Валерий Софроний – Худший из миров. Книга 2 (страница 63)

Командор убрал книгу в сумку, взял в руки свиток и громко произнес:

- Порт!

Свиток пропал из рук, а шагах в пяти от Олега появилось небольшое окно портала, он еще раз внимательно окинул взглядом долину и ступил в телепорт.

Глава десятая. О стратегическом планировании.

Свободный город Риган встретил Командора со всем радушием, на которой только был способен. С момента последнего посещения в нем ничего не поменялось, игроки все так же дерзко вели себя с городской стражей, шумел импровизированный рынок и как всегда, кто-то громко кричал, что какие-то мошенники его обокрали. Командор полной грудью вдохнул запах славного города и направился прямиком в правительственный квартал. Предстояло всерьез заняться поиском Тарана. В момент прибытия некто борец с сумрачным хаосом уже четыре дня находился в свободном городе и ожидал собрата по "темным" делам. 'Вестник другого мира' четко дал это понять. Посланий для веселой вдовушки или начинающего искателя приключений не было, а это могло означать только одно, Шура и Муза неразлучны, словно Бони и Клайд, ну или поменяли пароли и явки, во что верилось слабо. Егор Таранкин нашелся довольно быстро, он сидел в небольшой уличной кафешки и занимался своим любимым делом, а именно он не торопясь пожирал огромный слабо прожаренный бифштекс, Таран настолько увлекся гастрономической частью своей натуры, что совершенно не обращал внимания на происходящее кругом. Командор шустро уселся за стол и улыбаясь поинтересовался:

- А ты все жрешь?

- Фсе! - с набитым ртом ответил довольный Егор.

А дальше довольный Таран с набитой пастью пытался рассказать Командору, как прошли его приключения. А прошли они весьма занимательно, подручный Рыжей, довольно быстро нашел ребятишек которые пытались стрясти денег с любящего родителя, причем нашел он их и в том мире, они принадлежали к одной перспективной ОПГ русской части азиатского сектора, выяснил он это навестив казино в котором в пух и прах проигралась дочурка Тарана, собственно ребятки самым старательным образом и обслуживали это самое казино. Выяснив отношения, узкоглазая братва выставила счет заведению за столь неподобающее поведение, а так как организация батюшки Шан Ли оказалась на несколько порядков серьезней чем казино с местечковыми гопниками, пришлось заплатить. Сумма выплаты составила десять миллионов, почти в два раза больше, чем было стребовано, три миллиона забрал подчиненный Рыжей, в качестве платы за хорошо выполненную работу, а на руках у Тарана осталось семь миллионов полновесных кредитов. Новости сильно обрадовали Командора, теперь выходило так, что денег стало вдоволь. А дальше была баня, вино и самки различных видов.

Три дня подельники кутили, просаживая деньги в ресторанах, игорных и публичных домах, саунах и делая ставки на бойцовых аренах. На четвертый день, Таранкин дал осечку, он страдал от похмура, но на отрез отказывался вставать и идти развлекаться, сколько Командор его не пинал.

- Таран, вставай! Подъем, воин! - Олег с трудом стоял на ногах, язык тяжело заплетался, но чуткая душа требовала продолжения праздника, - Таран, ну вставай!

- Я не могу, сил нет.

Егор лежал на кровати уткнувшись лицом в подушку. Он с трудом переносил состояние похмелья, а в состоянии запоя редко находился более трех дней. А вот О. Бендер мог без проблем уйти в загул, вообще после событий в лесу он начал вести себя довольно странно. И его не угнетало кидалово устроенное 'Снеговиками' или не исполненные обещания Локи, нет, его напугало то злобное ощущение, которое он испытал в полном одиночестве и теперь, он решил подавить состояние страха состоянием алкогольного опьянения, так сказать, выбивал клин клином.

- Слабак ты, Таран, вот не зря ты мне ударить в спину хотел.

К чувству сильнейшего похмура добавилось чувство стыда, Егор забурчал что-то невнятное в подушку, но Командор его слушать не стал, он достал из сумки, стоявшей на соседней кровати кошель, туго набитый монетами и покинул помещение гостиничного номера. На этом, на сегодня, общение закончилось, как, впрочем, и на следующий день. Егор пришел в себя, и дожидался подельника, не выходя из номера, но так его и не дождался. На третий день, когда волнение достигло своего апогея, Егор Таранкин покинул свой гостиничный номер и ринулся на поиски бывшего сослуживца. Поиски длились часов семь, на многочисленные расспросы местных, Егор получал различную информацию, одни говорили, что чудной человечек, соривший деньгами на право и на лево покинул границы славного свободного города и отправился в первопрестольную, другие утверждали, что видели подобного субъекта в том или ином месте, в общем, перед Тараном встала нетривиальная задачка, найти неизвестного в городе, чем он собственно и занимался и надо сказать занимался довольно успешно.

Нашлась пропажа в игровом заведении 'Четкие четки'. За небольшим столом недалеко от игровой зоны в компании двух пышногрудых эльфиек Командор употреблял горячительное о чем-то душевно беседуя с одной из барышень. Таранкин подошел поближе.

- Тихий ветер. Вечер сине-хмурый.

Я смотрю широкими глазами.

В Персии такие ж точно куры,

Как у нас в соломенной Рязани.

Тот же месяц, только чуть пошире,

Чуть желтее и с другого края.

Мы с тобою любим в этом мире

Одинаково со всеми, дорогая.

Рука барышни покорно лежала в ладонях Командора, ее явно растрогали стихи.

- Какие красивые стихи, - расчувствовавшись произнесла эльфийка, - Командор, это ты написал?

Олег помотал головой и со значительным видом пояснил:

- Нет, милая, это написал великий классик - Сергей Александрович.

- Это который Пушкин, - живо поинтересовалась вторая гурия.

- Нет, это который Гоголь, - многозначительно ответил Олег.

- Сергей Александрович Гоголь, - вдохновенно произнесла одна из представительниц древнейшей профессии, - нужно будет почитать на досуге.

А Командор с каким-то душевным надрывом продолжил цитировать классика:

- Ах, любовь! Она ведь всем знакома,

Это чувство знают даже кошки,

Только я с отчизной и без дома

От нее сбираю скромно крошки.

Счастья нет. Но горевать не буду -

Есть везде родные сердцу куры,

Для меня рассеяны повсюду

Молодые чувственные дуры.

Олег горько замолчал и опрокинул стопку коньяка.

- Наконец-то я тебя нашел! - радостно произнес Егор.

Командор оторвал глаза от рюмки и поднял пьяны очи на подельника:

- О! Таран, ты нашелся!

- Я и не терялся, это ты Олежка пропал. И до сих пор пропадаешь.

- Таран, знакомься с девочками, - Олег шатаясь поводил рукой стараясь представить 'девочек', - девочки, это Таранннн, человек - легенда.

- Командор, вам пора вернуться к делам, а девочкам, наверное, уже домой пора, их мамы с папами заждались.

Девочкам явно не хотелось расставаться со столь щедрым парнишкой, это было отчетливо видно по лицам. Командор перевернул изрядно оскудевший кошель и оттуда вывалилась последняя золотая монета:

- Этого мало, заметила одна из гурий, ты нам как минимум двадцать обещал.

- Щя все сделаем.

Командор поднялся из-за стола, взял кругляш и отправился к рулеточному столу.

- Делайте ваши ставки, - услужливо предложил крупье-гоблин и запустил шарик.

Олег сжал руку, положил монету на большой палец и запустил ее в полет. Кругляш четко приземлился на число двадцать пять.

- Двадцать пять красное? - переспросил крупье.

Олег кивнул головой, гоблин поправил монету и произнес:

- Ставки сделаны, ставок больше нет.

Небольшой белый шарик нарезал круги против хода колеса с числами постепенно теряя скорость, после он скатился с ободка на область с числами и сделав несколько прыжков остановился на числе двадцать пять красное.

- Двадцать пять красное, - поставил в известность игроков крупье.

Гоблин прибавил к одной монете Олега еще тридцать шесть, собрал их в аккуратные стопки и придвинул к Игроку. Олег с деньгами не был столь щепетилен, он сгреб монеты двумя ладонями и направился к столу с гуриями:

- Это вам красавицы.

Олег небрежно высыпал монеты на стол и вновь присел на свое место.

Таран какое-то время молча глядел на Олега, тот в свою очередь явно никуда не собирался. Егор взял Олега за шкирмо и взвалил его себе на плечо. Командор матерился, проклинал, требовал продолжения банкета и соблюдения прав человека, но Таранкин его даже не слушал.

- Сдачи не надо, - произнес Егор и направился прочь со своей ношей.

Возмущаться гурии не стали, вместо этого они принялись делить монеты, оставленные на столе беспечным гулякой.

- Да отпусти ты меня наконец! - Олег возмущался, веся на огромном плече дутлана, - вот, Таран, всегда ты такой сволочью был. Любишь ты праздник испортить. И погиб ты как сволочь.

- Это почему же? - совершенно не обижаясь поинтересовался здоровяк.