Валерий Теоли – Сандэр: Ловец духов. Убийца шаманов. Владыка теней (страница 27)

Не сработало. Ударяю в кадык пальцами.

Удар прошел идеально. Синька закашлялся и выпустил меня, защищая горло рукой от повторной атаки.

Умный в гору не пойдет, умный гору обойдет! Ныряя под размахнувшуюся левую ручищу тролля, пытаюсь пнуть его в колено. Удастся – и он скатится в воду. Крен в его сторону, вот-вот – и бултыхнется.

Блин! Боковым зрением параллельно замечаю запрыгнувшую на краешек плота Лильку. Э, да она в воду свалится! Сестренке купание в озере противопоказано, особенно в данный момент, когда я туда тролля хочу спихнуть, живого или не совсем.

Нельзя отвлекаться во время боя, нельзя. Мой синюшный противник переставил ногу, ловко уклонившись от моей попытки разбить ему коленную чашечку. Не беда. Рискуя нарваться на встречный удар ножищей, кидаюсь вперед, продолжая движение, и врезаю кулаком в пах. Ненавижу грязные приемы, честно. Однако сейчас все средства хороши.

Синька взревел. Синька взвыл. Синька разозлился. Приложи он меня хоть разочек – прощай здоровье и здравствуй инвалидность. В лучшем случае инвалидность. А плотик-то раскачивается сильнее, устоять на нем сложнее и сложнее. Тролль выбросил ко мне обе руки, переходя в активное наступление. Я, уклоняясь, вновь взмахнул стопой, метя в колено. Он инстинктивно отдернул ногу и, потеряв равновесие из-за качнувшейся самодельной посудины, рухнул подрубленным кедром на шалаш. Сумел извернуться, гаденыш. Трезвый он. То ли в бою хмель выветриться успел, то ли притворялся пьяным.

Строение, с виду довольно крепкое, буквально смялось. Самое плохое, синька, падая, достал меня. Ну разве можно, а? Рубашку новую порвал. В результате его противоправных по отношению ко мне действий моя драгоценная тушка оказалась сверху. Встать, срочно встать, подобрать палку потолще и настучать великану по репе и иным жизненно важным органам.

Невезуха. Угораздило же его грохнуться на шалаш. Жаг-Даз, родной, прыгай в воду, и все закончится! У тебя нос сломан, тебе в медпункт Гурамы Ведьмы пора, а ты мучаешься. Вскакиваю – в партере с громадным троллем возиться суицидально для человека, – подхватываю поломанную жердь, остальные обломки того меньше, и стараюсь вогнать вражине под ребра.

Извини, ничего личного. Рефери в лице Крайпа не против. О, да мой визави изворотливей ужа. Успевает избежать укола, и жердь ломается, застряв меж бревен. Твою дивизию! На живот точно кипятком плеснули. Синий гад, брыкнувшись, задел меня, распороол кожу когтями двупалой лапы. Э, низзя царапаться, не по правилам! Ухватив его за ногу, лишаю синьку возможности лицезреть недолгий полет с последующим омовением в моем исполнении.

Вместо встряхивания своей стопы он подтянул ее к животу, попробовав захапать меня за плечи. Хитрый, троллюга. Ногу его я отпустил, подавшись вбок. Тролль перекатился на корточки и рванулся ко мне распрямляющейся пружиной, и тут сработала Лилька.

Подгадавшая момент сестренка огрела синьку сзади рулевым веслом, сломавшимся пополам о гребнистую башку. Откуда столько сил в тринадцатилетней девчонке? Весло ведь тяжелое. Гигант присел, осоловелым взором обводя вокруг в поисках причины некстати случившегося недомогания, всхрапнул и, получив от меня толчок плечом в грудь, рухнул в воду.

– Что бы ты без сестры делал, – самодовольно ухмылялась сестренка.

– Управлялся бы с ним голыми руками. Лиль, я же сказал на берегу оставаться, зачем ты влезла? – я ей, конечно, благодарен и должен признать, из нас вышла неплохая команда, но взбучку Лильке необходимо устроить. За излишнюю инициативность и непослушание. – Он тебя прибить мог! Чем ты думала?

– О тебе я думала, – надулась сестренка. – Спасибо сказал бы.

– Без тебя справился бы. Представляешь, в какой опасности ты очутилась? Вдруг бы он тебя ударил?

– Не ударил же. Перестань меня ругать! Сам на бой согласился, выпендрежник.

– Потом поговорим.

Тем временем Жаг-Даз, мокрый и злой, выбрался на пирс под улюлюканье синек. Позор проиграть мягкотелому. Тролли откровенно насмехались над ним, он рычал и отплевывался.

– Ха! Летящего Топора побила мягкотелая девчонка! – потешался над идущим к посольству Черного Копья метателем Крайп.

Мы занимали свои места за «столом» под шутливо-хвалебные возгласы Водяных Крыс. Угрюмый телохранитель Рак-Джакала подбросил ко мне проигранный нож.

– Твой, – кивнул он на кинжал. – Поноси пока. Скоро верну обратно.

Нажил врага на всю оставшуюся жизнь. Зато нож опять мой. На тризне оружие не отберут – ночью заныкаю куда-то.

Окончание фразы потонуло в нарастающем барабанном бое. Солнечный диск отдавал последние лучи земле, падая за горизонт и заливая остров и озеро алым светом. Прощание завершено, пора мертвым покинуть мир живых. Охотники длинными шестами отпихнули похоронные лодки от пристани, вождь взялся за подожженный с наконечника дротик. Малыш на руках его жены плакал и ворочался, словно хотел выскочить из пеленок.

Ведьмы-то не видать. Она, по обычаю, возносит молитвы на Могильной Скале духам предков, умоляя принять погибших потомков в их обитель.

Челны отплыли, и Ран-Джакал метнул дротик, вонзившийся в промасленный борт. Пирога занялась пламенем, затрещала под огненным натиском. Погребальным костром вспыхнули вещи покойника. Воины одну за другой поджигали похоронные лодки, отдаляющиеся от берега.

Барабаны стихли с первой утонувшей пирогой. Вечерний сумрак обернулся ночной тьмой, разгоняемой десятками костров. Мало кто обратил внимание на ковыляющего по причалу морлока, облепленного коркой земли и запекшейся крови.

Глава 11

Истребитель троллей и морлоков

Сларк? Гурама Ведьма вылечила его или я чего-то не понимаю? Вылечила, да не совсем. Сутулый от природы, ихтиан казался неестественно сгорбленным. Он шатался, его буквально вело из стороны в сторону, словно он шел по палубе корабля в шторм. Покачнувшись, рыбоголовый впечатался в близстоящего тролля. Синька, развернувшись, оттолкнул его и выругался.

Эй, чего творишь, синий? Толчок повалил морлока, и он распростерся на бревенчатом настиле пристани. Я заспешил к нему, но доброхоты нашлись и среди синекожих. Другой тролль, обругав толкнувшего, принялся помогать Сларку подняться и неожиданно отпрянул, едва прикоснувшись. Его ладони обволокла густая тягучая слизь, которую охотник безуспешно пытался сначала стряхнуть, затем вытереть об одежду. Наверное, лечебная мазь шаманихи либо нечто в этом роде. Ихтиан затрясся, его скрутила судорога, изо рта с пеной вырывался булькающий хрип. Наконец-то заметившие соплеменника тролли шарахнулись от него. В чем дело? Он же помрет. Как его отпустила старуха-лекарка, диву даюсь.

И тут морлок завопил. Голос не походил на сларковский, что в его положении неудивительно. Захлебывающийся, прерывающийся, наполненный дикой болью и ужасом вопль, заставляющий волосы на затылке шевелиться.

Из его тела вставал размытый, дрожащий, будто марево в жару, силуэт. Он приобретал форму, наливаясь темнотой и заслоняя пламя костров. Зыбкая тень, ожившая и отделяющаяся от хозяина. Фигура ее менялась, из ихтиановской превращаясь в нечто абсолютно противоестественное. Четвероногая тварь с продолговатым туловищем и приплюснутой головой, на которой обозначилась пара алых глаз. Она приковала внимание находящихся на причале синекожих, парализуя их. Распластавшийся под ней Сларк прекратил кричать и трястись, он неподвижно лежал, и непонятно, жив он или мертв.

Существо напоминало разросшуюся до размеров доброго сенбернара выдру, и не просто выдру, а разложившуюся до отвратительного состояния. Из киселеподобной плоти проглядывают белесые кости, пасть усеяна иглами-зубами. Окончательно покинув тело морлока, тварь приподнялась на задние лапы и обозрела причал. Безразлично скользнув по толпе троллей, ее взгляд заинтересованно остановился на мне и сестренке. Разглядывая нас, она втянула воздух костлявым носом, принюхиваясь. В красных провалах глаз возникло торжество. Так смотрит на редчайшую марку после многих лет поисков заядлый филателист. Или охотник, осознающий, что добыча попалась в ловушку и уже никуда не денется.

И тут до меня дошло. Эта сволочь пришла за нами. Она перебила Водяных Крыс в лагере на большой земле, на день впала в спячку, затаившись в Сларке. Спящего духа почти невозможно обнаружить, и ведьма не смогла его вычислить. Существо не было живым, потому его не берет магия разума ихтианов. Абсолютный иммунитет. Не из-за него ли Глубинный Жрец побоялся лечить раненого потомка, подозревая в нем потенциальный сосуд для злого духа? Нет, тварь не злой дух, духи бесплотны. Она – существо, неведомым образом воплотившийся дух.

Пора сваливать, если мы не хотим стать ему ужином.

Первым из ступора вышел, как ни странно, Крайп. Хотя ничего странного. Лидер телохранителей вождя, как-никак. Реакция у него прямо молниеносная. Тролль удивительно легко для своих возраста и комплекции прыгнул к бестии, занося каменный топор для смертельного удара, пожалуй, даже для болотного дракона. Однако тварь оказалась шустрее, и кремневое лезвие по обух погрузилось в бревно, расщепляя древесину. Выдернуть оружие и вновь ударить охранник не успевал. Он прекрасно понимал ситуацию и не стал тратить драгоценные мгновения на возню с топором, могущую стоить ему жизни. Существо слитным движением увернулось от удара и ринулось на врага. Зубы, когти и скорость, делающая его силуэт расплывчатым пятном. Выхватывать нож из-за пояса нет времени.