Валерий Старский – Трансформация (СИ) (страница 57)
Наместнику стало полегче, высказанный эпитет упал в благодатную почву.
— Выкладывай, — и эльф-дознаватель тут же стал перечислять то, что нарыл.
— Первое: вся охрана вашего брата Клита Красивого убита характерным для темных егерей способом.
Второе: прибывшая на охоту в восьмой сектор темная принцесса Хейро Камир сильно оскорбила вашего брата.
Третье: сгорел лагерь принцессы, в пламени уничтожены ценности ее и ее свиты. И это явный конфликт.
Четвертое: мне удалось добыть вот это.
Перед глазами Наместника предстала хорошего качества иллюзия, на ней он увидел Хейро Камир и ее мага.
— Что же теперь будет? Что же теперь будет? — причитала принцесса, обхватив голову руками. — И зачем я это сделала? Вот же дура, дура! Будто демон безрассудства в меня вселился.
— Прекрати, я виноват, — сказал Го Серый Ворон, выглядевший уверенным. — Что сделано, то сделано. Соберись, нужно действовать, иначе меня просто убьют, а с тобой, извини, все сложней. Максимум через сутки уже все узнают.
— Вот так попали, — тряхнув головой, сказала уже спокойным голосом принцесса.
— Верно, Хе, очень верно. Давай вставай, не забывай, кто ты, мы еще повоюем. Возвращаемся на Голубую, там нас вряд ли кто будет искать, — и Го открыл портал.
Наместник стоял побагровевший, глаза выпучены, ноздри расширены, казалось, еще чуть-чуть, и голову сорвет.
— Отличная работа, дознаватель, вы не только заслужили оговоренное, но и еще столько же.
Килей Цепкий склонился и произнес:
— Пятое: простите, Великий, преступники хотели сокрыть в земле главную улику, я проследил и забрал, — он протянул Наместнику небольшую коробочку, — ухо вашего брата.
Наместник открыл — и в самом деле, там было отрезанное ухо с их фамильной серьгой.
— Ступай, завтра тебе выплатят все причитающееся. Надеюсь… — и Наместник изучающе посмотрел на дознавателя.
— Я не из болтливых, — понимающе заявил Килей Цепкий, пятясь к двери. Когда за следователем закрылась дверь, доселе стоявший в молчании Олли Сумеречный заявил:
— Он не должен уйти живым, точку возрождения этого умника я знаю.
Наместник кивнул.
— Деньги нужно заплатить, зачем будоражить подозрительность? Отдай указания, пусть промурыжат его гостеприимством, а через недельку убирай этот опасный мусор в канализацию. И собирай всех магов в наличии и элиту егерей, будем брать живыми этих темных ублюдков, они у меня за все ответят.
***
Яр пришел в себя, когда его выносили из кельи. Сперва были досада и страх оттого, что устроил такое, — дым, гарь, ругань. После — радость оттого, что все задуманное получилось. Следом — тревога, нужно было как-то ставить точки над Ё с лефарами. В уголке глаза привычно уже сигналило несколько сообщений. Разбираться с этим юноша пока не решился, отложив на потом. Нужно было объясняться — слишком много недомолвок, вопросов и даже злости в глазах будущих учителей.
Темного вынесли наружу, ни разу не поранив когтями. Удивительно, — отметил Ярослав. Рекус уже вот-вот должен был показаться на горизонте, на дворе было раннее утро. Парень подобрался.
— Спасибо, я могу стоять на ногах, — и его, как игрушку, без напряжений поставили.
«Вот это я понимаю силища».
— Извините, не хотел принести школе такие беспокойства, — подумалось: «Выгляжу страшно глупо, эти красивые зверюги думают, наверное, вот же свалился на голову, не успел появиться, как уже разрушил полшколы».
— Нужно поговорить, — сказал подозрительно спокойным голосом (конечно, на взгляд Ярослава, уже обратившего внимание на побочные разрушительные плоды своей деятельности) подошедший Теген Ри.
Подумав: «Не отчисли бы к чертям собачьим, попросив возместить ущерб», — Темный поспешил ответить:
— Как скажете, главный наставник, — и склонил голову. Тогда лефар жестом показал Ярославу следовать за ним.
Выбор места был прекрасным — круглая беседка в небольшом заливе озера, окруженная по берегам цветущими деревьями, лианами и гладью воды с множеством блестящей рыбы сиреневого окраса, ходящей косяками.
— Нравится? — Яр кивнул. — Побудь здесь, это хорошее место, сейчас тебе принесут завтрак. А мы пока отдадим распоряжения и вернемся.
Наставники школы и не думали отдавать какие-либо указания, в Школе все работало, как отлаженный за века механизм, четко и без сбоев, что бы ни случилось, главе просто нужен был совет. Они лишь отошли подальше и встали в круг.
— Братья, нужно определиться, как поступить с учеником, я впервые не знаю, как себя вести, — прямо сказал Теген Ри. — Слишком много в этом фактически еще детеныше с планеты Земля необъяснимого, — и глава перечислил: — Он маг с явно выраженным талантом, и даже Круст не может определить, что это за магия.
Круст тут же в подтверждение достал, будто из груди сердце вынул, «Клетку Забвения» с ярящимися внутри молниями, заявив, помахивая длинным указательным пальцем:
— Совершенно верно, не знаю и думаю, в мирах большинство магов дадут такой же ответ, а остальные и вовсе ничего не скажут — статы определить не смогут, так-то.
Теген Ри вздохнул, будто перед нырком в воду, и продолжил:
— Он носит на груди знак дракона, надеюсь, все заметили, на самозванство, согласитесь, это не похоже.
Братия в задумчивости согласилась. Даже Круст промолчал, теребя свою неосязаемую бородку, он пару раз порывался что-то сказать, но не решился этого сделать.
— И наконец, этот ученик принес нам право на полное обучение и заявил, что у него есть средство обмануть время, — закончил глава. — Так что, братья? Что скажете?
— Веди себя как с союзником, — первым нашелся Круст, — земной детеныш непрост, но он честен и открыт.
— Союзник, — произнес глава медленно, по слогам, будто пробуя на вкус это слово. — Уверен?
В ответ Призрак интенсивно закачал шлемом. Голоса остальных разделились, кто-то говорил, что новичок маг и сильно доверять ему не стоит, кто-то, наоборот, утверждал, что терять уже нечего и нужно рисковать.
Когда Ярослав закончил с завтраком, учителя вернулись, расселись по кругу, семеро напротив одного, если не считать стоящего на входе или выходе в задумчивости знакомого старика-призрака. Посидели, как водится, несколько минут, помолчали, оценивающе рассматривая друг друга. Верней, Ярослав — лефаров, а они — его, разве что подошел Круст, отдал «Клетку Забвения» создателю и безмолвно удалился на свое прежнее место.
Первый взял слово, как следовало ожидать, главный наставник.
— Прежде чем мы начнем разговор, Ярослав с планеты Земля, ты должен услышать нашу историю.
Теген Ри, оказалось, умел рассказывать. Яр с неподдельным интересом выслушал до конца драматичную историю лефаров и их планеты про трансформацию Тирра и про борьбу за свободу, длившуюся почти тысячу лет, и про Вея Трилиста, его подвиги и роль в освобождении лефаров, и про ограничения, наложенные как на Школу, так и на развитие самого народа планеты Тирр, запрещающие обучение магии. Когда Теген Ри закончил, Яр без сомнений понял: если он не будет излишне секретничать и тянуть в свою сторону, эти благородные красивые существа — будущие союзники для землян.
Ученики принесли горячий напиток и какие-то фрукты, напомнившие Яру финики. Лефар кивнул — мол, пробуй, дополнив:
— Это кукус, наш традиционный напиток, и плоды обрисса, максимально подходящие настою, пробуй, это пойдет только на пользу твоему организму.
Темный пригубил напиток, слегка напоминающий сладкий какао с большим количеством сливок. С интересом определил статы.
Кукус, тонизирующий напиток лефаров.
Сила +20 (действие 1 час)
Регенерация +10 (действие 30 минут)
Между тем главный наставник продолжал:
— Теперь ты понимаешь, почему нас удивило или скорей поразило твое приглашение на полный курс? Ведь система не ошибается, раз выдала такую награду. Простая логика подсказала: у подателя сего есть способ обойти ограничения императорского дома.
Глава значимо посмотрел на Ярослава.
— Верно, — сказал Темный, — если дословно, вы спросили меня: «Яр Темный с планеты Земля, у тебя есть чем обмануть время?». Я ответил: «Есть».
— И что это? — спросил Теген Ри, сильно подавшись вперед, а сидящие рядом с ним лефары, похоже, и дышать, и моргать перестали.
— Вот оно, — Ярослав достал напольные часы, выставив их в самом центре беседки, дабы лефары могли прочитать статы этого артефакта. И они прочитали:
Часы Ускорений «Три, Пять, Шестнадцать», мастерская Erwin Sattler
Три поворота ключом — 100 дней к 1 (автоподзавод до 3 дней)
Пять поворотов ключом — 200 дней к 1 (автоподзавод до 6 дней)
Шестнадцать поворотов ключом — 600 дней к 1 (автоподзавод до 9 дней)
Дополнения:
*Автоматический подзавод, влияет на время работы часов в реальном времени.