Валерий Васильев – Время покинуть колыбель! (страница 4)
Я отмахнулся.
- Да шиз очередной. Многоходовочка, блин.
Постепенно всё успокоилось, став очередной забавной историей. Вечером я плюхнулся в кровать, доставая ноутбук. М-м-м, игрушки, мои любимые. На фон поставил канал с рутуба, там очередные дурики что-то обсуждали. Примерно через час видео переключилось на новости. Я уже потянулся переключить видео, как диктор заговорил:
- Спецназ ФСБ успешно раскрыл дело об утечке государственной информации. Гражданин Украины Владимир Сергеевич Соловенко, попавший на территорию РФ в качестве беженца, покупал информацию о боеспособности российской армии у одного из майоров сухопутных войск, Вахтына Саидовича Колольмяна. Передача информации проходила в Москве, в кафе «Нежность». В ходе расследования выяснилось, что майор имел гражданство Узбекистана и был при этом нелегальным иммигрантом, неизвестным образом занявшим высокий пост. По факту было возбуждено дело и передано в Следственный Комитет, глава комитета Бастрыкин заявил, что взял дело под личный контроль. ФСБ отдельно выделило роль студента МГТУ им. Баумана, который пожелал остаться анонимным в целях личной безопасности, и который предоставил всю необходимую свидетельскую информацию по делу. К другим новостям…
Я остолбенел. А после потянулся в сумку, достав Аврору. Экран кнопочного телефона был темным, но стоило нажать на кнопку, как тут же зажегся, на старомодном интерфейсе появилось уведомление – «1 сообщение». Я перешел по разделам, увидев текст. «Суббота, Р134ОН, серая Лада Гранта, 9:00. Пароль – *Такси? Отвезите в Кафе Грубость?*. Отзыв – *Садысь, дарагой, нэжно докачу!*».
И лишь потом загудел мой телефон. В группе однокурсники обсасывали, что я реально помог следствию, и ФСБшник был настоящий. Но вскоре всё затихло. Я сжал Аврору в кулаке. Неужели всё и правда так просто? Тогда… Сколько новостей на самом деле не являются правдой?
На следующий день я пришел, довольно нервный. Сразу мое состояние заметил староста.
- О, Миш, привет. Ты чёт бледный. Опять играл до пяти утра?
- А? А, д-да…
- Точно всё нормально? Или тебя к медсестре отправить?
- Нет-нет, не надо.
- Точно?
- Да что не так-то?
- Сегодня первая пара у Бороденко. Ты же его всегда прогуливаешь, а тут пришел.
- А… ну, забыл. С кем не бывает!
В этот момент подошла Пепельнова. Юлька окинула меня скептическим холодным взглядом, и прошла мимо, удивленно пробурчав себе под нос:
- Бывает же…
Зараза. И вот как мне быть? Бежать уже поздно, прогуливать тоже. И от контракта с ФСБ я уже не отделаюсь. Чёрт, ну говорили же родители, не садись в красивые машинки к незнакомым дядям!
Все оставшиеся дни я ходил нервный. Что же ждет меня в субботу? Это же… ну, какой-то секретный проект, да? Но зачем я там нужен? Там же куча профессоров и светил науки, почему там я? А. Погоди. Я узнаю, когда туда приеду. И зарплата триста тысяч. Казалось бы много, но когда нужна реальная секретность, там и до миллиона доходит. Я понял, я понял! Я официант! Пока профессора будут задумчиво чертить машину времени, я буду носиться между ними и разносить кофе, коньяк, конфеты и так далее. Я просто прислуга! Надеюсь, я там не один такой… Хотя, мне ещё повезло. Чёрт, ну кто тянул меня за язык, мог бы помолчать, и забрали бы Юльку! Она бы бегала, кофе разносила, возможно, и… Ну я и сволочь, нет, желать девушке работать с «легким поведением» кошмар. Я же не дядька с того страшного острова. Да и Юлька девушка красивая, жалко. Была бы нормальной ещё и головой, можно было бы подкатить, но она же зануда. В клуб не сводить, на концерте не оттянуться. Будет дома сидеть и гундеть про Достоевского, в какой-нибудь мешковатой кофте и шали. И юбке. Бабка такая, только молодая.
Постепенно, наступила пятница. Ближе к вечеру я не находил себе места. Компьютер даже не включал. Хорошо, что общажная комната у меня на одного. Соседа не нашлось. Я могу бродить по комнате, никого не беспокоя. Чёрт-чёрт-чёрт, что делать? Может, сбежать? Да меня сто пудов найдут! Сейчас же эпоха такая! У них не то, что моя внешность и все пароли – сто пудов ещё и образец генов есть, биометрия и так далее. Найдут и хлопнут… А мне теперь спать как?! Так, ладно, спокойно. Я всего лишь официант. Главное – рот завалить, не запоминать ничего, чтобы американские спецназовцы ничего из меня не смогли извлечь, потому как я не знаю. Погоди, а их будет это волновать? А-а-а!!!
Всю ночь я не мог уснуть. Одно дело – пошутить и огрести за это штраф, и дальше можно шутить и дальше. Всё уже решено. Но вот ждать… ждать – это ужас.
Ближе к 9 часам на меня свалилась апатия. Я просто устал бояться. И решил, что… а будь что будет. Ну грохнут и грохнут. Так мне, лошаре, и надо. Одевшись и закрыв комнату, я направился на выход из общажития. С пониманием, что скорее всего сюда не вернусь. Посмотрел на недавно покрашенные стены, новые потолки. Вышел из пластиковых дверей, смотря на осеннее утреннее солнце. Людей, спешащих по своим делам. Летящих по улицам самокатчиков и автомобилистов. И целые ряды припарковавшихся вдоль тротуара машин. И плевать что здесь нельзя парковаться.
Стоило мне выйти, как одна из машин замигала аварийками. Серая Гранта. Я подошел, посмотрев на номер. Совпадает. За рулем сидел крупный, колоритный грузин, в коричневой куртке и кепке. Настолько стереотепичный таксист, которого только можно представить. Я постучал по стеклу, и водитель опустил стекло и улыбнулся щербатой улыбкой.
- Э-э-э, дарагой, чито стикло стучишь, чито табэ надо?
- Это… Такси? Отвезете в кафе Грубость?
- Вай, садысь, дарагой, нэжно прокачу!
Я открыл дверь и сел на переднем сидении. Водитель довольно лихо вырулил, и поехал по московским дорогам. В какой-то момент он закрыл окно, и протянул мне руку.
- Вахтанг Колольшвили. Тэбя как звать, дарагой?
- Михаил Колыбелин… Стоп. Вахтанг Колольшвили? А в новостях был…
- Вахтын Колольмян, да-да, дарагой, эта я.
- Н-но…
- Э-э-э, дарагой, шпионский дела интэресный, да? Новость-то, тю, чито ты в глупую башку журналиста покладешь, то в нэй и будэт. А вот покладешь информацию для своих – он табэ всё и расскажет. Нэ понял? Соловенко, как ты думаешь, кто?
- Эм… Не знаю.
- Э, дарагой! Соловенко – перэдэланный Соловьёв! А Володимир Сергеевич Соловьёв – главный конструктор Лады, да. Ничего, генацвалэ, научат тэбя.
- … Бред какой-то.
- И это тоже.
- А?
- Дарагой, ти в шахматы играть умэешь?
- Ну, так, чуть-чуть.
- А знаэшь ли ты, чито такоэ хаос-партия?
- Нет…
- Вот поэтому и брэд для тебя всё вокруг. О! Приэхали, дарагой!
И правда, пока мы общались, он привез меня куда-то на окраину Москвы, где было на удивление мало машин. Мы стояли перед… заброшенным ангаром? Вахтанг припарковал машину, и вышел, кивнув мне. Я вышел за ним. Он подошел к ангару.
- Сюшай, дарагой, одын раз тэбя проведу, дальше сам ходыть будешь. Таксист я, понимаешь, да? Работать надо.
- … даже страшно спрашивать, какое у вас звание.
- Так ти ужэ знаешь.
- Уже зна… стоп. Новости?
- Думай, геноцвале.
- … Майор?
- С первого раза, ты глянь!
- Но… Зачем раскрывать правду?
Он подошел к старому почтовому ящику, и сунул туда какую-то карту. Дверь скрипнула и открылась, а ящик выплюнул карту обратно. Вахтанг улыбнулся.
- Э, дарагой. Ложь хороша, ежели состоит из правды. Захады, дарагой.
Внутри ангара было… куча каких-то станков. Темно. Это реально ангар или какой-то цех. Но Вахтанг уверенно подошел к одной из стен и присел. После чего достал ещё одну карточку, и сунул в щель между кирпичами. Пол скрипнул, и бесшумно раздвинулся. Вниз вела… современная металлическая лестница, и белые стены коридора. Странно, что без пыли… Стоп. А ведь и правда, во всем ангаре нет пыли! То есть, на этих станках кто-то работает?
Вахтанг махнул рукой.
- Туда табэ, дарагой. Дальше сам. А я пойду. До завтра. А, вон та кнопочка нажми.
Я шагнул вниз, и нажал на большую красную кнопку. Из щели между кирпичами вылезла карточка, которую Вахтанг забрал. А дальше люк плавно закрылся. Судя по звукам, Вахтанг ушел. Я обернулся, смотря в глубь белого коридора. Стены сделаны из чего-то типа металла. Будто в космическом корабле. Лампы – прямоугольные линии в потолке и по центру стен. Там вдали ещё поворот направо. Это уже какая-то фантасмогория. Я под каким-то заброшенным цехом в секретной лаборатории, какой ужас…
За поворотом оказалось продолжение коридора, но уже с кучей белых пластиковых дверей. И была открыта дверь в конце коридора. Я видел кусок какого-то стола, и разговоры. Испуганно подошел и заглянул.
Это был большой конференц-зал с не менее большим столом, за котором было 10-15 мест. Каждое из мест имело кресло, и личный микрофон. На стене в другой части зала висел проектор, и стоял компьютер. И вот, за этим столом уже сидело семь мужчин и женщин, в возрасте. И лишь одно лицо было мне знакомо – полковник! Он меня, кстати, и заметил.
- О! Михаил, заходите, заходите. Вы вовремя. Заходите, заходите, не стесняйтесь.
Я зашел, немного поклонившись.
- Здрасте.
- И куда пропала ваше бесстрашее? Оно мне так нравилось.
- Когда непонятный джигит везет тебя непонятно куда…
- А, вот оно, понимаю, понимаю. Сейчас ещё подождем, и можно будет приступать.