Валерий Старский – S-T-I-K-S. Змей (страница 47)

Мамба едва держалась, из последних сил, как говорится, и народ, конечно, едва сдерживался, чтоб не заржать. Наконец, Тигра определилась, выложив на руку Мамбы красную жемчужину. А Тень, в это время, упираясь пер в ее сторону два браслета связанных черной лентой. Дотащив, встал столбиком и пискнул, мол, готово, смотрите на меня все какой я важный.

— Молодец, — сказал Змей и погладил Тень.

Он взял выбранные Тенью браслеты, посмотрел на девушку напротив, будто мысленно примеряя, подойдет ли, и видимо согласившись с выбором своего маленького помощника надел. Тут же, прямо на глазах всех, они ужались, плотно обхватив запястья.

— Не жмет? — спросил Оружейник.

Мамба покачала головой, ничего не понимая.

— Как себя чувствуешь?

Мамба удивленно:

— Как новенькая, как будто только что из душа и дня тяжкого не было.

Девушка непроизвольно сладко потянулась, тряхнув головой.

— Тогда что ждем, принимай жемчужину она твоя.

Мамба встала, проглотила жемчужину

— За Братство! — и отпила из кубка.

Собравшиеся зааплодировали.

— Присаживайся, — Мамба довольная присела. — Попробуй выпустить лезвие, — сказал ей Змей.

— Что? — спросила ошарашено Мамба.

— Ну, представь себе, будто ты держишь в каждой руке по клинку, или, как кошка выпускаешь когти, что бы ответить обидчику.

Мамба возможно приняла это за розыгрыш, грациозно выгнулась, зашипев по-кошачьи и характерно растопырив пальцы, изобразила парные удары кошачьих лап, очень даже правдоподобно получилось, а вот увидеть на концах своих пальцев изящно изогнутые, будто спрессованные из искрящегося света, двадцатисантиметровые когти она никак не ожидала. Испугавшись увиденного, резко отшатнулась назад, упав в месте со стулом Тигра вмиг оказалась на плече.

— Жива? — спросил Змей. — Не поранилась?

С середины стола шли восемь тонких, сквозных прореза, включая толстенную раму. Мамба сидела на полу, рассматривая свои пальцы, они были, как и раньше: красивыми, тонкими, ухоженными.

Змей встал из-за стола и вышел на центр кают-компании, под удивленные взгляды поклонился и закружился, выполняя замысловатое като с парными мечами, не человек, а темный торнадо с мечами-молниями, зрителей впечатлило до рожи в коленях. Змей замер на последнем ударе, клинки развоплотились, истаяв дымкой, он поклонился.

Аплодировал только Глыба, все остальные были немного не в себе.

Взглянув на растерянных друзей, Змей виновато подытожил:

— Придется попривыкнуть, эти клинки намного удобней и эффективней материальных, это могут быть и когти, как дозаказала нам Мамба, или вот такие гладиусы, как были сейчас у меня, или даже двухручник или боевой топор, все, что Вам захочется. Энергия берется частично из вашего источника, здесь подвох, так что поосторожней, постепенно от применения к применению будет усиливаться и Ваши внутренние силы. Зато в этих артефактах есть и дополнительный бонус, браслеты на порядок усиливают регенерацию, выносливость и силу — это уже проверено. Вполне вероятно и общее усиление дара, или какие-нибудь индивидуальные усиления, браслеты все разные, поэтому прошу, пробуйте, присматривайтесь, о своих наблюдениях и выводах докладывать своевременно, то есть незамедлительно. Док, Вас это касается больше всех.

Остальные браслеты выбранные Тенью подбирали с большей осторожностью, а испытание происходило на просторной платформе, по окончании собрались в кают-компании. Делились впечатлениями о доставшихся жемчужинах, разглядывали браслеты на запястьях друг у друга, искренне благодарили Змея.

— Друзья, пришло время выходить из яслей, и не спрашивайте почему и откуда, чуйка подсказывает, закончились наши каникулы. Завтра с утра идем в Рамбов.

Этой ночью ни кто не спал, будоражили артефакты на запястьях и мысли о предстоящей дороге в город апельсиновых деревьев, как там все будет, никто не знал.

Раннее утро. Светило даже еще не окрасило в теплые тона восток, роса, поземка предрассветного тумана. Осмотрелись, спустились, природа бодрила, вперед привычно ушли Тень с Тигрой. Шли быстро, Змей, как привязанный, четко шел, повторяя маршрут выбранный Тигрой.

Дважды натыкались на трупы тварей, с почти отрубленными головами, на что Змей только качал головой, Тигра с Тенью уже сами расправлялись с чрезмерно любопытными Бегунами. Перешли Копорское шоссе, углубились в лес, и побежали трусцой напрямки, люди соскучились по движению, бежали в радость. В полдень осторожно прошли по окраине Большой Ижоры не встретив ни иммунных, ни зараженных. А вот когда вышли на железку от Тигры пришел сигнал тревоги.

— К бою! — отдал приказ Змей.

Прошли еще немного, на насыпь железной дороги, примерно в восьмистах метрах, не таясь, вышло пять человек в черно-коричневом камуфляже, как бы преграждая им дорогу.

— Псы Цербера. Змей, это опасно, — тихо сказала Ласка. — Очень быстрые, лучшие наемники.

— Плохие парни? — спросил Змей.

— Очень плохие, — уверенно ответила Ласка.

Из вышедших на насыпь один поднял руку, привлекая внимание, прокричал:

— Привет, Зайцы, замучились Вас ждать. Мы Псы Цербера. Не дергаемся, складываем оружие, поднимаем руки и становимся на колени. Все, отбегались.

Пес перестал кричать, его вызвали по рации, он стал с воодушевлением о чем-то докладывать.

Змей подумал: “Зачем рисковать, ведь мы почти у цели”, отметил прицелом каждого Хищника.

— Псы, как же, знаем, — прокричал в ответ Змей. — Не знаю, кто из нас зайцы, но Вы ляжете здесь, парни, уйдите с дороги.

В ответ получил лишь издевательский смех.

— Змей, а я-то думал, с кем позабавиться сегодня вечером. Эй, красавицы, Вам сегодня повезло.

— Огонь! — приказал Змей, даже не вскидывая Хищника к плечу.

Пятерку Псов одновременно откинуло навзничь. Подошли, забрали все, что смогли, оружие, дорогое снаряжение.

— Сдадим в Ромбове, — сказал Ласка.

Заработала рация.

— За поганый язык твоим Псам пришлось заплатить, — ответил в рацию Змей и раздавил ее каблуком.

К пятиметровой крепостной стене стаба они подошли больше никого не встретив, решив Тигру и Тень пока спрятать в заплечный мешок Глыбы.

Вот и массивные ворота, обитые листовым железом, над ними большая, широкая площадка с несколькими крупнокалиберными пулеметами, по бокам ворот выступающие бетонные башни с бойницами.

— Стоять, — заорали сверху. — Кто такие, назовись!

— Змей! — крикнул Оружейник. — Рамбовский я, с Пьяного угла родом, остальные со мной.

— Откуда с пьяного?

— Рубакина.

— Эй там, внизу, открывай. Змей оказывается наш Рамбовский пацан.

Открылась маленькая дверь.

— Давай, заходи.

Вошли, дверь захлопнулась, опустился толстенный железный засов. Поодаль стояло несколько автоматчиков с интересом рассматривающих их.

К ним подошёл, как понял Змей, главный караула, зарядив:

— Вы находитесь в зоне ответственности стаба Рамбов. Теперь на вас распространяются местный закон. Будьте осторожны и осмотрительны. Стрелять запрещается. Грабить, насиловать, похищать, удерживать, наносить увечья запрещается. Дуэли разрешены только в присутствии секундантов от стаба Рамбов и по кодексу стаба Рамбов. Секундантами могут быть любые полицейские или охотники за головами, проживающие на данной территории. Нарушивший сей кодекс будет преследоваться по всей строгости законов Ораниенбаума. Понятно? — спросил начальник караула.

— Все понятно, старшой.

— Тогда проваливайте! — и тихо добавил, — будь осторожен, Змей, не расслабляйся, многим ты, власть имущим, дорожку перешел.

— Спасибо, не забуду, — так же тихо сказал Змей. — А транспорт до центра у Вас есть? — громко спросил Оружейник.

— Конечно, три споранов, пять минут и в центре.

— Идет. Глыба, расплатись.

Забрались, с улыбками и комментариями, в видавший виды Пазик, с погрызенными сиденьями, как будто в аттракцион вошли.

— Наконец-то, — улыбнулась Пифия и начала быстро собираться, слегка поправив макияж, и быстро выбежала из усадьбы. — Едем к Крёзу, — сказала она водителю.

У дворца «Катальная горка» всегда было много транспорта. Многие приезжали к Рамбовскому Крезу просить ссуду или расплачиваться. Ее узнали, и без лишних слов проводили, как vip персону, через служебный проход прямо в смежную комнату рабочего кабинета воротилы.