Валерий Старский – Интеллектум 2 (страница 12)
Эти два заразных состояния ума – сомнение и неуверенность — словно хватали за руки, сжимали щиколотки, воруя смелость и лишая подвижности. Вот что прочувствовали люди, когда раскрылись створки выхода. Все, кто стоял у аппарели за спиной Феникса, можно сказать, обмерли. Они, словно осторожные звери, шумно вдыхали, раздувая ноздри, пытались вначале принюхаться к незнакомым манящим запахам нового мира, прежде чем с головой броситься в этот сиренево-маревый дурман.
Феникс прикрыл глаза, на полную катушку задействовав свои сканирующие способности. Пришлось повторяться трижды. Первая, вторая и третья попытки, а результат один и тот же: исчадий генераторов он не обнаружил, словно их и вовсе никогда здесь не было. Он обернулся к стоящим на черте створок и спокойно сказал.
— Народ, можно выдохнуть, тварей в радиусе десяти километров я не обнаружил, но расслабляться все же не стоит. — Сам же подумал: «И что это? По идее, такого просто априори не может быть. Где вся эта нечисть: Жруны, Гонители, Живорезы и прочая? Где?»
Наконец, Алексей решился. Он тихо и осторожно, как настоящий хищник, прокрался до конца опущенной аппарели и огляделся. От одного вида, раскрывшегося перед его глазами, душа затрепетала, будто крошечный беззащитный лепесток на сильном ветру. Привычное с детства Марсово поле до неузнаваемости изменилось, превратившись в какое-то таинственное колдовское место, изменяющее все...
«О жестокое время, о жестокий передел!»
Перед глазами вернувшихся на Землю, Ниагарским водопадом разливалась, бурлила, сжимая сердца, невообразимая красота.
Сразу же за ярко освещенными створками яхты клубился сизый, слегка пугающий, переливчатый мрак, завораживающий похлеще северного сияния. Дополняли эту невообразимую картину льющийся с небес мелодичным серебром радужный дождь и светящиеся трехцветные фиалки из клумб, теперь выглядевшие как яркие волшебные самоцветы. Под его пристальным взглядом несколько трехцветных красоток, затрепетав лепестками, проворно и достаточно быстро выкопались и переместились на полметра в сторону. Эластичные корни, словно маленькие буры, вгрызлись в грунт, прошло несколько секунд, и появились невероятной красоты анютины глазки, словно бы они росли здесь всегда.
Стоявшие за спиной лидера дружно ахнули, дополнительно приправив это удивление крепкими словечками.
Наверное, с минуту Алексей не мог найти слов. Наконец, он совладал с собой и вымолвил, сделав первый шаг на родную землю:
— Здравствуй, наш невероятный новый мир!
Не удержался. Тут же присел и осторожно дотронулся до первого же цветка, ну, когда-то их называли анютины глазки. Сорвать такую сияющую прелесть не представлялось возможным, в голове даже мыслей таких не возникало. Перед глазами тут же выскочило:
Алексей сглотнул и поднялся, а новый мир продолжил удивлять. Сквозь сизое марево к ним рысью приближался его отряд. АК и девочки неслись как стая благородных оленей: очень быстро, легко и грациозно, с каким-то изяществом перемахивая постриженные кусты в рост человека. А еще, что роднило их с благородными оленями, и довольно сильно: они бежали абсолютно раздетыми.
«Мать честная! Вот дают, нудисты. Что же это делается-то? Ведь оставил боевую группу всего-то на несколько суток».
Когда ребята подбежали поближе, стало ясно, что он ошибся. Оказалось, первичные половые признаки у группы АК словно прикрывал плотный туман. Алексей только и успел показать «ок» и поприветствовать их.
— Отличные у вас купальные костюмы, братва, — съязвил Феникс. А его в ответ завалили вопросами и восхищенными эпитетами о возвышающейся небоскребом яхте.Уход в сторону не помог, его перехватили, на несколько минут оторвав от проблем, тиская в крепких объятиях и награждая поцелуями. Польза в этом тоже имелась, напавшие живо объяснили, что пространство теперь позволяет кое-что модулировать, просто возжелав этого. Хочешь, вот такие облачные набедренные повязки, хочешь, ни с чем не сравнимую обувь, раз — и готово, а по удобству: Nike нервно курит в сторонке.
— Впечатляет, — обронил Алексей.
И уже через каких-то пять минут, перезнакомившись с новыми членами клана, сам щеголял в подобном «одеянии», быстро переняв передовой опыт, ведь такие туманности на бедрах совсем не препятствовали каплям дождя.
Феникс смотрел на этих новых людей, дурачащихся под дождем, и улыбался. Он видел в земляках уже проявляющуюся хищную мощь, и соглашался с ранее сказанными громогласными славами Джокейро о землянах, тихо добавляя только для себя:
— Твоя правда, учитель, придет время, и мы поставим эти сволочные центральные миры на колени, а затем в полной мере спросим за все их преступления.
Как-то так получилось, что они с Всполохом стояли в плотном окружении ядра своей боевой группы, а остальные носились по полю и с увлечением изучали флору Марсова поля.
Феникс по интерфейсу связался с Софией и лично представил ее всем как свою старую знакомую. А затем поблагодарил Анну за хорошую работу и спросил:
— Анна, можешь что-нибудь сказать про тварей? Я вот лично ни одной особи не могу выявить на карте.
Девушка кивнула и с жаром сказала, чуть запинаясь:
— Командир, уже час, как их нет. Совсем нет, я их не чувствую. Ожиданий новой опасности сколько угодно, но тех засланных тварей больше нет.
— Это как? — удивился Алексей.
Американка пожала плечами, нахмурив при этом брови.
— Сама не понимаю. Опасности пока нет, но вскорости будет. Кто или что – понятия не имею, но пытаюсь узнать. Пока нули.
Услышав такое, стоявшие вокруг, сплотились еще больше.
— Как считаешь, какое-то время у нас есть? — продолжил спрашивать Феникс.
Анна без промедления легла ничком на землю рядом с Всполохом, резким жестом давая понять, чтоб ее не трогали и не шумели.
Минуты через три девушка встала, глаза закрыты, сама бледная как смерть, тихо сказала, словно выдохнув:
— Сутки… может, двое.
Алексей связался с главным искином «Темного Сияния».
— Давай-ка, дружище мой космический, выгоняй все, что можешь наружу. Всех дроидов, даже тех, что на консервации. Вообще все, что может передвигаться, выгоняй.
«Будет сделано, повелитель», — коротко ответил искин и тут же запросил карту Санкт-Петербурга и прилегающих территорий, на южной окраине города отметил две области, а прозорливый Джо уже запустил связь с Огненной плетью.
Алексей тотчас увидел о чем-то спорящих Грес и Татаки на фоне мигающих предупредительных огней, а за кадром голосом Смайлика отчитывались службы о своей готовности.
— Грес, что с высадкой? — Девушки сразу же преобразились, заулыбались и, словно близнецы, мимолетно похожими движениями пригладили волосы.
Глава клана не смог отказать себе в удовольствии потратить несколько секунд, дабы полюбоваться на эту яркую красоту, пока старшая по Огненной Плети не отчиталась по всей форме — четко и громко:
— Все штатно, лидер, мы почти готовы, через несколько минут начнем.
— Очень хорошо. Грес, обстоятельства изменились, высаживайтесь в аэропорту Пулково, занимайте всю эту территорию и возьмите все ближайшие высоты под контроль. Приказываю обратить особое внимание на кладбище. Вот карта местности, я там все отметил. И, Грес, поручи это кому-нибудь смышленому. Вас же с Татаки жду прямо сейчас, поспешите. Да, и еще, агрессивных тварей пока можете не опасаться, бестии генераторов словно испортились. Что доподлинно происходит, пока не выяснили. Но мой оракул утверждает, что у нас в запасе еще примерно двадцать четыре часа относительной безопасности. Все, конец связи, — в завершение сказал Алексей и свернул голограмму.
Приземление Грес на гоночном катере надо было видеть. Казалось, они проблеснувшим лучом выскочили из-под куполов Храма Спаса на Крови и по касательной снарядом просвистели к корпусу яхты, шумно приземлившись всего лишь в трех метрах. Для неспециалиста, при взгляде со стороны, такая посадка, скорее всего, была невероятно удачным аварийным падением. Алексей же не сдержался и навстречу выскочившим из кабины девушкам вытянул руки, оттопырив большие пальцы вверх.
— Браво! — крикнул Алексей. На этот раз его не снесли, не уронили и, главное, не причинили какого-либо ущерба, хотя вначале эти две молнии намеривались что-нибудь этакое учинить. Никаких загадок в этой нерешительности не наблюдалось. Еще бы, когда кругом не пойми что, волшебство везде, даже в самом воздухе, и не так укротишь свои желания. Вдобавок кругом полно раздетого народа, щеголяющего какими-то облачными неясностями на интимных местах. Да и сам Лидер не отстает от этого нового головокружительного дресс-кода. Смотрелось это как-то совершенно свежо, ново и даже дико, до колик в пятках, до ломоты в членах. Поэтому сорок вторые и не успокоились, пока все, что увидели, не смогли повторить сами.