Валерий Замулин – Забытое сражение Огненной дуги (страница 4)

Существенную роль в сборе «живого материала» о войне играли музеи, они без ограничений принимали на хранение рукописи фронтовиков. Благодаря этому сегодня в их фондах накоплен богатый мемуарный материал, но не везде, а лишь в музеях, посвящённых крупным битвам или сражениям, которые в 1960—1980-е гг. были «на слуху». События же под Белгородом таковыми не являлись, поэтому фонды неопубликованных мемуаров ветеранов 7 гв. А в музеях Белгородской области скромные. К сожалению, не оставили даже рукописей о Курской битве и ключевые фигуры седьмой гвардейской, в том числе генерал-полковник М. С. Шумилов. Как говорили мне ветераны, которым довелось лично знать командарма и встречаться с ним после войны, он не выпячивал свой вклад в победу, как это делали многие его товарищи по оружию, и придерживался правила: «Правду сказать не дадут, а лжи и без меня уже с три короба настрочили». Тем не менее, и при сборе этого материала были сделаны неожиданные находки. В ЦАМО РФ удалось обнаружить фонд рукописей пленных генералов вермахта, которые (как и члены группы под руководством бывшего начальника штаба ГА «Юг» генерала Т. Буссе писали отчёты для армии США) готовили для Генерального штаба РККА очерки об участии своих дивизий и корпусов в крупных битвах и сражениях на советско-германском фронте. Среди тех, кто писал воспоминания, оказались и некоторые командиры соединений, участвовавшие в Курской битве. В частности, в этом фонде хранится переведённый в 1949 г. на русский язык очерк «Форсирование реки Донец силами 7-й танковой дивизии в июле 1943 г. (операция «Цитадель»)». Его автор генерал Г. фон Функ командовал этим соединением в боях под Белгородом. До недавнего времени этот документ находился на секретном хранении, поэтому никогда не публиковался в открытой печати. На мой взгляд, он обладает двумя важными качествами. Во-первых, его писал непосредственный участник Курской битвы, поэтому в нём приводятся данные, которые трудно найти в других источниках. Во-вторых, в документе изложены и отношение к описываемым событиям, и их оценка автором, который был важной фигурой в руководстве войсками АГ «Кемпф». Вместе с тем, он практически лишён пропагандистской риторики периода «холодной войны», так как написан для узкого круга профессионалов и изначально не предполагался для публикации. Однако надо учитывать, что когда он готовился, Г. фон Функ не имел доступа к архивным документам, из-за этого описание боевых действий носит несколько поверхностный характер. В силу этого очерк оказался полезным в качестве вспомогательного материала лишь при анализе событий в первые дни операции «Цитадель». При реконструкции наступления 3 тк широко использованы и другие трофейные материалы, как уже публиковавшиеся мной ранее, например «Описание боевых действий 19-й танковой дивизии 5–18 июля 1943 г.», так и впервые вводимые в научный оборот.

Книга иллюстрирована редкими фотографиями, собранными за несколько лет работы в фондах ряда отечественных музеев, Российском государственном архиве кинофотодокументов (г. Красногорск) и Центральном архиве РФ (г. Подольск). Кроме того, в ней дано приложение со значительным статистическим материалом, которое поможет читателю глубже осмыслить изложенное в основном тексте.

Считаю своим долгом выразить благодарность всем, кто оказывал мне помощь в работе над этой монографией, в первую очередь, прекрасному учёному, ректору Юго-Западного государственного университета, доктору технических наук, профессору Сергею Геннадьевичу Емельянову.

Я благодарю кандидата исторических наук Алексея Валерьевича Исаева за работу по подготовке карт-схем для книги, Александра Сергеевича Тонзова и Ярослава Игоревича Зверева за предоставленные архивные документы и обработку значительного объёма трофейных материалов, заместителя директора музея-диорамы «Курская битва. Белгородское направление» В. Е. Зеленского за практически ежедневные консультации и поисковую работу.

Особо хочу отметить и поблагодарить за большую бескорыстную помощь в получении документов из Федерального архива ФРГ и их перевод для этого издания гражданина Германии Алексея Владимировича Кислицына.

Работа над этим исследованием продолжалась несколько лет. Только подготовка и редактирование текста заняли два года. В поисках архивных источников я более года работал в ЦАМО РФ, чуть меньше в других архивах и музеях России, дважды пересекал Атлантику, чтобы побывать в Национальном архиве США, опросил более сотни участников Курской битвы в разных городах нашей страны. Весь этот период бремя расставаний и кропотливого труда вместе со мной несла моя жена Замулина Светлана. Хочу выразить ей свою искреннюю признательность за большое терпение, понимание, поддержку в трудные моменты и существенную практическую помощь в работе над рукописями.

Надеюсь, что книга, так же как и прежние мои издания, будет с интересом принята широкой читательской аудиторией. Тем, кто захочет поделиться впечатлениями о ней, задать вопрос или уточнить отдельные моменты, предлагаю писать на мой почтовый ящик в Интернете по адресу: valery-zamulin@yandex.ru.

Буду рад неравнодушным собеседникам, стремящимся узнать историю России.

Глава 1

«Мы не предполагали и четвёртой части того, что здесь соорудили русские»

Так, писало об укреплённости рубежа 7 гв. А[6] генерал-лейтенанта М. С. Шумилова командование 19 тд армейской группы «Кемпф» в своём отчёте по итогам операции «Цитадель». Решение Ставки ВГК[7] о переходе к преднамеренной обороне и создании глубоко эшелонированных полос полевых укреплений двух фронтов, удерживавших Курский выступ, наряду с формированием крупного стратегического резерва – Степного военного округа (затем фронта), явились важнейшими факторами, которые позволили сорвать последнее стратегическое наступление вермахта на советско-германском фронте. Поэтому первая глава моего исследования будет посвящена месту армии Шумилова в плане Курской оборонительной операции Воронежского фронта, системе обороны, выстроенной её войсками в апреле – июне 1943 г., и процессу восстановления боеспособности соединений после зимней кампании.

Итак, вернёмся к событиям в районе Белгорода во второй половине марта 1943 г. В этот момент войска Воронежского фронта завершали неудачную и очень тяжёлую Харьковскую оборонительную операцию. Приказ 3-й танковой армии генерала П. С. Рыбалко[8], главной силы, удерживавшей г. Харьков, её штаб довёл в 16.00 15 марта 1943 г., а в ночь на 16 марта 3 ТА начала прорыв к своим. С этого момента ситуация в направлении г. Белгорода резко ухудшилась. 18 марта боевые группы мд СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер» и «Дас Рейх» не только фактически с ходу заняли город, но и, выйдя на восточный (левый) берег р. Северский Донец, овладели крупным селом Михайловка и частью села Старый Город[9], где располагались в том числе и крупные объекты инфраструктуры железнодорожной станции Белгород (депо и т. д.), и создали ещё несколько малых плацдармов. Учитывая, что противник широко использовал бронегруппы (мотопехота на бронетранспортёрах, усиленная танками), опасность того, что он сможет развить дальнейший успех на север или северо-восток, была реальной. Командование фронта, не имея нормальных резервов и снабжения, пыталось выстроить сплошную оборону по реке наспех собранными стрелковыми и кавалерийскими дивизиями, но сил для этого не хватало. По поручению Ставки ВГК локализацией прорыва в полосе Воронежского фронта и созданием обороны, в том числе и непосредственно под Белгородом, занимался начальник Генштаба Маршал Советского Союза А. М. Василевский, который для оперативного решения вопросов создал в г. Курске вспомогательный пункт под руководством начальника оперативного управления генерал-лейтенанта А. И. Антонова. Сюда же, в Курск, по распоряжению И. В. Сталина во второй половине дня 18 марта прибыл и Маршал Советского Союза Г. К. Жуков[10]. Ситуация сложилась очень тяжёлая, командование фронтов фактически потеряло основные нити управления, войска понесли большие потери и постепенно отходили на север и северо-восток, а выделенные Ставкой резервы ещё находились в пути. Поэтому стояла задача прежде всего удержать тактически выгодные рубежи вдоль рек Пена, Ворскла и Северский Донец, прикрывавшие Курское направление, до подхода уже двигавшихся из Сталинграда 21 и 64 А. Поэтому помимо действовавшего здесь 2-го гв. Тацинского танкового корпуса генерал-майора В. А. Баданова, по железной дороге спешно был переброшен и выгружен в г. Шебекино (35 км юго-восточнее Белгорода) ещё полностью не укомплектованный техникой и личным составом 3-й гв. Котельниковский танковый корпус генерал-майора И. А. Вовченко. Эти подвижные соединения должны были сковать боем бронегруппы корпуса СС и 48 тк и дать время пехоте и кавалеристам закрепиться у рек до подхода 64 и 21 А[11]. Гвардейцы с этой задачей в основном справились, но г. Белгород[12] и ряд крупных сёл вдоль р. Ворсклы, таких как Борисовка и Томаровка, удержать не удалось, именно они станут основными базами снабжения и ремонта и одновременно узлами сопротивления войск ГА «Юг» в этом районе весной и летом 1943 г.