Валерий Софроний – Худший из миров. Книга 7 (страница 8)

— Ах да, — отвлекся от своих тяжелых дум деловой партнёр, — тут такое дело, твой знакомый Троери требует чтоб мы перевели все его счета в «Надежный гномий банк». Он даже угрожал мне вчера утром. Твой приятель Митрич, через Виктора организовал нам встречу.

— Так мы же с тобой вроде все решили, — почесал наголо бритую голову Командор, — всех страждущих пинком под зад и в черный список.

— Да я, собственно говоря, так и собирался сделать, — признался Юм, — только вот, ваш приятель принялся мня оскорблять и мне угрожать. А я этого сильно не люблю. Я ему так тонко намекнул, мол, его счета весьма сомнительны и возможно мы вообще заморозим из и подадим заявление в имперскую казначейскую канцелярию. А еще я ему изящно намекнул, что все его средства могут зависнуть с разбирательством на весьма долгий срок.

— А что, мы и правда так можем сделать? — живо поинтересовался Олег.

— Можем, — скупо ответил Юм, — мы еще не такое можем, правда, подобные действия сильно уронят наш банк в ежегодном банковском рейтинге. Но не суть, — отмахнулся Юм, — после делец Троери понял, что угрожать мне бессмысленно и перешел к уговорам. Он попытался меня подкупить.

— Да уж, — с иронией произнес, — Олег кругом одна коррупция!

— Я не стал с ним торговаться, — продолжил рассказывать Юм, — этот кобольд мне стал неприятен и я предложил ему обсудить вопрос с тобой, потому как, ты мой партнёр, а вопрос крупных транзакция я не в праве решать один. Тогда, он попросил меня напомнить тебе, что вы с ним общие дела делали, он всегда к тебе относился с почтением и если ты дашь свое согласие на транзакцию с минимальными потерями средств, то он передаст тебе ножны от какого-то ножа, которыйсейчас находится у тебя. Причем безвозмездно.

— То есть даром, — размышляя над новой информацией в слух закончил рассказ Юма Олег, — что ж весьма достойное завершение всех дел с моим приятелем Троери, — как делец он мне был весьма полезен. Вот блин, теперь нам нужно искать какого-нибудь проверенного дельца, — Олег Евгеньевич раздумывая побарабанил пальцами по доскам стола, — Витек у тебя есть какие-нибудь идеи на данный счет?

— Нескольких торгашей я знаю, — отхлебнув из кружки и совершенно не отрываясь от записей в своем блокноте прокомментировал Виктор, — Вот только терзают меня смутные сомнения, что они не продадут нас с потрохами, как только этого потребуют их собственные интересы. Можно попробовать привлечь к закупкам Митрича, правда, я сомневаюсь, что он на это подпишется.

— На Митрича где сядешь, там и слезешь. Он и теперешними нашими делами занимается скрипя зубами, — Олег зябко поежился и с какой-то легкой завистью глянул на теплый напиток в руке Виктора, — у Митрича началась вторая молодость, ему не дол моих жалких потуг по захвату этого мира.

Виктор на мгновение оторвался от своего блокнота и нотками легкого интереса посмотрел на сидящего рядом человека:

— Амбициозные цели вы ставите перед собой, дорогой патрон.

— Да, мы такие, — то ли в шутку, то ли в серьез ответил «ужасный».

— Ладно, мы вас дождались, — Виктор закрыл свой блокнот и поставил кружку с остывшим чаем ближе к Олегу, — встречу с Юмом я вам устроил, а теперь я отправлюсь досыпать.

Умник сладко зевнул и положил круглый кругляш с четырехлистным клевером рядом с кружкой.

— А как же работа? — деловито спросил Олег, — как же те планы, что я вам нарезал?

— Так дождь же, — невозмутимо возразил Виктор, — в такую погоду плохой хозяин собаку на улицу не выгонит. Селяне сегодня отдыхают.

— А война с озерскими, их склады, обозы и суда? — напомнил Олег, — я думаю на других частях континента вовсю светит солнышко и мои враги с нетерпением ожидают кровавой мести.

— Дождь повсеместно, — пояснил Виктор, — боги объявили три дня скорбного плача небес в связи с решением «Жемчужных» продолжить свою экспансию.

— Так это замечательно, — «великий и ужасный» обрадованно хлопнул в ладоши а после резко потер ими стараясь согреться, — я про экспансию, а не про ливень стеной.

— Для нас да, — согласился Виктор, — но чтоб «жемчужным» жизнь медом не казалась. Боги и вызвали этот трехдневный шквальный ливень по всему материку. Сейчас размоет дороги и войска встанут на одном месте. Пока пройдет трёхдневный ливень, пока подсохнут дороги считайте, что неделю времени топы выиграют. Ладно, чего об этом говорить, я и так всю ночь бодрячком держался, нужно отсыпаться пока нам подарили выходные.

Глава вторая. Про несколько дождливых дней

Кукла Виктора, надежно закутанная в плащ, потускневшим взглядом взирала на столешницу обеденного стола. Олег Евгеньевич молча допивал остывший цветочный чай размышляя над новой полученной информацией. Юм же шмыгал носом укутавшись в теплое шерстяное одеяло словно Аленушка в пуховый платок.

— Раз уж наш общий друг покинул нашу компанию, то, пожалуй, я позволю себе дать один совет частного порядка, — нарушил мерный шум дождя дядюшка Юм, — не вздумай избавляться от шпажки. Скорее всего она создана из ветви дерева шень. Я много о таком слышал, его древесину обменивают по весу на золото.

— Тут дело не в стоимости, — нахмурил брови Олег, — этой деревяшкой меня из строя вывели, причем на долго. Вот где настоящая опасность и возможности для моих недоброжелателей.

— С одной стороны все верно, — вежливо согласился с выводами Олега Юм, — но есть и другая сторона. Эта штука может стать своего рода святыней для моего народа. По крайней мере в будущем.

— Дорогой дружище Юм, теперь я вообще ровным счетом ничего не понимаю.

Лепрекон вытащил голову из-под одеяла покрутил ей в поисках посторонних лиц, а после понизив голос пояснил:

— Олежка, помнишь вы как-то рассуждали с мастером Виктором о природе тех возможностей что перешли к вам от лепреконов?

— Было такое, — настороженно согласился Олег.

— Тогда вы по большому счету все правильно рассудили и про то, что у тебя тело большое и про то, что силы тебе досталось не много. Вот только подобные казусы с силой я встречал и раньше, причем у своих же соплеменников. Они, как и вы не способны были долго или на полную использовать открытые заклинания.

— Так, а чего ты раньше молчал? — еще больше нахмурил недовольную физиономию Олег.

— Во-первых, тогда в этом не имелось смысла, а во-вторых, сие секрет моего народа.

— А сейчас значит, это имеет какое-то значение?

— Олег, не злись, — примирительно произнес Юм, — я, всё-таки рассказываю тебе, а это кое-что да значит. Так вот подобной немощью когда-то давно страдал мой ныне покойный отец. В те далекие времена я был еще совсем маленьким и на наш народ только объявили гонения боги. Мы покинули целую развитую цивилизацию со своей культурой, магической наукой и образованием, чтоб в последующие годы опуститься до уровня забитого и скрывающегося от чужих глаз скота. Наше наследие было разграблено, а то, что мы сумели сохранить, кануло в небытие за ненадобностью. Предки светлых умов нашего многострадального народа трудами своих пращуров подтирались в сельских клозетах, даже не отдавая себе отчет о стоимости тех драгоценных листов. Сколько полезного и нужного было попросту про…

— Юм, давай ближе к делу, — осознав эмоциональный надрыв пожилого лепрекона попросил Олег.

— Да, да, — поумерил пыл дядюшка Юм, — извини, эмоции. Короче говоря, когда мой дед спасался от немилости богов он сумел спасти часть своей библиотеки, а после она досталась моему отцу. В ней-то он и смог отыскать средство увеличить резерв своих собственных магических сил. Первой ступенью была техника воздействия на заклинания, — не дожидаясь наводящих вопросов принялся рассказывать Юм, — например, мой батюшка, как и ты перемещался к монетке и пытался удержаться с ней рядом, как можно дольше. Получаться задерживаться у монетки сверх отведенного времени у моего батюшки стало примерно через год, с великим трудом и с довольно неприятными откатами с родни тем, которые посетили тебя этим утром. После каждой подобной задержки, Мой отец какое-то время лежал недвижимый с опустошённым резервом сил.

«Великий и ужасный» даже приоткрыл свой рот осознав параллель между такими разными и в то же время, как два брата близнеца похожими случаями.

— Мой отец приращивал свои возможности по крупице работая над собой в несколько этапов, для начала он увеличивал на долю малую свой объем, после раз за разом повторял этот результат и уже следом по новой приступал к изнуряющим тренировкам. В результате за все годы тренировок мой дорогой батюшка поднял свой резерв примерно на треть. Я даже полагаю, что именно эти попытки в сильной степени подточили здоровье моего покойного батюшки. У тебя же, мой друг, имеется уникальный инструмент способный облегчить все эти старания. Тебе не нужно годами тренироваться, постигая первую часть данной техники, за тебя это может сделать шпажка. Именно по этой причине, я прошу тебя не уничтожать артефакт. У моего народа сейчас очень мало лепреконов способных работать с монетками и такой объем как у меня или Блупика есть не у каждого. А эта штука позволит даже не самым одаренным представителям моего вида со временем стать лучше.

— Сомнительного как-то это все, — немного поразмыслив ответил Олег, — нет, основная твоя мысль мне вполне понятна, только верится во все это с трудом.