Валерий Софроний – Худший из миров. Книга 7 (страница 47)

— Поздравляю, — больше для проформы чем искренне произнес Олег, — а разве не победитель получает главный приз?

— Оказалось, что нет, — признался Татарин, — камень позволяет нам поднимать уровни. А опыт мы получаем только за убийства собственных собратьев. Вот эти двое и набивают опыт перед тем, как дотронуться до камня. А по сути, выигрывает тот, кто первый коснется черного камня. Я это понял давно, в свой первый раз. И в последнее время я наловчился уводить у этой парочки дар камня. Вот они и взялись за меня всерьез.

— Вот мы и подошли к самому интересному, — довольно произнес Олег.

— Не ерничай, а то я тебе зубы выбью, — спокойно и даже как-то буднично произнес Татарин.

Олег даже почувствовал себя в родной армейской бригаде.

— Ты давай, рассказывай, что дальше было? — не стал обращать внимание на угрозе Олег.

— Я получил дар, но уйти не успел, — принялся рассказывать дальше Татарин, — кто-то из этой парочки запустил довольно сильное заклинание. Мы втроем оказались в центе жуткого смерча. И самое хреновое из него не получалось выбраться. Эта парочка принялась меня гонять по всей свободной площади постепенно уничтожая моих бабочек. Мне ничего не оставалось, и я запустил то, что получил от черного камня.

Джин на мгновение замолчал на его новую руку приземлилась небольшая бабочка, что едва подсвечивалась слабо голубым светом. Татарин выставил указательный палец, и бабочка застыла на его вершине пытаясь что-то нащупать хоботком.

— И это заклинание оказалось очень своеобразным, — рассматривая бабочку продолжил рассказ Татарин, — оно зазывается «вечное рабство». Как тебе такое название?

— Название, как название, — Командор поднялся на ноги и поглядел в сторону своих ближников, что седели за обеденным столом под навесом, — я и по чуднее названия слышал, чего только стоила «игла Соломона»?

— Название не самое интересное, — ухмыльнулся джин, — самое занимательное произошло позже, когда мы втроем осознали, чего я учудил. Я повесил метки на эту парочку, а после мы трое получили ментальное сообщение с описанием дара, — татарин подобрал небольшой острый камешек с земли и порезал себе тот палец, на котором сидела бабочка.

Из ранки начал парить голубоватый дымок, и насекомое довольно шустро приложилось к ранке хоботком явно утоляя голод или жажду. Напившись вдоволь, бабочка вспорхнула с пальца. Ранка в мгновение ока затянулась, а татарин продолжил рассказывать:

— Я по собственной дурости получил жуткое заклинание. Оно опасно для всех и для хозяина, и для тех, на ком это заклинание опробовали. Суть его сводится к следующему, кинувший метку, по сути, кидает вызов жертве. Если кинувший метку, выигрывает, то проигравший становится его покорным рабом. А если нет, то и кинувший метку, и тот, на кого попала метка обнуляются в уровнях теряя все заклинания и умения.

Олег даже открыл рот от изумления:

— Это ты так весь континент можешь поработить.

— Если бы, — со скепсисом отозвался Татарин, — можно иметь всего трех рабов. И не более того. Хочешь, я тебя сделаю своим рабом? — явно забавляясь поинтересовался Татарин.

— Я и так уже был твоим рабом в армии. Ну его нафиг, такое сомнительное удовольствие.

— Это да, — согласился джин, — было такое. Вспоминаю с теплотой в сердце.

— Татарин, имеется у меня подозрение, что у тебя сердца как не было, так и нету. Вместо него у тебя огромная черная дыра.

— Боюсь, что прав ты Олежка, — наигранно вздохнув согласился Джин, — но мы отошли от основной темы. Так вот, я как было принято у нас в армии, сначала сделал, а уже после подумал, чего это я такого сотворил.

— И чего же ты натворил? — постарался подтолкнуть бывшего комбрига Олег к основной мысли.

— Ах да! — джин поднялся на ноги и критически оглядел те изорванные лохмотья, что сейчас были на нем, — еще существует способ отыграть вызов назад в случае, если вызвавший потеряет все свои уровни. И вот, когда мы все осознали, что я натворил, меня принялись лихо и методично гонять. Эти двое не стеснялись в средствах пуская в ход все что только можно. Добрую четверть часа меня просто рвали на куски. Но в какой-то момент смерч начал стихать и мне удалось скрыться.

— Поздравляю, — без особых эмоций произнес Олег, он уже прекрасно понял в какую сторону Татарин собирается повернуть эту милую беседу, — и сразу нет! Я не стану впрягаться в разборки трех джинов. Извини, Татарин, я и так сделал все что только можно чтоб тебя откачать. Мне им просто нечего противопоставить.

— У тебя есть высокоуровневые бойцы!

— Эти бойцы в прошлый раз едва справились с тобой одним, — напомнил Олег, — если бы не мой перк «песчаная игла» и удачно подобранный момент, хрен бы мы тебя одолели. К тому же ты сам только что рассказал, что у них уровни куда выше твоего. Я не думаю, что мы сумеем тебе чем-нибудь помочь. К тому же у меня туча собственных забот, мне до завтрашнего вечера нужно нарыть миллион золотых. Я уже полтора дня спустил.

— Не проблема, — тут же отозвался Татарин, — помоги мне, и я дам тебе этот лям. Да я даже больше тебе дам.

— Откуда у тебя деньги? — слегка изумился откровению Татарина Олег.

— Так я постоянно кого-нибудь потрошу. То караван грабану, то топовых игроков опущу. А из них вываливается многое. И деньги и топовый шмот и бижутерия. У меня даже перстенек с виноградной лозой в запасниках имеется, — закинул удочку джин.

Перстенек Олегу заполучить хотелось и даже очень, вот только возня с высокоуровневыми выродками обнуляла ценность перстня. И переборов желание обладать сетовым перстнем Олег всё-таки отказался:

— Прости, Татарин. Нет. Я очень хочу тебе помочь. Но то, во что ты пытаешься нас втравить — это верная гибель.

Для себя Олег решение уже принял и рисковать своими ближниками из-за садиста комдива ему не хотелось.

— Рад был с тобой повидаться, — произнес Олег и собрался было направиться к своим под навес летней кухни.

Вот только Татарин продолжил говорить:

— Тут такое дело, Олежка. Я ведь тебе не всю историю до конца рассказал.

Предчувствие очередного дна неприятно царапнуло сознание Олега.

— Помнишь, ты просил меня добыть тебе одно конкретное кольцо возрождения? — Олег замер на месте в ожидании неприятной вести, — так вот, я добыл его непосредственно перед событием и при тех разборках я таскал его с собой. И как ты уже понял, я его потерял там. У меня его буквально вырвали с клочком одежды. Более того, эти двое сейчас думают, что им в руки попало мое колечко.

Олега прошиб холодный пот.

— Я не завидую обладателю этого колечка, — продолжил нагнетать Татарин, — если это был твой враг, то можешь забыть о нем навсегда. А если друг, то извини.

Джины социопаты и привязанный Астер. Именно эта незатейливая картинка пронеслась в сознании Олега проломив еще одно метафорическое дно этого неприятного дня.

Новое известие проняло Олега Евгеньевича довольно сильно, у него предательски задергалось веко второго глаза, а с губ в сторону джина сорвалась отборная порция мата. Великий и ужасный, позабыв об опасной асоциальной натуре бывшего инструктора, а затем и комбрига самозабвенно и без цензуры орал на Татарина. И не то что б Олег считал его виноватым, нет, он банально срывал собственную злобу на том, кто мог выдержать подобного рода нажим не обидевшись в дальнейшем. Олег банально провоцировал Татарина в душе надеясь, что он всё-таки не выдержит и накажет наглеца как раньше, как в это было в бригаде. Вот только эта сволочь — Татарин на истеричную тираду опального лидера «няшных» отреагировал довольно спокойно и апатично. Татарин не стал чистить физиономию бывшему подчиненному, а дождавшись, когда запал спадет спокойно произнес:

— Хм! А ты вырос в моих глазах. Там были несколько выражений, которые я бы не отказался записать.

Олег замолчал, прикрыл глаза и принялся глубоко и часто дышать. Нужно было успокоиться. В конце концов, в произошедшей ситуации хоть и косвенно был виноват именно он. Именно с подачи Олега был запущен маховик событий, который доставил колечко Астера в кривые руки парочки высокоуровневых социопатов. И если Татарина можно было послать без особых мук совести, то вот Астера оставить в подобной ситуации эта самая совесть Олегу не позволила бы. Стоило парнишке хоть раз погибнуть и его гибель наступит бесповоротно и окончательна.

Дыхательная гимнастика затянулась на недолгие две минуты, истерику «ужасного» слышали все ближники, что сейчас находились в небольшом дворе цитадели. И понимая состояние патрона молчали, ожидая дальнейшей реакции. Более того, так же тихо, словно мышки вели себя и гнумплены собравшиеся пятеркой особей у ворот цитадели. Для этих ушастых отборная матерщина в исполнении «ужасного» звучала словно музыка.

— Пошли за стол, — немного успокоив нервы произнес Олег, — нужно все взвесить и обдумать.

Через полчаса, за большим обеденным столом собрался настоящий военный совет. Как оказалось информация, которую рассказал Татарин, была далеко не полной. И понять это помог допрос Виктора. Умник въедливо расспрашивал джина обо всем произошедшем заставляя пересказывать самые малые и, казалось бы, незначительные детали. И вот что еще удалось выяснить: парочка высокоуровневых джинов предупредила Татарина о том, что знает из какой пустыни он выходит после перерождений, и что ему проще согласиться умереть, нежели эти двое начнут его вылавливать. И уже после этого в одной из попыток перехватить непокорного джина у него вместе с клочком одежды вырвали колечко Астера. Именно по этой причине джин и просил его откачать. Вторым фактом стала неприятная новость, о том, что почти весь его рой был истреблен в драке. И теперь в распоряжении джина имелись от силы пять особей разбросанные по всему материку. Причем одна из них заботливо следила за Олегом и именно к ней и совершил свой прыжок Татарин. Плюс во всей ситуации был один — Татарин, как инициатор вызова на поединок мог принять дуэльный бой в любом удобном для себя месте. Он мог вызвать своих оппонентов и те появлялись в нужном месте по средствам порталов.