Валерий Замулин – Забытое сражение Огненной дуги (страница 17)

Некоторые исследователи высказывают предположения о том, что Н. Ф. Ватутин, понимая, что первый удар немцев будет очень сильный и прорыв переднего края неминуем, специально оставил в рубежах каждой армии первого эшелона (по крайней мере – в двух) на вероятных направлениях главного удара немцев слабо прикрытые участки. Именно на них оборона должна дать первую трещину, в которую враг будет настойчиво пытаться ввести новые силы, но путь этот окажется тупиковым, так как сразу за этой брешью его ждал подготовленный советскими войсками «капкан» – труднопроходимая местность с множеством инженерных «сюрпризов» и мощный фланговый контрудар (или всё вместе). Но этот план якобы не полностью сработал. В качестве примера приводится 52 гв. сд 6 гв. А[52]. Несмотря на то, что она прикрывала главное танкоопасное направление – шоссе Белгород – Обоянь, её оборона не выдержит сильного удара уже 5 июля и, после семнадцатичасового боя, 2 тк СС преодолеет её. На первый взгляд очень похожая ситуация и с 78 гв. сд. Действительно, в годы войны при проведении крупных операций были примеры, когда, чтобы запутать противника, советская сторона применяла разного рода хитрости: отвлекающие удары, имитацию форсирования рек в местах, где не предполагалось вводить главные силы, и т. д. Ряд фактов подтверждают эту версию и в отношении планов использовать такие методы при обороне Курской дуги. Возможно, командование Воронежского фронта рассматривало такие варианты в ходе обсуждения будущей операции. Однако, пока не рассекречены все стенограммы переговоров Н. Ф. Ватутина с Генштабом и Ставкой ВГК, окончательные выводы делать рано. Сегодня же, опираясь на документы, которые доступны для исследователей, с уверенностью могу сказать: бесспорных свидетельств, подтверждающих, что такой план якобы существовал и на практике был воплощён, пока нет. Кроме того, против этой версии говорит и нервозная атмосфера в Генштабе РККА и на фронтах в июне 1943 г., т. к. ещё были свежи тяжёлые воспоминания о неудаче на Украине в феврале – марте 1943 г., как и у немцев под Сталинградом. Конечно же, эти катастрофы нельзя ставить на одну доску, но по эмоциональному воздействию они схожи. Однако Сталинград ничему не научил Гитлера, а лишь дал толчок к авантюре под Курском. У советской стороны к этому моменту проигранных битв и сражений было больше, поэтому в период подготовки к летней кампании 1943 г. подход к принимаемым решениям был более взвешенным, например, несмотря на накопленные огромные резервы – лучше подождать и перейти к преднамеренной обороне. Н. Ф. Ватутин как никто прекрасно знал слабые стороны войск фронта, низкую обученность солдат, слабую подготовку командного звена до комкора включительно, проблемы с мобильностью и т. д. В этом положении ему было не до игр с гитлеровцами, Москва жёстко требовала одного – создать из имеющихся сил и средств прочную оборону, гарантирующую от неудач и провалов 1942 г. Поэтому он сделал ставку, прежде всего, на мощную полосу обороны и контрудары в её глубине. А что касается просчётов, о которых стало понятно уже в ходе боёв, то от них никто не застрахован, да и сил на все задумки у генерала армии в тот момент не было.

К началу Курской битвы командование фронта не без основания считало, что рубеж 81 гв. сд укреплён основательно. Поэтому находившуюся во втором эшелоне 73 гв. сд нацелило на восстановление положения (в случае прорыва) и удержание полосы 78 гв. сд. Об этом свидетельствует решение перегруппировать соединение Козака на левый фланг 25 гв. ск (во второй эшелон за 78 гв. сд) на рубеж: выс. 205.5, выс. 191.8, клх. «Соловьёв», свх. «Батрацкая Дача», выс. 210.4 к исходу 2 июля 1943 г. К 23.00 дивизия без артполка сосредоточилась в лесу, 4 км восточнее Ястребово и начала занимать указанную позицию. А 3 июля из штаба 25 гв. ск пришло распоряжение: «Быть в готовности к переходу в северо-восточном направлении»[53], т. е. ближе к позициям полка второго эшелона 78 гв. сд. Следовательно, в последний момент советская сторона полностью разгадала замысел неприятеля и на острие удара АГ «Кемпф» создало наибольшую плотность сил и средств. 81 гв. сд имела максимально возможное количество частей усиления и плотность артиллерии на 1 км выше, чем по всему фронту (не говоря об очень высоком уровне подготовки рубежа), а за 78 гв. сд развернулся второй эшелон, целая дивизия! После этого трудно согласиться с авторами работ о Курской битве, даже с такими авторитетными, как Маршал Советского Союза К. К. Рокоссовский[54], которые обвиняют Н. Ф. Ватутина в просчётах и ошибках, якобы допущенных им при подготовке системы обороны и распределения сил фронта перед её началом.

Как известно, залогом успешной долговременной обороны является наличие в распоряжении командира соединений и объединений полноценных резервов, в первую очередь артиллерийских и подвижных (бронетанковых). Благодаря им оборонявшиеся стрелковые части имели возможность оперативно ликвидировать преимущество противника на направлениях, где он наносит наиболее сильные удары. В ходе подготовки к Курской битве впервые за годы войны оперативные подвижные резервы и резервы средств ПТО стали создаваться не только в армиях и корпусах, но и передаваться дивизиям и даже стрелковым полкам. В 7 гв. А, относительно соседа справа (6 гв. А), они были достаточно скромными. Тем не менее, соединения, удерживавшие её главную полосу, тоже получили дополнительно пушечные, миномётные и даже танковые полки.

К началу боёв армия Шумилова (с учётом ап сд) в общей сложности имела 158 гаубиц и гаубиц-пушек, в том числе 82 122-мм гаубицы, 52 152-мм гаубицы-пушки (161 гв, 265 гв. и 109 гв. пап), 12 122-мм САУ (1438 сап) и 12 152-мм САУ (1529 тсап). Большим числом артиллерии во фронте располагала лишь 6 гв. А, однако для удержания 53 км участка этого всё же оказалось недостаточно. Но пополнения не ожидалось, поэтому командарм, исходя из тактической оценки местности и примерных сил противника, решил использовать свои ресурсы для усиления, в первую очередь, правого фланга, так как здесь находился Михайловский плацдарм и стык с 6 гв. А. Основную часть сил – два пап (34 152-мм пушек-гаубиц) и тяжёлый армейский минполк (36 120-мм миномётов) он сосредоточил в полосе 81 гв. сд. Третий пап был разделён между двумя дивизиями, два его дивизиона (12 152-мм пушек-гаубиц) были выведены на левое крыло, в 36 гв. сд, а третий – в 72 гв. сд.

Вместе с тем, как уже упоминалось, для увеличения плотности артиллерийского огня на главной полосе командарм был вынужден подчинить командирам дивизий первой линии от двух дивизионов до артполка дивизий второго эшелона. Кроме того, для борьбы с тяжёлыми немецкими танками «тигр», с которыми войска фронта уже успели столкнуться в ходе февральско-мартовских боёв под Харьковом, он, с разрешения Военного совета фронта, распорядился: установить на позициях 72 гв. сд 12 122-мм гаубиц и подготовить ОП для стрельбы прямой наводкой из 152-мм пушек-гаубиц. Напомню, в это время гаубицы относились к ценнейшим видам вооружения, и их категорически запрещалось использовать непосредственно на переднем крае. В случае, если этот приказ был нарушен и орудие теряли, его командир предавался суду военного трибунала. Лишь в критический момент Курской битвы, 9 июля 1943 г., руководство Воронежского фронта будет вынуждено дать разрешение для вывода гаубичных полков на прямую наводку и в полосе 6 гв. А. Таким образом, к началу боёв соединения 7 гв. А первого эшелона располагали следующими частями усиления:

81 гв. сд: 161 гв. пап, 265 гв. пап, 153 гв. ап (73 гв. сд), 290 мп, 114 гв. иптап, 97 гв. и 315 гв. мп «катюш», 262 отп, 2-й батальон ПТР;

78 гв. сд: 3/671 ап (213 сд), 4-й батальон ПТР;

72 гв. сд: 3/109 гв. апап, 1,2/671 ап (из 213 сд) и 1-й б-н ПТР;

36 гв. сд: 43 гв. ап (15 гв. сд), 1 и 2/109 гв. апап, 115 гв. иптап, 5-й б-н ПТР, 148 отп и 34 одбп.

На случай, если расчёты окажутся не совсем точными и противник нанесёт главный удар не там, где предполагалось, или произойдёт прорыв на менее прикрытом участке, штаб артиллерии армии в плане организации огня предусмотрел манёвр и поворот фронта придаваемых пушечных и минчастей, а также собственных дивизионных артполков в полосу соседей. Например:

– 161 гв. пап планировал поворот фронта на север (90 градусов) в полосу соседа справа (375 сд 6 гв. А), на 180 гр. при прорыве рубежа 78 гв. сд и манёвр для поддержки 73 гв. сд при нанесении ею контрудара в направлении Сабынино;

– 265 гв. пап – поворот фронта на 90 гр. на юг в полосу 78 гв. сд;

– 2/290 мп – поворот на 90 гр. на юг в полосу 78 гв. сд и манёвр в район с. Нижний Ольшанец;

– 1 и 2/109 гв. пап – поворот на юг на 90 гр. и манёвр для поддержки соседа слева (19 сд 57 А);

– 97 гв. мп РС – манёвр по всему фронту для поддержки всех дивизий первой линии.

В противотанковый резерв командующего армией были включены:

30 оиптабр, два её полка (третий не имел орудий) развернулись по линии: Стариково, Купино, Красная Поляна;

1669 аиптап – на огневых позициях в районе выс. 133.6, разъезд Арбузовский, южная окраина х. Волчанских Хуторов (две батареи – на южной окраине Волчанска);