту темноту!
Возмущенных возгласов со стороны лежащей Оксаны не последовало, из чего Дмитрий сделал вывод, что девушка без сознания. Ну и слава богу! То есть нет… Тьфу ты! Зорин решил прекратить эти подростковые терзания и сосредоточиться на сиюминутных проблемах. Действительно, что он, женщин не щупал? Да и Оксана оказалась достаточно взрослой, чтобы…
Дима стукнул себя по голове. Хватит! Он вернулся к осмотру девушки вслепую, на этот раз стараясь избегать двусмысленных касаний. Что там надо посмотреть? Прежде всего, следовало убедиться, что Оксана ничего себе не сломала, иначе возникнет целая куча проблем. А как это сделать? Дмитрий пожалел, что при подготовке в сотрудники полиции не уделял медицинской части обучения должного внимания. Да и потом можно было бы чего-нибудь почитать дополнительно. Зорин попытался включить логику. Как обнаружить перелом чего-либо? Где сломано, там должно двигаться. И еще, кажется, хрустеть. Дима представил это, и его замутило. Когда-то в детстве он ломал ногу и примерно догадывался, как должен выглядеть и чувствоваться перелом. Но от осознания, что ему самому придется шевелить сломанную кость, ему становилось плохо.
– Оксана! – еще раз позвал Зорин в надежде, что девушка, наконец, очнется и сама скажет, что и где у нее болит. Но в ответ снова услышал только стон.
«Соберись, тряпка! – попытался разозлиться он на себя. – Так, будем последовательны. Начнем сверху. Голова». Воображению сразу представился переломанный череп, и то, как он, Дмитрий, сжимает его руками. А под черепом мозг… Зорин снова почувствовал наплывающую слабость. Не без усилия отогнав навязчивый образ, он аккуратно обхватил головку девушки ладонями и легонько сжал. На первый взгляд, череп казался целым. Дмитрий облегченно вздохнул. Все оказалось не так уж и страшно. Задействовав пальцы, он уже детальнее, насколько позволял противогаз, изучил голову и лицо Оксаны. Вопреки опасениям Зорина, ни одна косточка не хрустнула под его дрожащими пальцами, не сдвинулась с места, рука ни разу не провалилась в пустоту. Осмелев, он продолжил осмотр. В голове постепенно начали всплывать знания, полученные на кратких курсах оказания первой помощи и почерпнутые из книг, увиденные в далеком прошлом по телевизору медицинские телепередачи, фильмы и сериалы про врачей. Все-таки правы были ученые, утверждавшие, что человеческий мозг запоминает все, что видит и слышит человек. И надо только уметь извлечь это. Видимо, настал тот самый критический момент, когда мозг Дмитрия заработал на все сто процентов и начал доставать из глубин памяти все знания из области медицины и оказания первой помощи. Руки Зорина спустились по затылку к шее Оксаны и легонько наклонили ее голову в одну и в другую сторону. Хруста при этом тоже не послышалось. Похоже, девушка не пострадала при их поспешном бегстве из пещеры. Зорин даже улыбнулся под противогазом. Он пробежался пальцами по ключицам, сдавил с боков грудную клетку, согнул и разогнул несколько раз руки и ноги. На его непрофессиональный взгляд, с Оксаной все было в порядке. Ему внезапно вспомнился еще один эпизод из старого медицинского сериала. Там говорилось о переломе позвоночника. Точно, надо проверить. А как? Обычно люди со сломанным позвоночником не чувствуют ног. Самое простое было бы пощекотать Оксану за пятки. Но пытаться щекотать девушку через толстые подошвы чудо-костюма было бы глупо. Идею снять с нее ради этого весь костюм Дима также отверг. Вряд ли у него это получилось бы даже при свете дня. А уж под землей, в полной темноте – тем более. Что же еще придумать? Зорин осторожно провел ладонью по ноге девушки. Ткань костюма в этом месте казалась достаточно тонкой. Он задержал руку, раздумывая над возникшей идеей, а потом с силой ущипнул Оксану за бедро. И в тот же момент получил увесистую плюху. Дмитрий отлетел в сторону, в голове зазвенело, а перед глазами запорхали быстрые, яркие светлячки.
– Ты чего? – воскликнул он дрожащим от неожиданности и обиды голосом.
– А ты чего щиплешься?
Голос Оксаны был приглушен надетым на лицо противогазом, но в нем явно слышались нотки возмущения.
– Облапал меня всю! А потом еще и щипаться начал. Извращенец!
Зорин снова почувствовал, что краснеет. Черт, сколько же времени она уже в сознании? Опять неудобно получилось.
– Я тебя осматривал! – стал оправдываться он.
– Ты что, врач? – оборвала его девушка. – Осматривал он. Все вы – любители в доктора поиграть. А на уме только одно.
– Да нет же! – Дмитрий чувствовал всю абсурдность ситуации. – Я хотел…
– Я поняла, что хотел. Не хотел бы – не лапал, – продолжала гнуть свою линию Оксана.
– Да нет! Это не то, что ты подумала! Я просто хотел…
Зорин замолчал, понимая, что оправдания пошли по кругу. Внезапно он разозлился. Тьфу ты! Да гори оно все огнем! Чего он тут разнервничался, как подросток на первом свидании. Пришла в себя – и слава богу. Возмущается – значит, здорова. Чего еще надо? Им еще предстоит отсюда как-то выбираться.
Девушка тоже замолчала, видимо, понимая, что перегнула палку. Некоторое время они сидели в темноте, прислушиваясь к доносящимся снаружи звукам.
– Где мы? – наконец, прервала тишину Оксана.
– В проходе каком-то, – ответил Дмитрий с явным облегчением. Значит, инцидент исчерпан, и можно двигаться дальше. В прямом и переносном смысле.
– А где все?
– Пес их знает. Сюда мы вдвоем попали. Остальные там оставались. Может, спаслись, а может…
Он замолчал, не желая дальше развивать эту тему. Она ничего не ответила. Молчание затягивалось, и Дмитрий уже подумал, что расстроил чувствительную девушку.
– Нет, они живы, – внезапно сказала Оксана.
– Откуда ты знаешь? – удивился Зорин.
– Я их чувствую. Всех.
– И где они?
Она еще немного помолчала.
– В разных местах. Но все рядом. Наверное, так же, как и мы, сидят в каких-нибудь проходах.
Дмитрий кивнул, забыв, что Оксана его не видит. Живы – это главное. А не доверять словам девушки у него причин не было. Особенно после того, что он видел своими собственными глазами.
– Ты сможешь нас вывести отсюда? – спросил он.
– Можно попробовать, – ответила Оксана.
– Не можно, а нужно. Не здесь же сидеть. Только тебе придется меня вести. Темно кругом, как у негра в…
Он осекся, не зная, можно ли так шутить в присутствии Оксаны. Личность-то крайне загадочная.
– А чего мы в темноте сидим? – спросила она.
– В смысле? – удивился Зорин.
Яркий свет ослепил после кромешной темноты. Дмитрий даже застонал от неожиданности, закрыв глаза руками. Впрочем, он заметил, что стекла окуляров противогаза мгновенно потемнели. Зорин прищурился и опустил руки.
– Откуда у тебя фонарик? – спросил он.
– Так у тебя такой же есть, – голос Оксаны звучал удивленно. – Тебе что, не рассказали? На груди, вот здесь.
Она указала куда-то в район правого плеча Димы. Тот опустил взгляд и заметил вделанное в костюм круглое стеклышко диаметром сантиметра два.
– Включается вот так. – Девушка легонько надавила в центр стеклышка. – Тебе не объяснили, да?
Дмитрий решил оставить этот вопрос без ответа. Может, не объяснили. А может, он не слушал. За последнее время столько всего произошло – и не упомнишь.
– Ты знаешь, куда идти? – спросил он вместо этого.
Оксана повертела головой и ткнула в сторону уходящего в неизвестность коридора. Зорин усмехнулся. Вот тебе и экстрасенс. Трудно не найти дорогу, если она единственная ведет от того места, где они сейчас находятся.
– И как это у тебя так легко получается? – пробормотал он, изо всех сил стараясь скрыть рвущийся наружу сарказм. То ли девушка не поняла, то ли Дима был прирожденным актером, но она только пожала плечиками. Зорин мысленно плюнул от досады и просто махнул рукой.
– Двигаем.
Коридор, по которому они шли, являлся в прошлом широким муравьиным ходом. Сейчас в нем не было ни души – если считать, что у муравьев есть душа. Пол был усеян комочками земли, насыпавшимися сверху. Грибы, огромными гроздьями покрывающие стены прохода, почему-то уже не светились, словно утратив некую подпитку извне. Потолок находился достаточно высоко, и люди могли не пригибаться, продвигаясь по туннелю. Стены то расходились в стороны, теряясь в темноте подземелья, то сужались так, что приходилось протискиваться боком. Иногда от основного туннеля отходили вправо и влево небольшие коридорчики, но путники решили не испытывать судьбу и продолжали придерживаться широкого прохода.
Конечно, не обошлось без неприятных инцидентов. Когда Дима с Оксаной проходили мимо одного из боковых коридоров, оттуда выскочил огромный муравей-солдат и, широко расставив членистые лапы, зашипел на них с явным желанием напасть на безоружных людей. Однако не успели те испугаться, как из соседнего прохода на атакующего муравья бросилась такая же огромная сколопендра и, обвив кольцами тело несчастной жертвы, отхватила своими жвалами муравью голову. Обезглавленное тело завалилось на пол и принялось сучить лапами, разбрасывая в стороны довольно внушительные камни и комья грязи.