Валерий Волков – Рассказы Брошенного Мира (страница 2)
Сегодня мой отец сломал себе ногу, как – мы оба не поняли, – солгал я, – Но я привел врача, и сейчас отцу оказывают помощь. Если через четыре часа он не придет в себя, можете уже делить наследство.
– Ты ведь шутишь? – спросил мой брат.
– Конечно шучу, он же наш с тобой отец.
– Ладно, – Сказал Берни, убирая ногу с дверного проема – Если что-то пойдет не так, с тобой я разберусь в первую очередь.
“Сомневаюсь”– подумал я с ехидной ухмылкой, вспоминая своего зеленоватого приятеля.
Закрыв дверь, я с облегчением пошел на второй этаж, прихватив тарелку с солониной и кружку с вишневой настойкой. Грин держал уже целую, хоть и ещё синюю ногу, но уже естественной формы. Отличная работа.
Затем он наложил тугие повязки, и мы уложили отца на кровать.
– В течении двух суток рекомендую не опираться на больную ногу. А потом хоть куда. Хорошо, что мы живем в эпоху совмещенной медицины.
Я показал на тарелку со стаканом.
– Спасибо.
– Пожалуйста – ответил Грин, – долг уплачен. Жаль, правда, что пришлось лечить такого умственно неизлечимого…
– Грин! Он мой отец.
– Ладно-ладно, – полуорк начал уплетать угощение.
– Кажется, тебе придется выходить через окно.
Грин поперхнулся.
– В смысле через окно?
– Просто внизу сейчас ошиваются четверо наших. Если мой отец ограничился словами, то эти точно вопросов задавать не станут.
– Эх. Не просто быть твоим другом. Ну ладно. Какое окно?
– То, что выходит на Прямой Переулок. Сейчас достану веревку.
– Буду благодарен.
Когда я спустил его по веревке, то проводил некоторое время взглядом. Кто знает, может брат решил проверить, в чем дело. Я спустился за двумя стаканами. Вернувшись, я обнаружил, что отец приходит в себя. Я налил ему настойки.
– Что этот зеленый натворил? Почему я не чувствую ногу? Эта тварь её оттяпала?!
– Нет, отец, ты не будешь чувствовать боль два дня, затем, сможешь ходить.
– Не верю!, – отец посмотрел на ногу. Потом на меня. Затем снова на ногу.
– Да, он мастер по части исцеления. Уже давно, – солгал я.
– Тебе повезло, что я смогу ходить. Я не прибью тебя. Не видать тебе наследства.
– Ты думаешь, мне оно нужно? Посмотри на Грэга, он бы скорее сам тебя добил, чем стал бы врачевать.
– Не смей клеветать на своего брата!
– Я и не собираюсь. Ты же сам знаешь, что это правда.
Отец нахмурился.
– Да, он истинный сын своего отца…Чего нельзя сказать о тебе. Все якшаешься со всякими подозрительными типами…
– Лучше расскажи, что случилось.
– Да я сам ничего не понял! Стража принесла тебя рано утром, сказав, что нашли тебя голым в канаве у «Синего Кота». Видимо из уважения к тебе, вспоминая твое прошлое в страже, они пообещали мне никому не говорить о случившемся. Мне же они сказали, что ничего не знают. Морвен, это позор. После такого я не могу иметь с тобой дел, несмотря на то, что ты мой сын. Перелом стал последней каплей.
– Но…
– У тебя есть день, чтобы убраться отсюда.
– Хорошо. Но все, что случилось – тайна.
– Конечно. Я не позволю своей семье так опозориться.
Произошедшее за последнюю ночь не давало мне покоя. Всему должно быть разумное объяснение. Собирая вещи, я прикидывал, что же могло случиться.
Когда я закончил собирать свои вещи в походную торбу, отец позвал меня к себе. Он протянул мне солидных размеров мешочек.
– Здесь ровно столько, сколько нужно на новый меч и еды на десять дней. Дальше разбирайся сам.
Я ахнул.
– Спасибо отец. Если я вернусь, то буду уже другим…
– …Или не возвращайся вовсе, – закончил он.
С этих слов и закончилась моя работа в лавке отца. И начался путь, о котором я не мог и подозревать…
Глава 2
“Возможно, когда-нибудь я снова сюда вернусь” – подумал я, выходя за порог. В принципе раньше я и так задумывался о том, чтобы уйти в дальние странствия. Правда, подобной причины у меня не было. Мне просто надоела вся эта возня с лавкой, братом, что видит во мне только соперника, который только и думает, чтобы подсыпать яду ему в кружку. Паранойя у нас – дело семейное.
Так как я уже планировал покидать город, у меня было множество накоплений, даже не считая тех, что были у меня в кармане. Пять должников, часть из которых были моими сослуживцами по службе в городской страже, торговцы, ростовщики и прочие, кого мне приходилось охранять вне работы на лавку. Предстоял насыщенный день.
Я потратил несколько часов на поиски каждого из них. Если бы часть из них не была в Купеческом Квартале, на это бы ушел целый день. Остался последний должник. Единственный, кто находился именно там, куда мне нужно. А именно в «Синем Коте». Туда я и пошел.
В этой таверне я проводил большую часть времени после работы, слушая о приключениях путников, что заходили туда. Нужно как можно скорее узнать, что же произошло вчера. Должно быть, произошло что-то заметное, если я потерял свой меч. По крайней мере, я знал, кого спросить.
Миновав Богатый и Воинский кварталы, я увидел знакомое мне заведение. Несмотря на то, что «Синий Кот» считался низкосортным заведением из-за нахождения в Низшем Жилом Квартале, оно имело даже больший успех, чем таверны Воинских и Богатых Кварталов, так как оно стояло ко входу в город первее всего. Разумеется, оно сразу стало быстро преображаться. И уже на шестой год своего существования «Синий Кот» не мог не манить ароматами еды и трав к своему красивому порогу.
Уже начинало смеркаться. Несмотря на то, что после войны с империей город Мидлмор считался городом дружбы народов, безопасным он точно не становился. Конечно, хорошо, что тебя не ограбят и не убьют за длинные уши, плоскую физиономию, низкий рост или другой цвет кожи. Но ведь это не делает карманы легче. Так как Королевство Левон считается одним из самых воинственных, почти любое преступление можно списать на превышенную самооборону своих карманов. Потому стража не сидела без дела. Убийствами и ограблениями дела стражи не ограничивались. По многим городам Королевств и Империи шла преступная лихорадка. Ведь если ты ступил на путь преступника, то тебе уготовано лишь три пути: на плаху, в ближайшую канаву, или жить с постоянным риском попасть на первый или второй путь. Есть конечно и четвертый путь – если по определенным обстоятельствам тебе нельзя на плаху, а сажать в обычную тюрьму бессмысленно, то остается лишь одно – пожизненное заключение в Тивлэнде – Государстве-Тюрьме Воров, где живут по другим правилам, и откуда невозможно сбежать. Каждый второй преступник мечтает там оказаться. Лучше бы мечтали не сдохнуть.
Подходя ближе к знакомому месту, я увидел уже знакомую картину, которую видел почти каждый вечер. На крыльце заведения происходила перепалка двух мужчин: Рыжеволосый был бородат и одет в коричневый жилет с зеленой рубахой, в шароварах и в сапогах и с топориком на поясе, в руках же он сжимал лютню. Очень странную, ведь она была в полтора раза больше обычной. Его звали Ричард Смол. Я знал его. Это и был мой должник. В прошлом воевал за Левон, прошел через войну с Империей. После этого подался в музыканты, ведь материала для баллад он собрал достаточно. Второй же мужчина, а скорее светловолосый кудрявый юноша был одет в пурпурный камзол, черные штаны и кожаные ботинки за поясом виднелась флейта, и совсем скромный стилет. Они не замечали меня. Кажется, эти двое начали поливать друг друга грязью совсем недавно, если они ещё не начали драться. Только я об этом подумал, как рыжий сказал:
– Хватит трындеть уже, давай решим этот вопрос как мужчины! – он начал откладывать в сторону лютню и топорик. Второй же подхватил, откладывая стилет и флейту – И тот, кто останется на ногах, споет об этом балладу!
Я решил не вмешиваться, так как знал, что в таверне может быть лишь один бард или труппа – одиночки редко знают одни и те же песни, что портит атмосферу, а хозяин «Синего Кота» считал это непростительным.
Они начали драться. Разумеется, на кулаках. На звон клинков мигом бы прибежала стража. Они кружили вокруг несколько мгновений, и юноша попробовал нанести первый удар. Рыжий сблокировал, порвав дистанцию. Оба осторожничают. Оно и понятно, без зубов с разбитыми пальцами или с кровавым кашлем трудно петь и играть. Это продолжалось несколько минут. Краем глаза я заметил, что из-за угла крался какой-то тип в сторону валяющихся на брусчатке лютни, флейты, оружия и кошелька юноши. Я крикнул «Парни!», указывая на подлеца. Юноша воспользовался моментом и ударил рыжего в нос. Ричард хотел его ударить, но заметил вора. Ответ не заставил себя ждать.
– А ну иди сюда, грязный выродок! – грозно выкрикнул Рич и вместе с юношей побежал в сторону вещей. Подонок не добежав до добычи решил ретироваться. Но не успел он повернуться, как что-то свистнуло, и из его затылка торчал кованый арбалетный болт. Рыжий опустил лютню, из грифа которой вытянулись плечи с тетивой. «Что же с людьми делает война», – помотав головой, подумал я и вздохнул. Юноша несколько секунд стоял в недоумении и сказал:
– Такие не должны жить. Давай сбросим его в канаву.
– Конечно, – сказал рыжий. Наступив на голову, он достал болт, вытер его об покойника и вложил обратно в лютню. После того, как они выкинули труп в сточную канаву, рыжий повернулся ко мне. Из его носа текла кровь. Он сказал:
– Спасибо, Морвен. Сам знаешь – инструмент кормит музыканта. А насчет этого подонка…