Валерий Старский – Интеллектум 2 (страница 23)
«Молодцы», — подумал Алексей.
До самих остовов колдовских деревьев прошли, как раскаленный нож через кусок смерзшегося праха. Новое оружие при объединении показало себя страшной силой, огненной косой выкашивая черные ряды исчадий, как высохший ковыль. Но эта злобная тьма-тьмущая и не думала бежать спасаться. Шум, гам, в воздухе чад и, несмотря на дождь, отвратно пахнет жженой падалью. Совершенно не понять, мертвяки то ли воют, то ли кашляют, раз за разом наваливаясь темными штормовыми волнами. Страх отсутствовал напрочь, словно его и не существовало вовсе. Похоже, происходящее выжгло его без остатка.
«У нас у всех больше никогда не будет беззаботных снов», — подумал Алексей, посматривая на хладнокровные лица своих бойцов.
Когда он осознал, что отряд вполне успешно справляется, перешел в пустой центр каре. Его все это время не покидала назойливая мысль о пробах заклинаний Темного Друида. А, как известно, лучшего полигона, чем ристалище для испытаний чего-нибудь убойного, трудно себе представить. Пробовать избирательно не стал, хотя порывы такие присутствовали, решил, как положено, четко по списку.
Спокойно осмотрелся и достал свою книгу заклинаний. Скажем прямо, удивиться было чему. Здоровенный и тяжелый фолиант словно чувствовал битву, держать его одной рукой было очень удобно и даже как-то легко, словно он сам стремился левитировать. Помимо этого, книгу словно окружала почти невидимая ярко светящаяся сфера защиты. Алексей, совершенно не думая, скорей на инстинкте, поднял руку над головой. Ему все это время казалось, что он значительно вырос и со стороны сейчас смотрится, как настоящий маяк в ночи. От ребят, стоящих как скала, нет-нет, да неслись возгласы восхищения, но лидер уже не реагировал, его затянул процесс. Как-то так получалось, что книга ярко светила у него над головой, а он хорошо и ясно видел все прописанные в ней заклинания. Почему-то разбираться в этом казусе совершенно не хотелось, да и желания не было.
«Так-так, первым у нас идет проклятое ранение “Воин манкурт”. Что ж, используем». И Феникс немедля ударил им наугад в толпу мертвяков. Вышло очень наглядно и атмосферно. Прямо над одним из белых черепов расправила свои лепестки фиалка, и, похоже, в плотном строю мертвецов у них появился союзник. Правда, на него без слез не взглянешь – также суетится, клацает челюстью, зато не подпрыгивает он нетерпения. Зачем, если врагов у него вокруг полным-полно, рви – не хочу, надолго хватит. Самый, наверное, положительный эффект этого заклинания заключался в том, что на проклятого остальные мертвяки совсем не обращали внимания. Манкурт рубит когтями, калечит, вырывает ребра, а от окружающей нечисти все равно никакой ответной реакции.
Попробовал ударить этим заклинанием по площади, и надо же, получилось, причем с первого раза.
— Зашибись! — не удержался от довольного выкрика Алексей
Правда, сама площадь охвата, как он ни старался, как ни силился, большой не получалась. Максимальный результат перевода в манкурты вышел в семь особей. Зато теперь после нескольких минут стараний вокруг каре образовались группы мертвяков, позволивших отряду живых слегка перевести дух. А в это время глава клана неспешно ходил по кругу, что-то бубня себе под нос и размышляя: «А что? Зачетная абилка! А охват, наверное, будет увеличиваться по мере роста уровня, — предположил Алексей. — Хорошо, пора переходить ко второму заклинанию. Что там у нас? Ага, Темный призыв “Восстань и убей”, — при этом в пояснении указывалось воздействие на растения. Хотя по названию это заклинание полагалось отнести к некромантии. — Что ж, не будем мелочиться». — Алексей выбрал приличных размеров клен на дальних подступах, указал на него и прокричал:
— Восстань и убей, — пытаясь вложить в этот приказ все, что у него накопилось: всю злость, всю ненависть на этих исчадий, пытающихся уничтожить его друзей, его благодетелей — волшебные деревья. Алексея словно за руку кто дернул, а на плечи навалилась тяжеленая немощь. Ноги затряслись, руки ослабли, да так сильно — пальцем не пошевелить. Казалось, только книга словно якорь, зацепившийся за небосвод, держала его. Слава богам, эта бессилие длилось недолго, секунд десять, а затем наступило значительное облегчение, видимо, дождь все же давал много дополнительной силы. Его еще трясло, а мысли бежали галопом: «Похоже, этот темный призыв не только опустошил весь запас маны, но и часть жизненных сил прихватил заодно, — догадался Алексей. — Что ж, будем знать, пока эту возможность разве что на крайний случай припасём».
Несмотря на такие, можно сказать, непомерные траты ресурсов, результат реализации заклинания как-то не радовал.
Поначалу действие этого заклинания и в самом деле выглядело непрезентабельно и очень медленно, что ли. В дерево ударило что-то очень похожее на кляксу, и высокий раскидистый клен как-то странно выгнулся коромыслом и стал чернеть и пухнуть. А затем произошло то, отчего даже каре перестало палить плазмой, а армия мертвых встала как вкопанная. У потемневшего и значительно потолстевшего клена как-то очень уж быстро на каждой ветви отросли длинные, до самой земли, плети. Теперь это страшное непонятно что и вовсе изогнулось, да так что ствол стал параллелен земле.
«Словно резиновое», — успел подумать Алексей.
И тут же оно с треском и выбросом в воздух огромных комьев грунта выпрыгнуло из земли. Провернулось на месте и немилосердным экскаватором давя и размалывая мертвяков, понеслось в самый центр армии нечисти, удачно сагрив на себя всех умертвий. Представление промышленной переработки нежити в прах на этом не закончилось. Темный клен использовал прием угарных музыкантов хеви-металл, исступлённо трясущих своими шевелюрами. Только у этого почерневшего берсеркера от деревьев это получись ой-ёй-ёй как продуктивно. Даже вспоминать об этом страшно. Как ударит влево своей кроной, как вдарит вправо, быстро передвинется, и еще, и еще повторяет свой убийственный пассаж. Дождь, жуткий ветер, ужасный скрип дерева, удары каждый раз, словно толчки землетрясения. В воздухе летают мокрые ошметки мертвых, какие-то обрывы гнилой ткани, и расстилается всеобъемлющий запах, вызывающий приступы рвоты.
Помимо этого темного угара, могущего без труда вызвать шок, кто-то истошно и очень громко кричит, перекрывая даже звуки неистовства черного клена:
— Ад! Это ад! А-а-а-а! Это ад!
Что тут говорить про мертвых, если люди едва не побежали. Их на месте удерживало только присутствие и спокойствие лидера клана.
А Феникс вел себя так, словно ничего здесь такого и не происходило, что такая фигня — обычная магия. Видимо, подкопив силы и наблюдая, как мертвецы повсеместно бегут, темный друид опробовал еще что-то из своего нового арсенала заклинаний. И, похоже, не в пример предыдущим что-то не получалось. Раз, второй, третий… пятый и еще несколько попыток, но на лице командира лишь недовольство. Алексей в расстройстве всплеснул руками и воскликнул.
— Братва! Да угомоните же, наконец, этого глашатая ада! Задрал совсем своими воплями. АК, давай его сюда и обязательно с кляпом во рту. А то я чего-то беспокоюсь о своих и ваших ушах, — дополнил Алексей вслед убегающему Калашу.
«Какой молодец, и сил, похоже, еще в достатке», — подумал Алексей об АК.
Человек, стоявший на крыше Инженерного замка, даже не отреагировал на происходящее и до сих пор не хуже репродуктора орал что-то про ад и грехи. Отряд довольно шумел. Еще бы, за бой каждый получил по несколько десятков уровней и, соответственно, по несколько жизней. Расположились на отдых дружно почти вплотную друг к другу рядом с остовами Мэллорнов. Подходить вплотную не решались. Там между снулых древесных останков расхаживал их командир сам мрачнее грозовой тучи, иногда шептал что-то, дотрагиваясь до останков.
Время шло, ничегошеньки не происходило, от искореженных останков ни отклика, ни росточка. Алексей уже корил себя за то, что поздно начал, как что-то услышал, он поднял руку и попросил полной тишины. А примерно через минуту, обняв остов Шади, все же разобрал тихий шелест: «Помоги поросли, помоги поросли». Взволнованный Алексей оторвался от обглоданного ствола и еще раз внимательно, чуть ли не на коленках осмотрел все вокруг — ничего. Пересохшие губы лидера клана прошептали:
— Какой поросли, тут даже травинки нет, здесь ничего живого не осталось.
И тут его словно что толкнуло или пробило, вспомнилось то заклинание, которое он на последних минутах боя в спешке пробовал.
«Темное слово, прорасти», — оно сразу показалось ему странным.
Алексей еще тогда удивился и слегка расстроился, что это заклинание значилось как боевое, а на деле оказалось каким-то био-прикладным. При реализации у него затребовали объект в качестве проращивания, это не смутило, и он, конечно, вписал — темные мэллорны. А вот дальше сплошной провал. Он несколько раз пробовал реализовать заклинание и указывал на землю в разных местах — и ничего. Создавалось такое впечатление, что заклинание не срабатывает и все. Затем как-то по наитию он навел свой перст на мертвеца и попробовал еще раз. И прошло, он даже уменьшение мощности источника почувствовал. Надо же, удивлялся тогда Алексей — расход маны есть, а результатов нет. Он еще несколько раз повторял и повторял это заклинание, пытаясь подобрать ключик к этому темному слову, включая эмоции и воображение. Эффект каждый раз выходил один и тот же – отрицательный.