Валерий Волков – Рассказы Брошенного Мира (страница 17)

– Постойте, – вмешался я, – То есть, вы не знаете ни о королевском роде Грэйкаслов, ни о роде Мерритов?

– Грэйкаслы взошли на трон?! Мой прапрадед рассказывал деду, который рассказал мне, что сэр Уильям Грэйкасл был лишь сыном полководца Карла Грэйкасла, который помог переправиться бастарду императора Цербиусу Арчу через реку Мирну ещё до появления Новых Людей – ответил другой мужчина, с длинной бородой.

– Сколько же вашей деревне лет?! – спросил Грин.

– Восемьдесят семь. А ты думаешь, почему мы так испугались. Ты представляешь, во сколько раз вырос наш долг за это время?

– Я бы и сам испугался, – сказал Рич.

– Так мы можем найти здесь кров? – снова спросил Иган.

Парень задумался.

– Надо спросить старосту. Пойдем со мной. – ответил первый среагировавший на нас.

Мы пошли вслед за ним. Он слегка выделялся среди остальных. Вид у него был чуть более ухоженный – рубаха, кожаный жилет, коричневые штаны и уже слегка грязные башмаки. Зеленые глаза, слегка выраженные скулы, высокий лоб и острый нос. Недлинные золотистые волосы же были растрепаны.

Дом старосты ничем не отличался от остальных домов деревни, кроме одной детали: над дверью была вывеска «Волчий мёд».

– Неужели это…-начал было я.

– Таверна! – радостно закричали Рич, Грин и Ховарды.

– Вас что ли ничему жизнь не учит? – с усталым взглядом спросила Вестра.

– Конечно учит, но перерывами после занятий пренебрегать нельзя…-с ухмылкой ответил Талер, да и тем более, разве ты видишь здесь кровожадных ублюдков с кучей золота и без детей? Я – нет.

Парень с опаской посмотрел на нас, спросив:

– Это где такая деревня?

– Уже неважно – ответила Мелла.

– Ла-а-дно.

Открыв дверь, на которой не было ни замка, ни засова, ни даже крючка, мы вошли внутрь. Оказавшись внутри, мы ощутили запах горящих дров в печи, а также жареного мяса. Данный зал был похож на зал самого обычного трактира. Небольшие столики, большой, судя по всему праздничный стол. Стойка, за которой были полки с одинаковыми бутылками, а также разные короба. На самой стойке стояла достаточно объемная бочка, за которой слышались характерные удары ножом о доску, и едва слышимая песня, слова которой было не разобрать, так как они казались монотонным бормотанием старика.

– Сэгвин, ты здесь? – громко сказал парень, – к тебе гости с большой дороги. Ищут кров и пищу.

Стуки прекратились, бормотание замолкло. Затем стуки продолжились, но уже другие, более редкие, но тяжелые. Из-за бочки сначала показалось старое лицо с седыми волосами и небольшой щетиной. Затем показалось и остальное, слегка худощавое тело в серой рубахе и коричневых штанах. Он был босым наполовину: вместо одной ступни была деревянная. Одна из рук была занята костылем.

– Здравствуй Честер. Приветствую вас, дорогие гости. Можете чувствовать себя как дома. Но хочу сначала узнать, кто вы. Присаживайтесь, сейчас я принесу поесть.

Мы сели. Парень, которого звали Честером, сел с нами.

Когда Сэгвин энергично ковылял с подносом, Честер встал и помог ему донести всю еду. Конечно, не пир в Шовельвиле, но зато не отрава в кружках. По крайней мере, запах не обманывал: Это был самый обычный яблочный сок. Съев рыбный суп и жареных цыплят, мы начали свой рассказ, полный насилия и небылиц. По крайней мере, детей в колбах и политую свинцом деревню он посчитал выдумкой. Про сундук с золотом мы промолчали, видимо вспомнив колоссальный долг деревни перед умершим наместником, который находится вообще по другую сторону границы. Сам Сэгвин мало чего рассказал о деревне, потому как история ничем не отличается от других деревень: Первый король из рода Арч посылал людей, выделяя деньги на основание деревень. Но так как казна была не бесконечна, староимперские медные арчи имели приличную цену.

– Сколько мы должны за еду и четыре комнаты? – спросила Сандра.

Сэгвин с Честером рассмеялись.

– Ты думаешь, все это стоит денег? За восемьдесят семь лет у нас не прибавилось ни на арч. Ничего не надо. Хоть и живем скромно, но не бедствуем. Грабить нас некому. Законно грабить – тем более некому. А странники у нас бывают редко. Только Честер заглядывает раз в месяц на праздник. Сегодня кстати комнаты могут и не понадобиться: во-первых, у меня их нет в таком количестве, и я могу предложить лишь пустующий сарай, а во-вторых – сегодня праздник. Потому в качестве благодарности можете помочь в подготовке. Скоро стемнеет.

А что за праздник? – спросил Рич, – может, смогу подобрать пару-другую песен.

– Восемьдесят семь лет и три месяца нашей деревне. Каждый день мы стараемся в поте лица, чтобы раз в месяц этим насладиться.

– Вы случаем не слышали про Храм Создателей? – спросил Адран.

– Нет. А кто это? – смущенно ответил вопросом на вопрос староста.

– Да так, неважно, просто…

– …Просто это хорошо, что вы добросовестно живете по собственной воле, а не по чьим-то религиозным предписаниям, – закончила за полуэльфа Сандра.

На лице старика вновь появилась ухмылка.

– Лучше вспомните весь свой рассказ ещё раз. Поймите, наконец, что не существует чистых и непорочных мест, где ступала нога человека. Как бы он ни старался быть хорошим, праведным и чистым, он хотя бы взглядом заденет мрак своей души. Хотя бы раз в жизни. Человек тоже может быть зверем…

Ухмыльнулся уже Том. Сэгвин этого не заметил.

– …И несмотря на то, что мы не участвовали ни в одной из войн и даже не знали, что Империи Морн больше не существует около восьмидесяти лет, мы все равно не посмеем себя назвать самыми праведными. Было проведено немало достаточно кровавых судов над теми, кто посмел нанести нам вред. Ну и наши праздники тоже отличаются от тех, что в королевских землях. Мы за границей, или же, как вы сказали, на Ничейных Землях. А здесь уже другие законы. Больше похожие на законы стаи. Или ты в ней, или растерзан или умер от холода, жажды и голода. Жажда к выживанию и добросовестный труд лишь оправдывают нас. А также дают возможность жить дальше и праздновать раз в месяц, позволяя заглядывать в тот самый мрак души…И вернуться обратно к трудам.

– Мудрые мысли… – промолвил Рич.

– Уже думаешь писать притчи, полные мудрости и добра? – усмехнулся в ответ барду Грин.

– А почему бы и нет? – продолжил я, – Такие книги в наше время – настоящая редкость.

– Так ты писатель? – спросил его Сэгвин.

Ричард поправил лютню за спиной.

– Скорее бард. Ведь песня делает нас людьми, какие бы звери не скрывались внутри.

– Да я вижу, ты тоже не обделен мудрыми мыслями – улыбнулся старик. – Но не думаю, что стоит писать о нас песни и баллады.

– Почему же? – спросила Вестра.

– Мы же не хотим, чтобы новый король узнал о землях, что не платят налогов – пошутил Честер, после чего даже самые мрачные и угрюмые из нас рассмеялись.

– Ладно, – Сэгвин успокоился первым, – Вы ведь все ещё хотите насладиться мирной жизнью после долгого пути, полного кровопролития и ужасов? Сначала нужно как следует потрудиться…

И мы пошли за ковыляющим стариком. Несмотря на его увечье, его порой действительно было трудно догнать. Дойдя к центру деревни, где уже складывали огромный костёр, Сэгвин постепенно знакомил нас с жителями деревни, отправляя кого-либо из нас на помощь. Таким образом, Эльфы пошли на помощь с непослушной скотиной, Ховарды и Адран отправились на помощь с чисткой овощей, захватив с собой Вестру с Джаланой на разделку мяса. Кажется, для Джаланы разделка кого-то уже часть образа жизни. Туда же захотел пойти и Рич, но Сэгвин сразу отправил его, как человека образованного, пойти проверить грамотность летописца, ведь за восемьдесят семь лет это сделать было некому. Негодование на лице барда было неизмеримым, но и отказать доброму старику-калеке он не мог. Игана отправили на помощь с тасканием столов к месту праздника, Финну же поручили осмотреть кузницу и поделиться с кузнецом некоторыми знаниями, которые он успеет рассказать. Остались лишь Мы с Грином и Сандра. Сэгвин задумался.

– Кажется, всем помощи хватает, тарелки и ложки со стаканами мы и сами разложить можем…А, точно. Есть одно важное и ответственное задание. Пойдем со мной.

Выходя из деревни, он продолжил.

– Там, в моем доме, вы сказали, что являетесь учеными. Возможно, происходящее здесь станет тайной не только для нашей деревни, хотя надеюсь, что именно вы сможете найти объяснение…

– О чем же вы? – спросила Сандра.

Сэгвин промолчал, лишь показав нам жестом идти за ним. Зайдя в лес, мы начали забираться на холм, иногда подхватывая одноногого старика, чтобы он не покатился вниз. Затем, в тени деревьев, мы нашли извилистую тропу через высокие кусты. Лес жил своей жизнью без участия людей, потому часто ветки били нам по лицам, когда староста проходил через них. Наконец, почувствовался слабый ветерок, и стало чуть светлее – мы вышли из кустов. Но не на такую же рыхлую землю. Земля под ногами словно была превращена в камень. При этом границы были размечены ровно, словно это была огромная плита. Грин хотел было открыть рот, но старик закрыл его, приблизил нас к себе, и шепотом промолвил:

– Тише. Под нами нечто опасное и неизвестное. Идите ровно за мной, след в след.

Мы заметили, что на камне была насыпана рыхлая земля, что поросла мхом. Старик аккуратно шел первым по тропе. Мы дошли ровно до середины плиты. Перед нами стояло нечто странное: ещё один огромный, идеально ровный камень, к рядом с которым лежала большая рука, а точнее – её обглоданный скелет, словно остальная часть существа, была придавлена плитой. Сама рука была больше человеческой раза в полтора, а ширина кости была больше раза в два. Не менее примечательно было то, что пальцев было всего четыре, и они имели длинные, острые когти, размером с сам палец. Мы стояли с открытыми ртами. Сандра что-то шепнула старику, он аккуратно отсыпал часть земли ближе к руке. Я шепотом спросил её, что она задумала. Она ответила, что возьмет её с собой, чтобы показать Адрану. Тем временем Сэгвин уже взялся за руку своей рукой, чтобы отломить её. Кость, несмотря на обглоданность, не поддавалась, чтобы сломаться в основании. Усилие за усилием, он не мог ничего сделать. Затем, свершилось немыслимое. Пальцы вдруг замкнулись на его руке, когтями вонзившись в запястье. Он издал внезапный крик, испугав всех нас, Сандра попятилась. И наступила на плиту.