Валерий Столыпин – Капризы и сюрпризы романтического воображения (страница 10)
Азартное безумие продолжалось на этот раз бесконечно долго.
Утомившись вконец, что довольно странно, если учесть, что бурное блаженство происходила во сне, она безмятежно заснула.
Как оказалось позже, это тоже происходило во сне. При пробуждении Катя почувствовала дурноту, сразу, как только принялась чистить зубы.
У неё закружилась голова, зубная щётка выпала из рук. Несмотря на потерю сознания, женщина всё слышала и видела.
Когда Екатерина Витальевна по-настоящему очнулась, трусики её были мокрыми, соски набухшими до размера спелых слив, а сердце выскакивало из груди.
К чему бы такой сон?
Рассказать мужу про то, что испытала, как на иллюзию реагировала, Катя не могла, стеснялась. Сначала хотела разобраться в нелепом, но удивительно приятном событии сама. Что-то смутно беспокоила её в сюжете и последствиях сновидения.
На пляже женщина изо всех сил старалась не заснуть, хотя подсознательно ждала повторения, мечтала увидеть и прочувствовать всё-всё с самого начала.
Ночью, после романтического ужина в ресторане и обычных супружеских ласк, Катя с трудом дождалась, когда Виктор заснёт.
Сон повторился, причём более продолжительный и яркий. Появились новые детали, ощущения, которые прежде были за кадром, которые вызывали приятное послевкусие и непрекращающееся сладкое томление.
Екатерина Витальевна была уверена, что испытывала столь немыслимое блаженство исключительно с мужем. Не могла же она спутать его, пусть даже во сне, с другим мужчиной.
Но, отчего в гипнотическом видении знакомый, ставший буднично-поспешным, даже скучным процесс бесплодного супружеского слияния был намного желаннее и ярче, чем в действительности?
Потеряв и на этот раз счёт оргазмам, испытав непостижимо обессиливающее блаженство, она опять провалилась в бессознательное состояние, не возвращаясь ни на минуту в реальность.
При пробуждении вновь её тошнило, даже рвало.
Что за сны такие, в которых после немыслимо страстного, уносящего за пределы чувственного соблазна сюжета происходит нечто странное. Кому захочется мучиться приступами безудержной рвоты, испытывать слабость, падать в болезненный обморок, даже если это плата за дивное эротическое приключение?
Весь день Екатерина Витальевна думала о том, что не хочет больше видеть этот неправильный сон. Увы, любопытство и возбуждение оказались сильнее рассудка, а гормоны, безудержно продуцируемые впечатлённым мозгом, легко подавили волю.
Муж как всегда исправно и своевременно исполнял супружеские обязанности, ублажал, оказывал привычные знаки внимания, но того, что с лёгкостью необыкновенной удавалось во сне, не происходило.
Это угнетало.
Разрядка так и не наступила. Хотелось продолжения. Виктор этого не знал.
Екатерина Витальевна дождалась, когда муж заснёт, чтобы успокоить расшалившиеся нервишки.
Выбор действий был невелик: успокоиться можно было слезами или просмотром очередной серии эротических грёз.
Но, во сне после страстного секса опять придётся мучиться тошнотой. Как ни странно, теперь дурнота и недомогание преследовали её круглосуточно.
Как не крепилась женщина, отгоняя очередной приступ сновидения, как ни пыталась озадачить себя альтернативными проблемами, романтической встречи с иллюзорным любовником избежать не удалось и на этот раз.
Обстановка встречи, интерьер, запахи, звуки, были прежними; ощущения, ласки и эмоции совершенно иными.
С каждой новой встречей становилось приятнее и жарче.
Дальше вновь следовал сон во сне, болезненное пробуждение, тошнота, рвота, тяжесть в животе. На этот раз в дополнение к прежним мучениям сильно болела грудь.
Проснувшись, Екатерина Витальевна с интересом потрогала молочные железы. Действительно больно.
Неужели, подумала она и закрыла рот? Не может такого быть. Врачи сказали, что это невозможно в принципе.
Симптомы и ощущения не позволяли отрицать очевидное. Они однозначно указывали на начало новой жизни где-то внутри.
Катя тайком от мужа сходила в аптеку, купила тест на беременность.
Увы, это был безнадёжно обманчивый сон.
С тех пор она смотрела новую серию каждую ночь.
Призрак являлся регулярно.
Начиналась галлюцинация с одного и того же места.
В этой альтернативной жизни, после страстной любви каждый раз следовал крепкий сон, в котором она мучилась ужасным токсикозом. Причём события не стояли на месте, они развивались в соответствие с течением настоящей беременности.
Екатерина Витальевна искала в интернете любые сведения на эту тему, посещала все, без исключения, женские форумы, посвящённые беременности и родам. И рисовала. Всё более увлечённо.
Старые рисунки она отнесла в аллею и сожгла. Это были фантазии, которым не суждено сбыться.
Теперь всё происходило почти наяву.
Екатерина Витальевна рисовала свою беременность в динамике. Изображала детскую кроватку, малюсенькую одежду для новорожденного и растущий плод.
Из событий, происходящих во сне, женщина знала, что у неё будет мальчик, Серёжа.
Несмотря на неудобства и неприятные моменты, двойная жизнь ей нравилась.
Днём женщина работала, общалась с сотрудниками и мужем, готовила, прибиралась, любила, а ночью жила в альтернативной реальности, где испытывала настоящую, с сопутствующими ей сложностями, неприятностями и моментами блаженства радость материнства.
Там она ходила на йогу для беременных, посещала женскую консультацию, шила ползунки и распашонки, занималась на курсах будущих матерей.
Больше всего на свете Екатерина Витальевна боялась, чтобы её и ребёнка не сглазили, поэтому тайну сновидений соблюдала неукоснительно.
Но что-то важное в её поведении видимо изменилось. Женщина стала замечать странные взгляды, которыми провожали сослуживцы. К тому же муж стал порой избегать не только общения, но и секса.
Екатерина Витальевна жила подобным образом почти девять месяцев. Беременность входила в завершающую стадию.
Однажды, это было утром восьмого марта, она проснулась, измученная болями в животе и навязчивыми мыслями о том, что к рождению Серёжи ничего в их доме не готово.
Оставалось всего несколько недель до родов.
От безразмерного счастья её так распирало, что после поздравления мужа, букета цветов и бокала красного вина Катя рассказала про сны.
Муж как-то странно посмотрел, обнял, поцеловал и тяжко вздохнул.
– Катюша, ты просто устала, переутомилась. Попей Новопассит, успокой нервишки. Всё пройдёт. Пора уже оставить эту навязчивую идею. Она загонит тебя в гроб, чего доброго. Человек, несмотря на все научные достижения, не способен исправить природу. Завтра я позвоню Николаю Егоровичу. У него одноклассник в столичной медицине не последнее лицо. Покажем тебя специалисту. Помогут, будь уверена. Я тебя люблю, родная моя. Давай ещё по бокальчику вина.
– Давай, Витенька. Выбрось из головы. Это просто сон. Со мной всё в порядке.
Екатерина Витальевна засмеялась, муж обнимал и целовал. Всё было почти как обычно.
Но, его странное поведение озадачило женщину. Появились навязчивые мысли и предположения. Неужели он подумал, будто у неё с головой не всё в порядке?
Захотелось проверить, что по этому поводу думают подруги и сослуживицы.
Им она рассказывала сны в укороченном варианте, без особенных подробностей, делала вид, что ей до жути смешно.
Никто не смеялся. Вид у слушателей во всех случаях был растерянный и удручённый. Мама, та вообще заплакала.
Екатерина Витальевна начала паниковать. Она уже не могла жить без снов и сновидений. Та жизнь казалась ей теперь более реальной, чем настоящая.
От визита к психиатру Катя отказалась. Она точно знала, что не сходит с ума. С подругами отношения прекратила. С сослуживицами вела себя корректно, но холодно.
Екатерина Витальевна взяла отпуск за свой счёт, купила путёвку в пансионат и поехала рожать.
Серёжа появился на свет бодрым, здоровым ребёнком. Новые заботы поглотили женщину с головой.
Днём она вела обычный образ жизни, только отстранённый, несколько замкнутый, а ночью ухаживала за сыном, кормила его грудью, подмывала, носила на руках.
Муж ещё некоторое время делал вид, что ничего не замечает, но, в конце концов, тихо исчез, чем только обрадовал Екатерину Витальевну.
Мама теперь приезжала почти каждый день, помогала по хозяйству, готовила. И всё время плакала.
Ничего не поделаешь – возраст.