Валерий Сидоров – Способность жить (страница 1)

Способность жить

Часть 1. Деревушка

Глава 1.

Наверно, самое страшное – это остановиться. Стоя у края пропасти и понимать, что дальше некуда идти. Будешь ты тем самым пай-мальчиком или огромным непослушным верзилой – рано или поздно это может настигнуть тебя.

Именно это я и чувствовал, находясь в своей квартире, смотря в окно, выходящее на старые испещрённые временем дома в красной облицовке.

Это чувство нельзя предугадать, как то чувство что тебя вот-вот вырвет прямиком в туалет твоего друга, к которому ты пришел на вечеринку. Это происходит внезапно, как гром среди ужасного неба.

Ты вроде бы влачишь свое жалкое существование, отдаешь проценты кредиторам, оплачиваешь проживание своей матери в доме престарелых, с примерной стойкостью выслушиваешь разговоры своих дальних родственников раз в год за праздничным столом и при этом ничего внутри тебя не свербит.

До поры до времени.

В один миг ты вдруг понимаешь, что еще немного и ты упадешь, навсегда. Мешком в пропасть, около которой ты ходил всю свою жизнь, слушая те надоедливые толки родственников и остальных людей.

Я захотел изменить свою жизнь, сам не зная как именно: взять разгон и что есть силы оттолкнуться от зловонной земли и полететь вниз, в бездну, что ждала моего рокового прыжка или протянуть мост чрез эту бездну.

Я не знал, что меня ждет – прыжок или мост, но точно понимал, что прыгать буду я и мост построю именно я. Всю жизнь я только и делал, что смотрел на чужие прыжки и на возведение чужих мостов.

Этим вечером я не совершил тот прыжок, но взял разгон.

Глава 2.

Надежда на лучшее будущее окрыляла меня в том момент, когда я подлетал к Сантьяго, столицу Чили. Я видел в Интернете потрясающие картинки Чилийских гор. Всегда мечтал побывать на Андах

Приехав в столицу, я начал искать машину напрокат. Во всех прокатных магазинах, то ли из-за моей американской внешности, то ли не доверяя моим навыкам вождения, мне отказали. Я принял решение поехать автостопом.

Добравшись пешком до окраины столицы, находясь около оживленной дороги, я начал ловить попутку. Простояв около сорока минут – мне улыбнулась удача. Передо мной остановился старенький, потрепанный минивэн. В машине находилось пятеро людей, которые дружно распевали какие-то свои чилийские (или Бог знает чьи) песни.

Водитель, практически не знал английского, поэтому я, на своем ломанном испанском, объяснил куда мне нужно.

Судя по веселому и беззаботному лицу водителя – он и не хотел понять, куда мне надо, а лишь призывал рукой сесть к ним в машину при этом распевая вместе с пассажирами песни.

Через две минуты, я уже ехал в старом минивэне с веселой компанией чилийцев, пытаясь поймать ритм их песни.

Надежда на лучшее будущее, хоть и немного, показалась чуть ближе.

Глава 3.

Вы когда-нибудь видели маленькие чилийские деревушки? одноэтажные старенькие красноватого цвета дома. На улицах торговцы и под сорок градусов.

Проходя мимо этих маленьких улочек, в которых расставлены импровизированные лавки, я нашел буквально все: от еды до крупной бытовой техники (не в лучшем состоянии).

Когда я шел мимо лавки какого-то пожилого мужчины, мальчуган лет десяти-двенадцати, пытался залезть своей маленькой ручонкой в мой карман. Заметив его боковым зрением, я, резко обернувшись, шикнул на него. Маленький воришка молниеносно растворился в толпе.

Почему я оказался в этой Богом забытой деревни? Водитель, который до самого конца поездки распевал песни, сказал, что у него есть знакомый, который готов отвезти меня к подножью Чилийских гор.

Проворно следуя за водителем и его друзьями, я решил купить сувенир. Найдя старика, сидящего на земле перед разложенными побрякушками на облезлой и грязной простыне, я спросил цену приглянувшегося мне пончо.

– Dos mil pesos1[1], – сказал старик, даже не взглянув на меня.

– Dos mil? – спросил я

– Si

Слишком уж дорого для такого потрёпанного пончо, подумал я.

– Bien2[1] – сказал я, дав деньги старику

Небрежно кинув деньги около своих ног, старик принялся зажигать сигарету.

Вдруг кто-то сзади положил руку мне на плечо. Обернувшись, я увидел своего водителя, который довез меня до этой самой деревушки.

– Amigo, tienes que ponerte este pocho ya ¡Seras indescriptible!3[1] – улыбчиво произнес водитель.

Я, нервно улыбаясь, думал, как сбежать отсюда. И как назло, из толпы выходят четверо моих попутчиков из машины. Друзья водителя, приближаясь ко мне, показывали большой палец вверх, всячески поддерживая меня, будто я намереваюсь совершить прыжок со скалы.

– ¡Vamos amigo! ¡Vamos, vamos!4[1] – прокричал один из товарищей водителя.

Эту своеобразную кричалку начали подхватывать прохожие, останавливаясь около меня. Уже через несколько секунд вокруг меня собралась приличных масштабов толпа, скандирующая лишь два слова: “Vamos, amigo”. Водитель жестами показывал, что я должен надеть пончо. Я стал заметно сильнее нервничать, лицо покрылось постыдной красной краской от такого неожиданного наплыва людей и их напора. Практически потеряв контроль над собой из-за волнения, я стал вертеться вокруг себя как прокаженный, ища хоть какую-то поддержку среди людей. Обернувшись к старику, продавшему мне пончо, я разглядел его загадочную шаловливую улыбку сквозь едкий табачный дым. Ему явно доставляло удовольствие данная сцена.

Когда старик увидел мое озабоченно-испуганное лицо, он энергично начал поднимать и опускать руку, давая понять, что сейчас лучший момент примерить пончо. Я повернулся обратно к толпе, выдержал небольшую паузу, искренне улыбнулся и крикнул: “Ciertamente5[1]”. Сняв панаму и рюкзак, я дрожащими руками, надел пончо.

Люди, моментально зверев, принялись танцевать и петь какие-то песни. Какой-то мужчина из толпы, в знак победы, подбросил свою шляпу, мастерски поймав ее в воздухе.

Водитель, отдав мне рюкзак, обнял меня одной рукой и повернувшись к людям прокричал:

– ¡Ahora eres un verdadero chileno!6[1]

После слов водителя, толпа вскричала пуще прежнего. Дошло до того, что мужчина помпезно вручил мне свою сигарету, похлопав меня по плечу. Закурив вместе с водителем, мы в обнимку продолжили свой путь, по дороге пожимая руки случайным прохожим. Я давно не чувствовал себя так прекрасно как тот момент.

Первый прыжок был совершен.

Глава 4.

Под палящим солнцем, мы все ближе подходили к пункту назначения. Я начал сомневаться, что носить пончо поверх моей и так теплой одежды для такой погоды, было разумным решением.

Дом знакомого моего водителя и по совместительству гида (он знал буквально каждую уличку, каждый дом, он, красноречиво жестикулируя, объяснял кто в каком жилище обитает и чем этот человек был знаменит), находился на вершине небольшого склона деревни.

По пути мне встретились дети, играющие в футбол. Мяч у них был, мягко сказать, не в лучшем состоянии, но это никак не мешало им наслаждаться игрой. Когда мы проходили мимо восходящих звезд футбола, ко мне в ноги прикатился мячик. Уже по старому доброму обычаю, мальчики, одетые в растрепанные футболки знаменитых футболистов, принялись кричать мне в унисон подать мяч, сопровождая свои призывы активными движениями руками. Прицелившись, я со всей силы ударил по мячу… почти по нему. Моя нога пролетела в нескольких сантиметров от него, поднимаясь чуть ли не до моей головы, из-за чего я навзничь упал на землю, разнося вокруг себя облако пыли.

Мальчуганы, подбежав ко мне и задорно взглянув на мое растерянное лицо, забрали свой мячик, показывая мне на прощание большие пальцы вверх. Я, пытаясь замять столь курьезный случай, наигранно рассмеялся, вставая с земли.

Водитель (я так и не знал его имени) подошел ко мне, явно насладившись недавной сценой с мячиком.

– Buen pase, amigo7[1] —, сказал водитель.

Отряхнувшись от пыли, мы двинулись дальше.

Примерно минут через пятнадцать, мы добрались до дома человека, который, по словам моего приятеля, отвозит людей к горам. Подойдя к одноэтажному дому, чьи стены были слеплены из белой глины, водитель сказал подождать его.

Гид, приблизившись к старой деревянной двери дома, отчеканил три сильных стука по ней.

– ¿Santos, eastas aqui?8[1] – крикнул гид в маленькую прорезь в двери.

Через минуту другую, приоткрыв дверь, выглянул мужчина лет сорока пяти – пятидесяти лет с седой щетиной и загорелой кожей.

Увидев водителя, мужчина полностью отворил дверь и обнял его. После нескольких секунд теплых дружеских объятий, гид принялся активно что-то говорить своему другу, моментами показывая на меня пальцем. Мужчина, проследив за пальцем собеседника, пронзил меня своим холодным изучающим взглядом, от чего мне стало не по себе.

После нескольких минут активного диалога между приятелями, мужчина еще раз посмотрел на меня только на этот раз как-то презрительно, медленно покачав головой.

Гид и Сантос, как я понял исходя из речи гида, чуть отошли от двери, после закурили сигареты. Через секунд тридцать, он тяжелой походкой, подошел ко мне, почти вплотную приблизившись к моему лицу. Мужчина смотрел на меня в упор своими серо-голубыми глазами, видимо чего-то ожидая.

Не выдержав его напора и жуткой тишины, я произнес:

– Hola, Santos9[1].

Сантос, бросив себе под ногу окурок, небрежно потушил его, после медленно произнес:

– ¿Entien lo aterrador que es esto? No envio a la gente a las montañas uno por uno10[1].