Валерий Шмаев – Лучник. Свежак (страница 37)

Первый тайник Платон нашёл через два часа настойчивых поисков. Это был, так сказать, семейный тайник Рона и Рея. Несколько фотографий, бронированный портативный компьютер, десяток флешек и пара жёстких дисков, коробочка с десятью красными и двадцатью чёрными жемчужинами, отдельная коробка с двадцатью дозами рад спека и два больших пластиковых пакета. Один с горохом, второй со споранами.

Всё было упаковано в здоровенный контейнер из твёрдого пластика. Рядом лежала сумка с автоматом «Вал», винтовкой «Винторез», тридцатью снаряжёнными магазинами и двумя цинками с патронами СП-6. Скорее всего, тревожный чемоданчик, заныканный на случай: «если всё пойдёт не так, как мы с братом задумали».

Второй тайник помогла найти Шуша. Сделан он был не в землянках, а в шести километрах от базы в очередном овраге. Сверху овраг в несколько рядов перекрывала маскировочная сеть, растянутая на тонких металлических канатах.

В этом импровизированном гараже стояли шесть бронированных внедорожников «Тигр» разной степени потрёпанности, но все вооружённые пулемётом Корд и автоматическим гранатомётом, и четыре грузовика со стандартными переделками для движения по дорогам Улья: кузова и кабины, обвешанные дополнительным железом, стальные сетки на окнах, кустарно установленные башенки с пулемётами и дополнительные люки для гранатомётчиков. Все машины были заправлены. В каждой лежало запасное оружие, одноразовые гранатомёты, боеприпасы, продовольствие и бочки с горючим и водой.

Осмотрев всё это хозяйство, Гость угрюмо произнёс.

— Красиво Рон всех собирался развести — и, видя, что Платон не понимает, пояснил.

— Именно через эту базу-склад Рон с братом собирались уходить. Пришли бы на неё, забрали эти грузовики со своими запасами и награбленными у Квазимодо с внешниками пожитками, и спокойно вышли бы через базу спецназа уже за территориями стаба «Сосновый». Рейдеры Квазимодо переворачивали бы дорогу на «Колизей», а эти ухари, без лишних проблем, пылили бы по дороге в прямо противоположную сторону. По той дороге в двухстах с какими-то копейками километрах находится стаб «Минутка» — ближайший стаб с этой стороны в который заходят торговые караваны.

Так сейчас и происходит. Люди Квазимодо ситечком от чайника просеивают все близлежащие к дороге на «Колизей» леса и кластеры, а мы находимся почти в самой середине леса. Нам сейчас ближе всего к нашему Убежищу и, соответственно, к стабу «Сосновый», чем к любой из дорог. Красиво — умный был мерзавец.

— И что ты предлагаешь? — Прямо спросил Платон.

— А нечего предлагать. — Сразу же отозвался Гость.

— Уходить отсюда придётся пешком, но есть отличная возможность через пару месяцев устроить людям Квазимодо первую пакость. Сейчас пробиваем дорогу до Убежища. Затем натаптываем уверенную тропу и начинаем перетаскивать всё, что ухватим. В процессе учим «молодняк» и «качаем» всем дары, а через пару-тройку месяцев приходим сюда пешком и уезжаем отсюда на «Тиграх» Рона. К тому времени у нас начнёт заканчиваться горох — народу то прибавилось. Вот и съездим по быстрым кластерам на охоту, а заодно мурам Квазимодо слегонца напакостим.

И вот ещё что! Я на базе спецназа видел управляемые фугасы. Ласка сказала, что их собирались ставить вокруг базы в некоторых, не простреливаемых с периметра, местах. Там бочонок размером с кегу из-под пива. Вес семьдесят килограммов. Радиус сплошного поражения сорок метров. Надо притащить их, сколько сможем и свалить где-нибудь. — Платон возразил.

— Зачем сваливать? А овраг, в котором грузовики и «Тигры» Рона стоят, на что? Грузим прямо в машины и составляем список, где и что лежит. Впихиваем в овраг максимальное количество транспорта, а то, что тащим к нам, грузим валом в землянки и зинданы. Судя по карте и записям братьев этот кластер минимум два года ещё не перезагрузится. — И началась рутинная работа.

Все работали грузчиками, и только Платон кладовщиком. Глаза Гостя разбегались от изобилия, но руки поспевали за глазами только иногда. В результате к вечеру все валились от усталости. И так день за днём, пока не закончилось свободное место в землянках и зинданах, и не был забит под завязку и забран весь транспорт, стоящий теперь в овраге.

После этого стали возить то, что приготовили непосредственно для каждого бойца или бойцыцы отряда. Это было не только оружие и боеприпасы, но и всевозможная экипировка. От учебного оружия и защиты для занятий с Яри, до самых разнообразных бытовых и рабочих мелочей: наколенников-налокотников, кожаных штурмовых перчаток с обрезанными пальцами и толстыми накладками на тыльной стороне ладоней и кинтусах, очков, шлемов, бронежилетов, раций с гарнитурами и далее по списку.

Мыльно-рыльные принадлежности и бинокли, ранцы и ременно-плечевые системы, мародёрки и фляги, мультитулы и ножи разведчика, несколько комплектов горок и прыжковых комбинезонов различных расцветок. Лёгкие маскхалаты для повседневных тренировок. В основном «Берёзка» белой и жёлтой расцветки. Футболки, носки, по несколько пар берцев каждому. И всему этому несть числа. (Катёне несколько размеров одежды и обуви на вырост).

Горы экипировки, личных вещей и оружия Боцмана, Гостя, Тайры и Яри были раза в три больше, чем у всех остальных. Себе Платон отбирал в основном оружие, боеприпасы, взрывчатку и самые разнообразные, а в основном радиоуправляемые, мины и фугасы. Патроны к штатному карабину Платона, Боцман всё же нашёл, но их следовало обкатать дома.

В дополнение к нему Платон выбрал себе КГС-57 — стрелковый гранатометный комплекс. Калибр комплекса был ему привычен, а вот футуристический внешний вид и ухватистость здорово озадачили. Оружие было действительно ухватисто-удобным, как бы прилизанным — ни одной выступающей детали. Правда, его было сложно разбирать в полевых условиях, но достаточно большой вес пули и глушение выстрела давало в мире Стикса значительное преимущество.

Патроны здесь использовались с уменьшенным пороховым зарядом, что давало приличное глушение выстрела при коротком стволе гранатометного комплекса. К тому же подствольный гранатомёт действительно был бесшумным. Это достигалось запиранием пороховых газов внутри гранатной гильзы.

Недостатки этого оружия были существенные — малое пробивное действие по некоторым твёрдым преградам (то есть рубера или мелкого элитника можно было завалить только с большим натягом) и небольшая дальность вследствие низкой скорости пули, но Платона это устраивало. Этим оружием он собирался вооружить Кнопку и, со временем, Славу.

Сенсору и знахарю в атаку не ходить, а Катёну он собирался учить на второго номера у снайпера и ей полагался автомат 9А-91. Тем более что у девочки прорезался дар скрыта, но не такой как у Платона с грысями. Этот дар у них был сильный, но индивидуальный, а вот Катёна могла накрыть скрытом достаточно большую площадь. На точку снайпера её уже сейчас хватало. Правда, пока ненадолго.

Все остальные вооружались Боцманом оружием спецназначения под уникальные боеприпасы СП-5, СП-6, и СПП. Брать что-то другое, смысла не было никакого — и такого оружия, и боеприпасов для него были полностью забитые склады. Весь батальон был вооружён этим, уникальным для мира Стикса, оружием.

Приблизительно три четверти всего этого разнообразия упаковывалось в большие чёрные сумки-баулы, тщательно проверялось Яри и Боцманом и отвозилось за три с половиной километра от базы. Нычку сделали в специально выкопанных ямах в густом кустарнике рядом с крохотной лесной полянкой. Всё остальное грузили в очищенные от хлама ямы рядом с землянками и в овраг с машинами. Там выкопали и оборудовали несколько не менее глубоких ям-схронов.

Наконец настал день выхода. Все были одинаково одеты, обуты и экипированы. Словом, вооружены и … хм. Хотелось сказать, очень опасны, но… Какое там? Детский сад штаны на лямках.

Подразделением эта сборная толпа не выглядела. Все были хорошо вооружены, одеты и экипированы, но армией, а уж, тем более спецподразделением, от них и не пахло. Ни уверенности в своих силах, ни дисциплины, ни сработанности, ни, наконец, просто профессионального спокойствия. Учить всех ещё и учить.

Дорога в убежище была извилиста и непонятна большинству бойцов отряда. Шли то по-прямой, то вокруг, периодически попадающихся, заболоченных озёр около двенадцати суток. В общей сложности по шагомеру на коммуникаторе Платона отряд прошёл около ста тридцати километров по лесам, болотам, небольшим полянкам и изредка встречающимся быстрым кластерам с редкими не иммунными жильцами. В основном это были пустыши, спидеры, бегуны и лотерейщики. Топтун встретился только один, а ни людей, ни муров не было от слова совсем.

Нашли несколько избушек на быстрых кластерах, где пополняли запасы продуктов. Искупались в тихом лесном озере. Попарились в маленькой баньке на заимке лесника, предварительно упокоив переродившегося хозяина.

Наконец Платон решил, что хватит блудить, да и девчонки стали прилично уставать, и включил свой коммуникатор. Вышел он удачно — в дне пути от Убежища, если двигаться со стороны «Соснового». То есть по лесу они сделали приличный круг. (В пути Платон иногда корректировал дорогу).

Маяк Убежища откликнулся на коммуникатор сразу. Далеко он не брал, а вот на расстоянии десяти-пятнадцати километров работал. Дальность зависела от наличия и количества кластеров. Такой же маяк-метку Платон оставил и на складе Рона.