Валерий Шмаев – Чужая жизнь (страница 17)

Уходить сразу мы не стали, нам же не смыться надо, а погоню за собой увести… и зря. Вместо того чтобы тупо подставляться под пули, немцы принялись устанавливать миномёты. Увидел это Костя, внимательно наблюдавший за суетой на околице, так что пришлось сразу делать ноги, благо нас теперь ничего на опушке не держало. Сейчас немцы все наши утренние старания миномётами перемешают и точно за нас уцепятся.

Так, в общем-то, и получилось. Огневой налёт был недолгим, но очень точным. Немцы старательно и качественно перемешали опушку леса и огневые пулемётчиков. Нас миномётный обстрел никак не коснулся, так как мы ушли по дороге дальше в лес, но под его прикрытием немцы подтянулись метров на шестьсот ближе, и началась гонка с преследованием.

Первый раз мы укусили немцев (а это были именно немцы, а не финны) минут через пятьдесят после того, как цепь прочёсывания втянулась в лес. И укусили очень больно. Встав на наш след, немцы шли достаточно быстро, но не сплошной цепью, как мне бы хотелось, а несколькими компактными группами, двигавшимися по обе стороны лесной дороги, что было для нас крайне неудобно.

При таком раскладе одна из групп могла легко обойти нас. Поэтому, сорвавшись с дороги, мы просто уходили по лесу в сторону финской границы, периодически меняя направление движения. Пару раз Ристо отстреливал вырвавшихся вперёд одиночных фрицев, но это было что-то вроде плевков с моста. Мы сразу же, не дожидаясь ответных действий, уходили дальше, оставляя за спиной опрокинутые тяжёлыми винтовочными пулями тела и суматошную стрельбу из автоматов и карабинов.

Один раз удалось выступить и мне – я удачно пристроил на дорожке следов растяжку, и взрыв сильно притормозил преследователей. Но, к сожалению, ещё две гранаты они засекли – взрывов больше не было, и я перестал расходовать гранаты.

Несмотря на наши редкие потуги, немцы достаточно шустро двигались за нами как привязанные. Похоже, что я неправильно оценил противника, это были именно загонщики, и мне они сильно не понравились. Вцепились фрицы в нас, как клещи, не оторвать, и вооружены были слишком хорошо.

Мы бы долго играли так в пятнашки с обозлёнными до последней крайности фашистами, но нам удачно попалась одиночная скала, стыдливо прикрытая редкими серо-зелёными проплешинами местного мха пополам с лишайником. Этот скальный обломок монументально возвышался над окрестным пейзажем, и имело смысл слегка за него зацепиться.

Вообще-то сосновый лес не очень удобен для игры в прятки. Видно всё на десятки метров в любую сторону, а наши следы прекрасно отпечатываются на мягком мху и зелёном ковре черники. Но при желании и некотором умении можно спрятаться. Так что, готовя засаду, Ристо не сильно мудрил, единственное, что я внёс свои коррективы в готовящуюся бяку.

– Ристо, Костя, Фёдор, стреляйте по ногам, остальные – в грудь или в живот.

Ответом мне было громкое возмущение Ристо.

– Саша, я в лоб из любого положения попаду. Вот в этом я ни разу не сомневаюсь, имел возможность убедиться.

– Ристо, а сколько человек требуется для эвакуации раненого? Двое. Одним выстрелом ты троих из строя выведешь, к тому же раненых надо перевязывать, а это время. Даже если перевязывать возьмутся санитары, значит, в любом случае группа разделится, а значит, ещё уменьшится. А убьёшь? Ну, убьёшь, жетон с шеи обдерут и дальше пойдут. По два раза выстрелим, сколько из строя выведем? Вот так-то.

Объяснил всем прописную вроде бы истину, но для этих простодушных парней подобная тактика была новинкой года. Переглянувшись, ребята как по команде кивнули головами, один Степан, покрутив головой, тихонько пробормотал:

– Вот откуда он всё это знает? Мне бы и в голову не пришло.

Я не обратил на это внимания. Вернее, не стал заострять, и так из меня то сленг двадцать первого века пробивается, то вот такие необычные, подленькие умения. Хорошо, что они всё время на пользу идут, так что пока прокатывает.

«Наганами» с немецкими сапогами я ребят просто прибил. Один сапог для практики мы на острове отстреляли. Катерина пристала с вопросом, как я секреты выбил, а потом старшина подключился, вот и пришлось продемонстрировать новинку. Потрясены они были всем составом. Я и сам такого глушения не ожидал. Ведь главное, что всё это на коленке сделано.

Ребята всё время недоумевали, зачем я столько сапог с немцев надёргал, а их всё это тащить заставил. Два «нагана» с глушаками, кстати, мы так с собой и волочём, а два старшина обратно на остров упёр, не пригодились. Ну и хорошо, пусть запас будет. О сапогах я подумал тогда, когда вспомнил об одноразовом глушителе, который можно смастерить из пластиковой бутылки. Кожаные сапоги ни разу не пластик, но они на удивление крепкие и не разваливаются после первого выстрела. И один обтюратор в сапоге получилось сделать. Кожаный, правда, но он здорово выстрел приглушил, а в пластике такого не слепишь. Можно было бы попробовать сделать глушитель из коробки немецкого противогаза. Я только потом это сообразил, но там сама коробка больше размерами, и с ней возни получилось бы намного больше.

– Ристо, ты куда нас ведёшь? – уже привычно включил я дурака.

Теперь ни возмущения, ни недоумения не последовало, и Ристо объяснил мне как ребёнку.

– Километрах в шести отсюда начинаются болота. Дорогу через эти болота знают только местные и мы. Болота большие, непроходимые и уходят на ту сторону границы. Немцы, похоже, про это знают и наверняка хотят прижать нас к этим болотам. На самом деле болота только обозначены как непроходимые, но там есть гать на остров, а дальше – тропа. В позапрошлом году мы по этой гати нарушителя гоняли. Но оказалось, что от острова идут две тропы. Одна – в Финляндию, а вторая – в нашу сторону, там цепочка островков. Мы и не знали, что между ними есть дорожка. Нас один охотник по ней провёл. Мы со Степаном по ней два раза ходили, запомнили.

Ой, не люблю я болота. Занесло меня в топь как-то раз по молодости лет. Хорошо, что не один был, но это чувство полнейшей беспомощности, вернее даже абсолютной безнадёги, преследовало меня очень долгое время даже во сне. И вот теперь местные Сусанины, обряженные моими стараниями в немецкий камуфляж, обещают мне незабываемую прогулку по местным достопримечательностям. Вашу ж мать!

Получили немцы от нас по полной программе, и если я сделал только два выстрела, то Ристо с Костей, забравшие себе СВТ, по четыре. Немцы не ожидали от нас такой подлости и здорово запоздали с открытием ответного огня. Шли они достаточно компактной группой и были у нас как на ладони – стреляй, не хочу. Но мы стреляли с удовольствием и чувством глубокого морального удовлетворения. Ну а как же иначе? Гостей всегда приветствовать полагается.

Отстрелявшись, мы рванули оттуда, как молодые лоси, и на адреналине отмахали километра два, прежде чем Федор скомандовал привал.

Истерическая стрельба возбуждённых нашей выходкой фашистов за спиной совсем недавно закончилась, но короткие очереди из автоматов или одиночные выстрелы из карабинов периодически проскакивали. Видно было, что настроение немцам мы слегонца подпортили.

Чуть отдышавшись, опять сменили направление движения. Теперь вёл Степан, находивший дорогу по одному ему видимым приметам. Странно, но мы сейчас двигались под прямым углом к прежнему маршруту. То есть наше движение напоминало скачки гигантского зайца: чуть вперёд, резко вправо, полтора километра вперёд, влево. Я не сильно понимал, зачем мы это делаем, но сейчас глупых вопросов не задавал, и так двигались на пределе своих возможностей.

Навешано на нас было дай боже, а я ещё и добавил своей безумной выходкой, но, честно говоря, если отмотать обратно, то я сделал бы всё то же самое, ибо три однотипные снайперские винтовки лучше, чем две. Да и кофе в термосе у снайпера был ещё горячий, жаль только, без круассанов, но идиллии в жизни, к моему глубокому сожалению, не бывает, да и с шоколадом всё усвоилось нормально.

Это только кажется, что на войне человеку надо немного, но мы с острова уходили вообще без продуктов. Всё, что я натаскал за два дня, мы оставили на острове. Мы собирались освободить много людей, и пока наша группа бегает по лесам, уводя погоню, оставшимся надо было что-то есть. Маленьким детям ведь не объяснишь, что добрые дяди их освободили, а накормить не удосужились. Так что шарился по мотоциклам я с одной целью: набрать побольше продуктов, так как в лесу только черника с брусникой, да и те зелёные. Морошка, конечно, уже поспела, но если сидеть только на ягоде, то можно за пару дней ноги протянуть, а нам ещё вернуться надо.

Пока я так крутил мозгами, размышляя о превратностях судьбы, мы опять сделали привал, и только тут я заметил, что сменился пейзаж. Найти сухое место оказалось проблематично. Нет, собственную задницу мне, конечно, пристроить удалось, но если раньше я сразу падал на спину и задирал вверх натруженные ноги, то сейчас на спину не плюхнешься. Везде, куда ни наступишь, пробивается вода, да и деревья стали значительно тоньше и хилее. Это ещё пока не болото, а только его преддверие, но теперь мы видны гораздо лучше.

Только сейчас я понял, почему ребята так построили маршрут движения. Ристо со Степаном вытянули группы преследователей в одну линию, и теперь для того, чтобы растянуть группы по фронту и зайти нам во фланг, немцам надо приличное количество времени, которое никто им давать не собирается. И я в который раз порадовался, что судьба свела меня с этими ребятами.