Валерий Софроний – Худший из миров. Книга 6 (страница 19)

— Ну и чего там? — с нетерпением поинтересовался кобольд.

— Ножны имеют собственное имя — убежище вампира, — сухо отчитался наш герой, — для расшифровки его свойств у меня недостаточно интеллекта.

Ушлый торгаш тут же смекнул, что вещица далеко не простая и за нее стоит побороться:

— Дам за них два с половиной миллиона, — сходу взял быка за рога Троери.

— Не интересно, — тут же ответил джин, — только вещи которые мне подойдут. И ни какой-нибудь хлам, а вещицы со множителями.

— У меня кое-что имеется дома. Если вы готовы подождать, то я отнесу эти вещи и принесу другие.

— Ты еще здесь? — сурово поинтересовался джин и торгаша словно ветром сдуло.

Троери самостоятельно утащил свой громоздкий сундук вниз не забыв прикрыть за собой дверь. Трое старых знакомых остались в переговорной комнате. И если, гном и джин выдохнули с облегчением и слегка расслабились, то Олег сидел мрачный, не сводя своего взгляда с вычурных ножен.

— Татарин, давай я у тебя выкуплю эти ножны, — предложил Олег, чем не мало удивил старых приятелей.

— Зачем они тебе? — поинтересовался джин.

— Если ты и эту штуку заберешь Троери тебя просто возненавидит, — прокомментировать Митрич.

Олег выполнил пас руками и в его руке оказался нож именуемый — вампиром с большим красным рубином на навершии:

— У меня есть вот такой кинжал, — продемонстрировал оружие Командор, — это его ножны.

Джин прильнул физиономией почти вплотную к клинку и принялся самым внимательным образом изучать оружие:

— Странно, — наконец произнес Татарин, — от него вообще нет фона, словно это самый обыкновенный нож.

Олег без разрешения взял ножны и воткнул ножик. Три больших рубина служившие украшением ножен слегка заалели алым цветом, а над неверием ножа появилась маленькая алая точка.

— Вроде подходит, — высказал свое мнение гном с любопытством разглядывая артефакт.

— Странно, — джин внимательно следил за этой парой практически в упор, — теперь ножны перестали фонить, — Татарин поглядел на Олега, — если ты мне их сломал, то я выдерну тебе руки, — спокойно предупредил Татарин.

— В каком смысле сломал? — возмутился Олег, — камни светятся, разве вы не видите?

Гном и Джин прильнули к артефакту, а после с каким-то подозрительным видом уставились на Олега.

— Чего? — не выдержал Командор.

— Ты, наверное, на солнышке слегка перегрелся, — ответил скрипучим голосом Татарин, — тут вообще ничего не происходит.

— Не происходит, — подтвердил Митрич.

— Неужели вы не видите? — изумился Олег и не осторожно коснулся красной точки над навершием.

Поступил Олег Евгеньевич довольно опрометчиво и неосторожно и как водится, что-то пошло не так. Для начала, Командор получил микроскопическую ранку на пальце, которым коснулся точки, из этой ранки вылетела алая нить присоединившись к алому камню на навершии, а дальше камень взорвался десятками подобных нитей. Несколько из них попали в Митрича и Татарина. И начался форменный коллапс, гном и джин принялись биться в конвульсиях не в силах даже пошевелиться, а Олег еще до конца, не осознавая произошедшего с ужасом уставился на приятелей. Секунды две понадобилось гному, чтоб отправиться на перерождение, а вот джин сопротивлялся довольно долго.

— Кинжал! — сквозь зубы проорал джин, приведя в чувство Олега.

И наш герой принялся вытаскивать нож из ножен. Как показала практика это оказалось не таким уж и простым делом. Гребаный вампир не желал вылезать из убежища и как мог сопротивлялся. Не отступал и наш герой, Олег пытался вытянуть кровавый кинжал и постепенно у него это получалось. В какой-то момент вынуть кинжал из ножен всё-таки удалось. И Татарина отпустило. Бывший комбриг лежал на полу тяжело дыша, стёклышко, воткнутое в глазницу, услужливо подсказало, что у джина оставались последние крохи манны и замешкай Олег на секунду или две и отправился бы Татарин на перерождение.

— Рядовой Бендер, ты чего учудил? — еле вороча челюстями поинтересовался Джин.

Сам Олег не имел и малейшего представления, что и самое главное, за чем он учудил, наш герой почувствовал слабость в конечностях и тяжело приземлился на диван. В следующую секунду в комнате отварилась дверь и с топором на перевес в одних трусах в комнатку ворвался Митрич:

— Кто?! — состроив злобную гримасу проорал гном бешено, вращая головой и ища неприятеля.

Гном помер практически одномоментно, даже не успев осознать произошедшего, а по сему, резонно решил, что на них напали враги.

— Успокойся, старый дурак, — с надрывом произнес джин, сидящий в позе лотоса, — это рядовой Бендер чудит по собственной тупости.

Гном поставил топор к стенке и внимательно уставился на бледного, словно лист бумаги, человека.

— Я не знаю, что произошло, — признался Олег, — я непроизвольно запустил какой-то процесс, который нас всех чуть не прикончил.

Гном еще раз внимательно посмотрел на бледного человека, сжимающего в своих руках нож и ножны, а после осмотрел комнатку и недовольно выругался. Все стены, пол и потолок были украшены тонкими алыми нитями, кои до недавнего времени были кровью Олега.

— Забери у него ножны, от греха, — решительно потребовал джин, — а то не дай бог, он еще чего учудит.

Гном так и поступил, он живо вырвал ножны даже не спрашивая разрешения, а после помог Татарину, подняв под руки и усадив его на диван. Джин остался верен себе и на диван уселся в позу лотоса прикрыв глаза. И вот, когда вся троица слегка успокоилась и перевела дух в комнатку влетел запыхавшийся кобольд.

— Извините, что долго, — стараясь отдышаться довольно не искренне повинился Троери, а после осознав, что в комнатке произошло нечто из ряда вон выходящее запнулся.

Видок у комнатки был еще тот, да что там у комнатки, картина предстала шедевральная, для начала бедный торгаш узрел гнома. Митрич сидел почти голый в кресле заправив ножны под резинку трусов, рядом у кресла расположился массивный топорик. Уродливый джин заняв две трети дивана сидел в позе лотоса и что-то мерно мычал себе под нос, на оставшейся трети, словно бедный родственничек расположился сам «великий и ужасный», человек был на столько беден и удручен, что в голову закрадывались нездоровые мысли, а тонкие кровавые нити наводили на мысль о садо-мазо вечеринке.

— Я, наверное, не вовремя? — замерев в дверях произнес кобольд.

— Да ты вовремя, как никогда, — за всех ответил гном, — заходи садись в кресло, показывай, чего притащил?

Торгаш прошелся по комнатке стараясь не наступать на кровь, брезгливо осмотрел кресло и присел на самый его краешек, а затем он достал из сумки небольшую шкатулку.

— Что ж, давайте приступим к торгу, — довольно потер руки Троери, — для начала, мне бы хотелось узнать свойства этих ножен.

Кобольд переключил свое внимание на Олега и на мгновение замолк, он узрел в руках Олега вампир. Видимо резкая потеря такого большого количества крови плохо сказалась на нашем герое, и он не сразу сообразил, что до сих пор не спрятал ножик, а когда сообразил тут же спрятал его в пространственном кармане.

— Я так понимаю эта пара к ножнам? — ухватил самую суть пронырливый кобольд, — вы же говорили, что у вас нет пары? — на этот раз кобольд обратился к джину.

— А у него пары и не было, — ответил за джина Митрич, — пара оказалась у нашего парнишки, причем совершенно случайно.

— Командор, а не желаете ли продать ножичек мне? — деловито поинтересовался Троери.

— Нет, — с надрывом измученного человека ответил Командор.

— Очень зря, я бы неплохо вам заплатил, он ведь наверняка особенный?

— Ты сюда пришел со мной торговаться, — напомнил джин, — если тебе не нужны эти ножны, то я, пожалуй, отдам их рядовому.

— Нет, нет! — поспешил успокоить Татарина кобольд, — давайте начнем обмен. Для начала у меня имеется вот что.

Кобольд поднял крышку и выставил на столик небольшой кулон в виде змею кусающего себя за хвост, змейка выглядела откровенной дешевкой из почерневшего от времени серебра.

— И чего это такое? — приоткрыв один глаз сухо поинтересовался Татарин.

— Ах да, точно, — кобольд хлопнул себя по лбу и достал еще одну небольшую шкатулку, которую он держал специально для Олега.

«Великий и ужасный» нацепил на себя бижутерию, вставил стекляшку и приступил к изучению:

«Круг самоеда» услужливо подсказало стеклышко. Данный амулет принадлежал Линтеру одному из ныне ушедших богов. Данный артефакт дарует по сто единиц ко всем имеющимся характеристикам и в случае десятипроцентной травмы увеличивает у магов вдвое объем манны.

Олег озвучил прочитанное передав артефакт в руки джину. Татарин покрутил безделушку в руках и с пренебрежением отбросил ее на стол:

— Это хлам, — вынес свой вердикт Татарин, — мне нужны вещи, которые заблаговременно будут увеличивать объем манны. Больше такой ерунды не предлагай, — предупредил торгаша джин.

Троери забрал со стола «круг самоеда» и покопавшись в своей шкатулке достал следующий лот:

— Тогда может быть вот это? — пододвинул он к Олегу цепочку на шею довольно толстую и с виду золотую.

— «Символ боли», — продекларировал наш герой, — уникальная цепочка поедающая жизнь и дарующая манну.

— Не наш вариант, — тут же отмел лот Татарин, — по ходу, рядовой Бендер, сегодня ты от меня получишь еще и ножны.

Ушлый торгаш намеку внял и следующие его лоты были куда лучше, правда, и они не устраивали Татарина по ряду причин, так, например серьги было банально не на что вешать, зато они увеличивали объем манны втрое. Из всех предложенных лотов джину подошли только два: брошь в виде бантика с алым камнем в центре, которая удваивала имеющийся объем манны и перстень с эмблемой осьминога, который ускорял набор этой самой манны, а дальше был жестокий торг. Кобольд с пеной у рта доказывал, что ножны стоят несоизмеримо меньше предложенного, особенно если брать в расчет наличие клинка для этих самых ножен у Олега. Оппонентом в споре с торгашом выступил Митрич, гном встопорщив бороду доказывал обратное. В конечном итоге Татарин докинул несколько не слабых вещиц из своей кучки бижутерии и представители сторон вдарили по рукам. Проведенной сделкой были довольны все, кроме О. Бендера. Не смотря на плачевное знакомство с девайсом, по какой-то причине он хотел заполучить эти самые ножны, эта пара стала бы оружием ссудного дня, учитывая тот факт, как клинок чуть не уничтожил джина можно было бы запустить вампира где-нибудь по среди поля брани, правда, чем все это дело может кончиться наш герой представлял с трудом. Он и в этот то раз едва смог остановить работу вампира, а что бы было не сумей он вытащить нож из ножен и думать было страшно.