Валерий Васильев – Еретик. Том 2 (страница 38)

Опа! Какая знакомая аура! А ну ка… О, какая ситуация! Все как завещал… кто-то да завещал. Неважно. Мадуси сунула руку в голову паладина. А он даже не почесался. Ха, лошпед! Теперь передать нужную мысль…

*Звук… ну вы знаете*

От такого щелчка в нос Мадуси кувыркнулась через голову пару раз, да и некоторое время растирала пострадавшую часть тела. Ах ты сволочь! Вот… вот! Вооот, да! Вот зачарует вон того большого увальня, чтобы… чтобы вот в нее влюбился! Эта же как её… Тиранша, во! Либо порежет, и все дело этого засранца пойдет коту под хвост, либо не почикает. Но с её силой увалень её возьмет. Рано или поздно. А вот эту косоглазенькую… Ну, глаза можно вправить, но не сейчас… да в самого паладинчика! Все, пускай теперь в этих любовных треугольниках с ума сходят! Ну, точнее, умирают. Посчитав свою задачу выполненной, аватара полетела дальше по космосу — нести любовь этому миру. Каждая сволочь должна быть влюблена. По поводу счастья не уверена — не за это она отвечает.

/Еще дальше в космосе/

Галактика медленно отдаляется. И оказывается большим столом. На самом деле Сильные просто решили создать её проекцию — это ненастоящая галактика. Лень такой большой стол делать, и таких больших аватар.

Стол представлял из себя обрезанный овал с двумя «рукавами» — в президиуме восседали Дести и Мемори, а на «рукавах» сидели другие Сильные. Всего их было около сотни на эту маленькую галактику.

Здесь собрался разномастный народ самых разных рас. Однако все они условно делились на «белых» и «черных». «Белые» в основном сверкали, как новогодние елки. У кого крылья, у кого нимб, кто просто весь золотой. Со стороны «черных» основной модой же был капюшон с невидимыми чертами лица.

Вскоре многие были на местах, и Дести взмахнула рукой.

— Хай, народ!

За ней раздался обеспокоенный шепот.

— Д-дести, обычно приветствуют…

— Успокойся, подруга. Итак, народ. До меня дошли слухи, что вы чем-то там недовольны. Ах да, последняя Игра Богов. Слишком быстро кончилась. Понимаю. Однако я тут не при чем — как организатору, мне выгодно, чтобы вы играли подольше. Но тут уж карта не той мастью легла. Мне не повезло.

Такое заявление было встречено скептическим фырканьем. Самой судьбе — не повезло?! Ну да, конечно.

— Не верите? Зря! Предсказать, что злодей, которого планировали перенести в игру, внезапно на секунду потеряет связь с Системой, было невозможно. Сима же говорит, что никаких сбоев не было. А значит, это что-то глубже. Возможно… Хранитель Времени шутит шутки.

Многие горестно вздохнули. Хранитель Времени — это тот Сильный, который контролирует время, хоть это и очевидно. Его считают одновременно и самым слабым, и самым сильным. Почему? Он умеет управлять только временем. Однако, никто не знает, когда он это делает. Потому что воспоминания тоже отматываются. Вполне может быть, что он сидит здесь, слушает разговор, потом отматывает время, и уходит. В итоге он все знает, хоть его здесь и не было. Слава… кому-то, ибо боги здесь, за столами, что Хранитель довольно ленивый и флегматичный, так что он не будет вмешиваться, пока его не пытаются трогать.

Дести продолжила.

— Но, давай-те не будем отчаиваться! У меня есть наработки для следующей игры, и кое-что мы пустим в ход. Как на счет небольшой, буквально на пару десятков лет, но очень напряженной игры, м?

Многие оживились. Дести хмыкнула.

— Так и думала. Но для начала я произведу деление вас на «Светлых» и «Темных» согласно легендам этого мира.

Она взмахнула руками, и стулья поехали, меняясь местами. Рукава стола соответственно окрасились в белый и черный. Стулья встали на места… и раздался очередной хлопок телепортации.

— Рад вас видеть, Маднесс.

— И вам не хвора… А-а-а, я видимо ошиблась…

Маднесс, неожиданно для себя и остальных, оказалась на светлой стороне. Дама в алом с недоумением на маске подняла голову, разглядывая нимб Люца, Сильного, крайне ценящего честь. Он буквально питается только этой эмоцией. Люц с некоторым любопытством смотрел на нее. На маске Маднесс возникла вежливая дежурная улыбка.

— Простите, промахнулась стулом, ох уж эти голоса в голове…

— Сидите. Все в порядке.

— Да мне не удоб…

Дести рассмеялась.

— Сиди, сиди. Ты там правильно сидишь.

— Чт… Каво?! Ебана, сколько же я пропустила…

Она сказала это, посмотрев сидящего рядом на горящего белым огнем минотавра с белыми рогами и ангельскими крыльями. Таурд — покровитель дуэлей. Напротив — покровители доблести, стражников и лекарей. Маднесс тяжело вздохнула.

— Мда, попала в стаю некурящих…

И нагло прикурила сигаретку от пламени Таурда.

/Физаролли, ПЛ/

— Фииииз! Я тя так лю… лю… люблю.

— Хайнс, дорогая.

— Мррр… Ты мне любой нрависься… Ты зе меня не бросись?

— Не брошу.

— Мрррр…

Мда, пьяная Игла — это нечто. Я, это, конечно, знал, но не до такой степени.

Я гордо шел по станции, пальто распахивалось, подобно плащу. На руках я нес Иглу (потому что на роль Дайнин она вообще никак не походила в этом состоянии!), следя за тем, чтобы она не убилась головой об косяки. Фух, донес. Теперь аккуратно положить на кроватку… Не пускает. Вцепилась в воротник.

— Не уйдесь?

— О боги… Ладно, не уйду.

— Мррр… мой Физзз…

Я сел рядом, поглаживая её по голове. Она бормотала все бессвязней и бессвязней, пока, наконец, не вырубилась. Антрацит, до этого прикидывавшийся мохнатым воротником на платье, лег рядом с ней. Во сне Игла обняла кота, так что я тут, в принципе, был не нужен. Но уходить было уже бессмысленно. Я плюхнулся в кресло рядом, и начал рассуждать в мыслях. Если ошибусь, Разум поправит. Так? «Да».

Итак. Судя по докладам Альмы в процессе обеда и ужина, мы знатно так выбесили графа. Его сдерживает только разность в положениях и подозрения о нашей… неведомой силе. Более того, Иглу он считает наиболее опасной. Это подтвердилось её песней. «Да. Цитирую мысль графа: если она одна пьяная может учинить такой разгром, то что она может здесь трезвая, но в ярости». Угу. Соответственно, он попытается нас избегать. «Мимо. Он подговорил Дувила познакомиться с Рокитой, однако дурачок запомнил другую. А жена графа хочет найти общий язык с Иглой.». Угу. Пытаются наладить отношения… «Первое впечатление работает, но не совсем. Вы должны перейти условную черту, когда станете однозначным злом в их глазах». И где эта черта? «Первая черта — мясоедство. Так вы нарушаете их внутренний… распорядок. Пройдено. Вторая черта — угроза семейному счастью. К ней мы подбираемся. Нам повезло, Дувилу понравилось мясо. Мы тут не при чем. Альма экстренно закидывает мозги парня информацией, и чинит ему сознание. Оно почему-то было разорвано на куски. Постепенно у него появится собственное мнение, которое ему уже по нашей инструкции формирует Каси, и оно будет противоречить семейному кодексу. В семье настанет раскол, немного раньше, чем должен был случиться сам по себе. Третья черта — выгода себе. Когда начнется раскол, каждый будет пытаться перетянуть тебя на свою сторону. Ты должен будешь вести себя, как самый дешевый наемник. Кто-то предложил больше на копейку — переметнулся к нему. Четвертая черта — бунт бастарда. Призрак к этому времени подготовит Сагота, он будет готов заявить о своих правах на наследство. В качестве доказательства потребует использовать на нем орден. Выставишь за это цену, причем большую. Орден признает его полноправным наследником. Наступит второй раскол — на сей раз между графом и графиней. Графиня до сих пор не знает, что это за Сагот — граф приказал всем молчать. Хотя другие дети могут догадываться — слишком очевидны сходства. Пятая черта — заражение. Заразим кого-нибудь вирусом, безвредным, но с тяжелыми симптомами. Выстави чудовищную цену за услуги. Все. Ты будешь полным ублюдком в глазах… да всех».

Разум, ты знала, что иногда ты больше напоминаешь тирана, чем Каси? «У каждого тирана был свой учитель». Мда… окей, я попробую. «Учти, Альма жаловалась, что в головах Дувила и Козетты что-то изменилось. Не знаю, с чем это связано, однако она до сих пор ворчит». Изменилось? Когда? «Десять минут назад». Это Анутати. Видимо, мимо пролетала, решила подгадить. «Надо будет пожаловаться Дести…» Забей. Ждем, когда отоспится Игла, и постепенно приступим. «Угу. Внимание, Дувил приближается к отсеку». Козетта там не подглядывает, как в прошлый раз? «Нет. Она в своей комнате, что-то рисует на холсте». Принято.

Мы вновь приняли вид «скучающих аристократов». Я величественно уселся в диване, смотря в камин и головизор одновременно. Каси уселась у фальш-окна с романом. Дуся… Ну, Дусе можно все. Роль у нее такая. Сейчас она пыталась фломастером раскрасить то, что перфорировала недавно. Кажется, ей понравилась эта булавка. Что там по составу… Искусственный рубин, сталь, немного серебра, немного золота с медью[8]. Мда, ну с рубином будет сложно, я их делать не умею, но найти в земле смогу. Скопировать смогу.

Стук, двери распахнулись, являя нам громилу. Уже второй раз за сегодня.

— Ауг… Здрасте… Аманда.

Мда, тяжко у Альмы дело идет. «Братец, ты пробовал когда-нибудь работающий варп-двигатель по винтикам собирать посреди прыжка?!». Да я что, спорю, что ли…

— Заходи.

— Умгу…

Итак, процесс идет. Каси разбирается с этим чудо-шкафчиком, при поддержке Разум и Альмы, а мы просто отдыхаем. Все равно скоро идти на бокову… а, простите, отправляться почивать. Мы же аристократы…