Валерий Воскобойников – Маршалы Победы (страница 22)

Такое было впервые. Жуков управлял одновременно всеми родами войск. Обычно в сражениях артиллерия, танкисты, авиация и пехота действовали отдельно, сами по себе. Да в прошлых войнах и не было ещё настоящей авиации и настоящих бронетанковых войск. Здесь же, на реке Халхин-Гол, произошло первое сражение, в котором части действовали согласованно, поддерживая друг друга. Бой длился весь день и следующую ночь. Лишь к утру японцев прижали к реке. Во всём снаряжении бросались они в реку и тут же тонули на глазах у наших танкистов.

Но враг не был разбит до конца. Мощные силы остались стоять на восточном берегу. Для проведения операции из Советского Союза срочно перебрасывались свежие части. От реки Халхин-Гол до железнодорожной станции, куда приходили грузы, было больше 600 километров пути по пустыне. Стояла жуткая жара, и по этой жаре водители подвозили на грузовиках многие тонны артиллерийских снарядов, горючее, продукты, были переброшены ещё 2 стрелковые дивизии, танковая бригада и 2 артиллерийских полка.

Георгий Константинович продумал операцию до самых мелких деталей. Чтобы обмануть врага, он расставил десятки звуковых установок, которые имитировали полёт самолётов, движение танков, выстрелы. В первый день враги обстреливали из орудий любой участок, откуда слышали шум. Потом привыкли и перестали обращать на эти звуки внимание. Теперь начать движение могли и настоящие танки. Но двигались они только по ночам. Днём их прикрывали маскировочными сетками. Всё это делалось для того, чтобы японцы поверили, что советские войска готовятся к обороне, и атака стала бы для врага внезапной. И японское командование поверило.

20 августа 1939 года было воскресенье. Стояла тихая нежаркая погода. Японские командиры и генералы ещё накануне уехали отдыхать. Они ни о чём не догадывались. В шесть пятнадцать утра наша артиллерия внезапно открыла мощный огонь по зениткам противника. Специальными дымовыми снарядами отмечали цели, которые надо было бомбить с воздуха. Тут же в небо поднялись 153 бомбардировщика и сотня истребителей. Ровно в девять танковые части и пехота под прикрытием артиллерии перешли в наступление. Тяжёлые бои длились ещё двое суток. И японская армия была окончательно разгромлена.

Такой победы — с помощью авиации и танковых сил — у Красной армии ещё не было. Жуков вместе с особенно отличившимися воинами стал Героем Советского Союза, и, когда он вернулся в Москву, его назначили командовать самым большим военным округом страны — Киевским.

За несколько месяцев перед началом Великой Отечественной войны он был снова вызван в Москву и назначен начальником Генерального штаба Красной армии. Он знал, что война близка. Уже ощущал её дыхание. И всё же она началась неожиданно даже для него.

Тогдашний руководитель страны Иосиф Сталин страшился войны с самым могучим государством Европы и старался эту войну оттянуть. Весной 1941 года Германия сообщила России, что хочет устроить большие военные манёвры. К тому времени Германия уже захватила Францию, Голландию, ещё несколько европейских стран и воевала с Англией.

— Необходимо привести войска у границы в полную боевую готовность, в этом меня поддерживает мой заместитель Василевский, — докладывал Жуков Сталину за неделю до начала войны.

— Вы сами хоть понимаете, к чему толкаете страну? — отвечал Сталин.

Провести в стране мобилизацию, поднять войска и двинуть к границам? Это же война! Но в ночь на 22 июня 1941 года Германия обрушила на нашу страну свои дивизии.

Трудные месяцы

Шёл второй месяц войны. Германские войска, уже получившие отличный боевой опыт, с могучей техникой прорывались в глубину советской территории. Красная армия оборонялась, но отступала. Уже в первый день войны Жуков узнал, что гитлеровцы разбомбили почти всю нашу авиацию, которая была не готова к внезапному нападению. Фашистские воздушные армады могли теперь спокойно громить наши города и огневые позиции, им нечем было ответить. Немецкие танковые корпуса, не маскируясь, словно на параде, шли по дорогам нашей страны, и у неё не было сил, чтобы их остановить.

Красная армия отчаянно сопротивлялась. В первые дни войны Гитлер объявил, что через месяц он отпразднует победу в Москве. Прошёл месяц, но до Москвы фашистам было далеко. Однако Жуков хорошо чувствовал страшную угрозу, которая нависла над всей страной.

Это были самые тяжёлые дни войны. Многие части с трудом вырывались из окружения. Сотни тысяч незахороненных красноармейцев лежали на полях сражений. Сотни тысяч были взяты в плен. Не хватало всего, даже винтовок.

Жуков был на самых трудных участках фронта, как мог, задерживал наступление немецких армий, пытался организовать контратаки, но силы были слишком не равны.

Неожиданно его вызвали в Кремль.

— Вокруг Ленинграда создалось трудное положение, — объявил Главнокомандующий Сталин. — Город окружён. Фашисты разбомбили склады с продовольствием. Ворошилов не справляется. Вылетайте в Ленинград, принимайте командование фронтом и Балтийским флотом.

Это решение было для Жукова неожиданным, но он мгновенно ответил:

— Я готов.

Утром 10 сентября Жуков вылетел с подмосковного аэродрома и через несколько часов приземлился в Ленинграде. В пути самолёт преследовали два «мессершмита»; чтобы оторваться от них, пришлось лететь над самой водой Ладожского озера. По дороге он думал о Ворошилове. Он знал, что Сталин и Ворошилов были старыми друзьями. Но в новой войне Ворошилов показал себя никудышным командиром, хотя в Гражданскую был героем.

Когда Жуков прибыл в Смольный, руководители города — Ворошилов и Жданов, расстелив на длинном столе карту Ленинграда, отмечали цветным карандашом заводы, которые они взорвут, когда фашисты прорвут оборону. Жуков вручил Ворошилову сталинскую записку, и в этот момент тревожно зазвонил телефон:

— Товарищ Ворошилов, немцы, немцы прорываются!

— Сейчас буду! — ответил Ворошилов.

— Подождите! — остановил его Жуков и взял трубку. — Доложите как следует, — скомандовал он. — Какие немцы, где, сколько их?

— Человек двадцать. В районе Пулкова.

Пулково было самым близким пригородом.

— Я — генерал армии Жуков. А вы кто такой?

— Командир роты…

— Из-за двадцати немцев вы звоните командующему фронта! — разъярился Жуков. — Поднимайте роту в атаку. Через полчаса доложить своему командиру полка.

Оказалось, что часто после таких звонков Ворошилов лично мчался на передовую и вёл за собой в атаку какую-нибудь часть. А в это время весь фронт оставался без командующего.

— План взрыва предприятий отменить, — скомандовал Жуков. — Я послан не для того, чтобы сдавать город. Вражеское наступление мы остановим.

Всю ночь он сидел над картой и обсуждал с командирами крупных соединений, что противопоставить врагу. В те часы, пока он летел и пока добирался до Смольного, обстановка на позициях резко ухудшилась. Враг рвался к городу с нескольких сторон.

К утру, после того как Жуков выслушал доклады командиров, он вместе с ними сформулировал план обороны Ленинграда. Положение было критическим, но при этом у города были резервы. Войскам остро не хватало противотанковых орудий, чтобы сопротивляться фашистским танкам. Но было много зениток. Часть их Жуков немедленно приказал выставить на линию фронта. Они стреляли прямой наводкой по наступающим танкам и пробивали танковую броню. Фронту не хватало воинов, но в Кронштадте стояли корабли, которые никуда плыть не собирались. Из матросов он приказал создать воинские части. А могучим корабельным орудиям, стреляющим на большие расстояния, бить по вражеским укреплениям. Часть орудий он приказал снять и перевезти туда, где они были нужны больше всего. Даже с корабля-музея, крейсера «Аврора», были сняты пушки и перевезены на фронт.

Скоро разведка доложила Жукову, что фашисты стали утеплять свои блиндажи, рыть новые землянки, а вдоль переднего края расставлять мины. Это значило, что от наступления фашисты перешли к обороне. Город отстоять удалось. Хотя бы на время. Ещё через несколько дней разведка сообщила, что крупные танковые соединения противника из-под Ленинграда двинулись в сторону Москвы. Начиналась битва — за Москву.

5 октября Сталин срочно вызвал Жукова в столицу.

Отступать некуда

В эти дни гитлеровские армии огромными танковыми клиньями в разных местах вспороли нашу оборону и устремились к Москве. Во вражеском тылу оказались дивизии, даже армии и фронты. Они с боями пытались прорваться, чтобы соединиться с основными войсками, но счастье выпадало немногим. Большинство воинов погибали или попадали в плен.

Всё это Жуков понял из короткого разговора со Сталиным.

Сталин был простужен, плохо выглядел и работал дома.

— Сложилась очень тяжёлая обстановка. Мы даже не знаем толком о положении Западного и Резервного фронтов. Поезжайте, разберитесь и немедленно звоните.

Штаб Западного фронта Жуков отыскал глубокой ночью. В штабе при свечах шло заседание военного совета. Оттуда он позвонил Сталину.

— Главная опасность на Можайской линии, — доложил Жуков. — Там могут внезапно появиться танки противника. Надо как можно скорее стягивать туда войска.

— А где сейчас 19-я и 20-я армии Западного фронта? Надо в первую очередь послать их.

— Они окружены, — ответил Жуков.