Валерий Старский – Интеллектум (страница 32)
— Вот это вещь, — только и смог выговорить Алексей, находясь под сильным впечатлением от созданного.
От переполнения положительными эмоциями поорал немного, помахал руками и даже станцевал что-то эскимосское, тряся руками и притопывая, но хорошо понимая, что время, возможно, отмеряет последние минуты, а главное так и не сделано. Скорей для проформы, чем для отдыха, провалялся в снегу еще минут десять, обдумывая все этапы, медленно перезапуская все нужные способности и заклинания. Начал осторожно, отделил прану размером с шарик для пинг-понга, ну, может, слегка больше, и стал формировать меч. А затем, похоже, подключился Творческий Порыв из заклинания Универсальные когти Феникса. Надо сказать, тот еще скил, не без загибонов. Алексею показалось, что ему одновременно ударили по башке здоровенной дубинкой, отключив сознание, и окатили ведром инопланетных галлюциногенов. Вот тут он и почувствовал, что его понесло, куда там сверхзвуку, тут были совсем другие скорости.
— Йю-х-х! — И он уже у огромной светящейся зеленым неоном наковальни. Одной рукой держит мечик из праны, а другой постукивает по нему небольшим огненным молоточком, ревущем при ударе, как огромная домна. А рядом с трех сторон стоят подручные.
О, эти призрачные подмастерья! Они, пожалуй, могли удивить кого угодно. В три метра ростом, изогнутые, прозрачные, бородатые и страшно веселые. Они, бледно-белые, оглушающе голосили, вытягивая губы, звуками ветра, при этом увлеченно вколачивали огромными прозрачными голубоватыми молотами в его мечик странные композиты из кусков пурги, снежных лавин и льда. Когда меч уже родился и сиял своей чистой красотой, настала очередь его сестры — изящной даги. И это нисколько не смутило Алексея, а только порадовало. При этом духи били, молотили нисколько не меньше, чем работали с мечом, правда, иногда попадая по рукам главного кузнеца. Было дико больно, но Алексей терпел, почему-то воспринимая эти своеобразные испытания как высочайшую благодать. Наконец, это волшебное молото-буйство закончилось, и Феникс держал в руках то, что хотел, и даже больше. Духи же кузнецы по окончании работ и вовсе раздухарились, затеяв этакий нежный ураганище, кореживший все вокруг, но ластившийся, как маленькая кошечка к Алексею.
— Большой, тревога! — услышал он дальний звонкий писк, каким-то чудом пробившийся сквозь рев бушующего урагана. Белая пелена, легкий удар, словно он упал с трех-четырех метров в огромный сугроб. Алексей приподнялся, он и в самом деле валялся в сугробе, раскрасневшийся, полный сил: в руках меч и нож… нет, скорее, кинжал. Неистово хотелось рассмотреть и полюбоваться на эти невероятные клинки, еще больше подивиться на свои, еще более невероятные, кисти рук. Но призыв Всполоха еще звенел в ушах, и он не позволил себе замедлиться, ринувшись в покрытый инеем портал.
Выскочил и попал в самую гущу битвы. Впереди лязг зубов, дикий ор, мощные размашистые удары Всполоха, перекрывающего доступ к лестнице на верхние этажи.
Дац! Дац! Дадац! Раздавал оплеухи горностай направо и налево, уже весь в крови. Перед ним толчея из тварей, а за его спиной сокланы бьют чем попало. Наиболее эффективно орудует Екатерина Мордор, через длительные промежутки шмаляя по тварям файерболами. Да только куда им против монстров уровнем в сто шестьдесят! Думать было некогда, использовать рой в сторону своих побоялся.
— Ура! — с безумством в голосе заорал Феникс и с ходу тараном врезался в спины тварей, выставляя щит. Глава клана даже и не ожидал, что получится так по-носорожьи. Он со щитом, словно здоровенным сияющим плугом, врезался в тварей, развалив и раскидав их по разные стороны. Еще он успел по-дружески хлопнуть Всполоха, который уже во всю силу своих диких и громких мыслей грузил сознание всех, кто находился рядом.
«Р-р-р-аа! Большой с нами, трындец тварям!»
Феникс развернулся и ударил по коррерам роем, едва удержался на ногах, благо Всполох прибрал его к себе, удерживая лапой. Здоровье еле теплится, бессилие полное, мана на нуле.
***
— Мама родная, девчата, мне прилетело шестьдесят уровней, — заорал Калаш, хлопая глазами, видимо находясь в полной растерянности.
— А-а-а-а! — в один голос заорали Катя Мордер и Дага са Дага. — И мне! И мне!
Все дружно посмотрели на фанатку Льва Николаевича Толстого, девушка, выглядевшая пришибленно, нервно сглотнув, тоже кивнула утвердительно.
— У меня тоже шестьдесят один уровень… Это же девятьсот пятнадцать свободных очков характеристик, — прохрипела Анна, перейдя на родной английский.
Затем они, долго разбирая все досконально, помогали друг другу эффективно распределить полученные сокровища. Затем вновь тренировались, с огромным удовольствием отмечая сильно возросшие возможности. Не выдерживая пытки любопытством, ведь снизу доносились настоящие звуки вьюги, и веяло холодом, они два раза отряжали Калаша на разведку к Всполоху. И в первый, и во второй раз парень приходил ни с чем, информации от Феникса не было никакой. Разве что интересно было послушать об огромных сугробах на первом этаже и настоящей снежной буре, разыгравшийся там, и о Всполохе, блуждающем в этом стылом безпроглядье. Ничего не добившись, они по завету лидера продолжили интенсивную тренировку и так увлеклись, что прозевали начало битвы на первом этаже.
«Тревога, опасность, мы просчитались, нападающие твари очень высоких уровней. Думаю, я недолго продержусь, уходите из здания по крышам».
Никуда бежать они и не собирались, мигом оказавшись у Всполоха за спиной. Капканы Анны, болты из арбалета Калаша, метательные ножи Даги и огненные снаряды Екатерины усиления не принесли. Люди безоговорочно поняли: через несколько минут они точно отправятся на респаун, но отступать не собирались.
Вот же день настал! Перелом они тоже пропустили, вначале услышали какой-то крик, и бушующая снежная буря вдруг и вовсе превратилась в белый холодный и злой Армагеддон. Затем их, растерянных, буквально прижал радостный ор Всполоха в голове о том, что Феникс рядом, и все… Тишина, белый снег, повсеместно загаженный останками тварей… Но тут все увидели ревущего от радости Всполоха, поднявшегося на задние лапы. Рядом белый, как снег, лидер и убийственно ошеломляющее оповещение перед глазами о получении ста восьми уровней.
Глава 13. Пожиратель магии
Видимо наложение швов сильно потрепанному Всполоху и мгновенное излечение страшных ран послужило последней каплей для сокланов, сорвавшихся в безудержное восхваление. А вот Фениксу это очень не понравилось.
— Стоп! Стоп! Стоп! — сказал, как отрезал Алексей. — Не позволю! Я такой же человек, как и вы! Я ваш брат, забыли? Да, глава клана; да, основатель школы магии и теперь ваш наставник, и все прочее. Но не больше! И все мои заслуги можно скорее отнести к выражению «просто повезло». А прокачивал я вас и вовсе с корыстным умыслом. Мы все прекрасно понимаем, что клан будет расти и ему требуется ядро из высокоуровневых игроков, а чем раньше оно появится, тем лучше. Не надейтесь, что будет легко. Как только представится такая возможность, именно на ваши плечи ляжет б
«Ох, мне бы самому в этих заклинаниях разобраться хоть как-то», — подумал Алексей, продолжая то ли беседу, то ли инструктаж.
— Еще только вечер, так что часов пять-шесть для тренировок у вас есть, затем ужин и сон, утром выступаем на важную встречу. Предлагаю использовать для этого крышу здания, вниз ни в коем случае не спускаться, там будет еще опаснее, чем было. Мы же с Всполохом хотим прокачаться на следующей волне, и нам нужно подготовиться. «Работаем», — с серьезным видом сказал Алексей, давая понять, что разговоры закончены, и теперь каждый должен заниматься своим делом. Надо сказать, что народ все понял и тотчас исчез, а боевой горностай подошел и завалился рядом.
— Вот, парень, все верно. Передохни пока немного, у нас с тобой сегодня еще очень много дел, а я проведу ревизию, что там у меня получилось после этого, ёперный театр, творческого припадка.
Ал сначала поверхностно осмотрел руки, на первый взгляд, все вроде как нормально, никаких странных проявлений, правда, это только на первый взгляд. При более тщательном осмотре все же странности Алексеем были отмечены. Раз в две минуты от его рук почти незаметно отлетало несколько мелких снежинок, призывно блестевших гранями бриллиантов. А еще, стоило ему прикоснуться к оконному стеклу, как от его ладони сразу инеем распространялись морозные узоры. В магическом же диапазоне зрения кисти теперь и вовсе выглядели как древнейший артефакт, сплошь расписанный какими-то чуждыми его сознанию светящимися символами. Помимо всего прочего и непонятного, теперь кисти его рук имели собственные постоянные статы.