Валерий Сковородкин – Лётчик и боевая стюардесса (страница 2)

– Ну, здравствуй, тёзка, друг Сашка! – первый пилот развернулся в кресле навстречу гостю, – Я тебя ещё в салоне заприметил, всё ждал, когда же выскочишь из туалета? Ну совсем не изменился, как пацан, ей-Богу! Вижу, ты уже успел познакомиться с нашей стюардессой? Как щека, не очень болит?

– Сашка! Плахов! – радостно воскликнул Деризуб, убирая ладонь с правой щеки, – Вот так встреча! Поздравляю, и давно ты в первых пилотах?

– Да второй месяц уже. Постой, а ты почему в гражданке? Выгнали, что-ли?

– Не угадал, тёзка, – широко улыбнулся старлей, – такой приказ поступил. Вот и едем в цивильном. Слушай, а какие у вас тут симпатичные девчата работают, как на подбор! Особенно Элеонора. Прелесть, а не девчонка.

– Да ты губу-то особенно не раскатывай, – усмехнулся Плахов, – занята она. У неё жених знаешь какой? Про таких говорят, родился с майорскими погонами. Не чете вам, младшим офицерам.

– Ну, – беспечно произнёс Деризуб, – в народе верно говорят – жених ещё не муж. Так что у меня есть шанс, а шанс должен быть всегда. Так говорил мой инструктор в лётном училище.

– Ну, тёзка, – произнёс восхищённо Плахов, – ну ты и жук, однако. Молодец, так и надо, не теряй юношеского напора. Да, Саша, – Плахов посерьёзнел, вздохнул протяжно и спросил, – Так ты, выходит, до сих пор ещё не женат?

– Да, – коротко ответил Деризуб, – но с сегодняшнего дня это лишь вопрос времени и обстоятельств. Она мне в душу запала, понимаешь, Санёк? И это чувство у нас взаимное, почему-то мне так кажется. При случае, передай ей от меня привет, лады?

– Вот сам и передашь, при случае, – произнёс первый пилот с лёгким сарказмом, – Главное, чтобы потом не пожалел, при случае….

– Очень смешно, – Деризуб сердито сверкнул глазами, – Ты же меня знаешь, какой я настойчивый. Ну, да ладно. Сам-то как? Жена, дети, тёща с тестем?

– О, – довольно усмехнулся Плахов, – с этим полный порядок. Джентльменский набор, как говорится. Жена – бывшая фотомодель, директор дома моды. Двое детей, мальчик и девочка, двойняшки. В следующем году пойдут в школу для одарённых детей. Квартира отдельная, трёшка, на девятом этаже. Правда, лифт иногда капризничает, но пообещали заменить. Тёща с тестем живут в другом городе. Вот так, если вкратце.

Друзья пообщались ещё минут пять, после чего Плахов взглянул на часы и огорчённо произнёс, – Ну что, тёзка, пора расставаться, через минуту диспетчерская выдаст свежую метеосводку по ходу нашего воздушного коридора. Извини, надо работать. Было очень приятно с тобой пообщаться.

– Я тоже очень был рад тебя увидеть, после стольких лет. Бывай, командир, – Деризуб протянул руку для прощального рукопожатия, – пойду на своё пассажирское место, ждать благополучного приземления. Тьфу-тьфу, через левое плечо. Честь имею, – и направился к выходу из пилотской кабины.

– Стой, старлей! – окликнул Плахов однокашника, – Скромным ты стал, однако. Местами даже какой-то застенчивый, что ли…? Ну, да ладно. В нарушении всех инструкций, только никому не говори, вот тебе номер телефона Элеоноры. Но хочу предупредить, не злоупотреблять! И не вздумай задурить девке голову. Узнаю, убью первым, понял?

– Так точно, командир! – обрадованно произнёс Деризуб и, прощаясь, крепко пожал руку пилота.

***

Южный аэропорт встретил пассажиров ранним ясным утром, но с пронизывающим свежим северным ветром.

– Вот же погода, туды её в коромысло…, – проворчал недовольный Деризуб, ни к кому не обращаясь, – И это юг называется? Солнце есть, а тепло, спрашивается, где? М-да, ну и дела…. И куда нам теперь?

– Ну, конечно же, в гостиницу, старлей, – прозвучал за спиной очаровательный девичий голос. Александр быстро развернулся на звук и не поверил своим глазам, перед ним стояла вчерашняя стюардесса, грозившая выбросить лётчика, в случае непослушания, в иллюминатор и улыбалась неземной улыбкой.

– О, это вы, Элеонора? Какая приятная неожиданность, честное слово. Доброе утро. И заметьте, какая стоит отличная погода. Не правда ли? – для старлея погода, действительно, непонятным образом резко изменилась в лучшую сторону. Ветер оказался не таким уж и прохладным, а скорее даже очень тёплым. Воздух был насыщен ароматом полыни и горной лаванды, а высоко в небе пара жаворонков выдавала свои музыкальные трели, – А какой воздух, ощущаете? А птички-то как поют, просто заслушаешься, – протараторил Деризуб на одном дыхании.

– Саша, – весело рассмеялась Элеонора, – да что с вами? Перед посадкой же виделись. Что касается лаванды и полыни, то вы ошибаетесь. Это тянет авиатопливом со склада ГСМ. Такая здесь роза ветров, к сожалению.

– Это же надо…, – разочарованно протянул Алесандр, – а так и не скажешь….

– Вот именно, – тихо произнесла стюардесса и произнесла громко, обращаясь уже ко всей группе младших офицеров, – Товарищи офицеры, моё начальство приказало сопроводить вас в аэропортовскую гостиницу. Там обустроитесь, приведёте себя в порядок, переоденетесь в парадную форму и будете ждать дальнейших указаний. Вопросы есть?

– Девушка, а вы, случайно не замужем? – спросил молодой лейтенантик и весь зарделся от смущения.

– Вопрос не по теме, – Элеонора строго посмотрела на группу офицеров и продолжила, – Если на этом всё, то просьба идти за мной. Предупреждаю, идти следует неорганизованной толпой, но в пределах допустимого. За мной, мальчики….

– Старший лейтенант Деризуб, – прошептала стюардесса, – у меня приказ командира лайнера, не спускать с вас глаз. По крайней мере до обратного рейса.

– Понял, – произнёс озадаченно Александр, – А когда обратно, Элеонора? – грустным и тихим голосом спросил старлей.

– Ровно через сутки, – так же тихо ответила стюардесса.

– Я буду скучать, Эля, – прошептал Александр.

– Я тоже, Саша, – прошептала Элеонора, – Но вы не унывайте. Я сегодня, как освобожусь, так сразу и позвоню, ожидайте. Товарищи офицеры, – стюардесса взглянула на часы, – ускорим шаг. Гостиница в пятистах метрах, за углом.

***

Южный аэродром морской авиации жил обычной своей жизнью. Кто-то совершал посадку, успешно отбомбившись на учебном полигоне, кто-то готовился к старту с обновлённым комплектом вооружения, а кто-то до седьмого пота отрабатывал взлёт и посадку на динамическом тренажёре, имитирующим палубу авианосца в движении по штормовому морю. Жизнь авиагородка кипела. На всю округу раздавался постоянный, специфический гул реактивных движков. Мамонтоподобные, крупногабаритные топливозаправщики медленно сновали туда-сюда по лётному полю. Технический состав, прикреплённый каждый к определённой машине, деловито копошился во внутренностях бомбардировщиков, перехватчиков и штурмовиков.

Старший лейтенант Деризуб, облачённый в лётный высотный костюм, сидел в комнате дежурных лётчиков и в который раз перечитывал письмо, полученное от Элеоноры. Напротив старлея, удобно расположившись в раскладном кресле, полудремал над очередным кроссвордом штурман, лейтенант Зарочинцев. Из всей эскадрильи только Колька был из этих мест. Такому везению Зарочинцев, конечно, был несказанно рад, тем более что в городе его ожидала давняя школьная любовь, но лейтенант старался эту радость перед сослуживцами особо не показывать.

– Эх, братцы, – Александр спрятал прочитанное письмо в потайной кармашек высотного костюма, – какая у нас благодатная погода. А где-то уже осень в полном разгаре, с нудными дождями и мрачным небом.

– Это на Камчатке, что-ли? – очнулся дремавший штурман, – Элеоноре привет. Интересно, где она сейчас?

– Не совсем уверен, Коля, но знаю точно, что где-то на уровне восьми тысяч метров над землёй.

– Понятно, – лениво протянул Колька, – Зато у нас, и правда, благодать. Тепло, солнышко светит, а при желании можно и в море искупаться.

– Внимание дежурному экипажу, – раздалось по громкой связи, – Боевая тревога! Неопознанный объект направляется в сторону нашей границы. Ваша задача: догнать, опознать и прогнать. Будет наглеть, сбивайте. Перед этим доложить.

– Принято! – ответил в микрофон Александр, на ходу одевая гермошлем, – Николай, за мной.

Новенький, двухместный перехватчик МИГ-53 почти вертикально взмыл в небо и быстро скрылся в небе среди лёгких облачков.

– Штурман, как горизонт? Что наблюдаешь? – поинтересовался Деризуб, напряжённо вглядываясь в пространство, – Лично я в предполагаемом квадрате ничего пока не обнаруживаю, кроме штормящего моря да одиночных рыбацких сейнеров.

– Есть контакт, командир, – обрадовался Николай, – Противник активно ставит электронные помехи, прикидывается невидимкой, придурок. Расстояние триста километров. Скорость – четыре маха. Через двадцать минут будет в районе наших территориальных вод. Одно успокаивает, Саня, – добавил штурман, – что мы его видим. А вот он нас – нет. Хотя, конечно, он нас тоже увидит, где-то за секунду до встречи с нашей ракетой. Верно, командир?

– Да ты, штурман, философ, как я погляжу, – спокойно проговорил Деризуб, настраивая электронный прицел, – Цель вижу! Есть надёжный захват цели. Ну всё, вражина, каюк тебе. Но, штурман, мы его должны же предупредить по радио? Не так ли? Вдруг он заблудился? Надо указать верный путь иностранцам. Врубай международный информатор, пусть умная штука поработает в режиме предварительного предупреждения.