Валерий Шмаев – Бывших офицеров не бывает (страница 23)

Вот, ёж вашу мать. Женский батальон, блин! Куда мне вас девать-то? Своих восемь штук уже. Дошёл до дома, обрадовал «Сержа», притащили они с «Охотником» девчонок. Присмотрелись, а они светленькие: то ли русские, то ли латышки. Мокрые, дрожащие, слегка побитые и сильно испуганные молодые девчонки. Но главное – живые. Уже проще, а вот фиг я вас у себя оставлю, это еврейку оставить здесь – на смерть её обречь, а эти к родственникам заныкаются. Найдут куда.

Оттащили девчонок в спальню и, не развязывая, сгрузили на кровать. Сначала делом надо заниматься. Мне ещё полдома грузить. Не оставлять же здесь оружие и то, что нам надо, а нам всё надо. Вон те же подушки с одеялами. У меня список «Старшины» в голове напечатан. Нашему отрядному хомяку всегда всего мало, а машина у меня сейчас одна. В общем полночи паковали да грузили всё. Остаток свободного места в машине добили мешками с крупой, луком и картошкой. Но всё не вошло, а жаль – запасливые хозяева были. Много ещё можно было бы нахомячить.

Между делом полицаев попробовали допросить, но от них толку чуть. Они оба «в дрова», в смысле лыка не вяжут, девчонки больше рассказали. Они как раз с той стороны жили, куда майор со своими бойцами пошёл. Не удержал майор людей, они у него ещё на шоссе разбегаться начали. Ну и понеслось. Девчонки сказали, что стреляли с разных сторон и бой был сильный, я-то его не слышал, у меня станция рядом. На станции ещё часа четыре что-то взрывалось. Душевно так мы по станционным задворкам прогулялись. Надо чаще практиковать подобные прогулки.

Девчонки оказались родственницами. Не сёстрами, а просто родственницами. В таких деревнях все друг другу родственники, сами уже не знают, по какой линии. У их деревни кого-то из пленных полицаи выцепили и в деревню к ним заехали. А там слово за слово, и сразу партизан на месте нашли, когда девчонка понравилась.

Ну и повезли проверять на предмет принадлежности к террористической организации, а заодно и целкости организма. Родственникам звездянок выписали, дома вытрясли и повезли всё дегустировать. Хорошо не убили никого, были в команде полицаев местные. Понятно, что в пути зарядились самогоном – «наша служба и опасна, и трудна», а тут мы с «Сержем». Печалька. Неудачный конец удачного дня, но это для кого как. По мне так мало их приехало, «Серж» только во вкус вошёл, а они уже закончились.

Девчонок мы накормили, одели из запасов полицаев, разрешили набрать себе шмоток сколько унесут и наказали валить всё на нас. В смысле, если их поймают, не запираться и партизан не изображать, а сдать нас с потрохами. Могут только добавить, что нас много было, видели только троих, а в доме ещё люди были, по голосам пять или шесть человек, а то не поверят им и бить их будут. И что здесь ещё полицаи были и полицаев тех мы благодарили за помощь. Ещё и по два колечка золотых им подарил. Но это специально. Теперь они обе будут про нас молчать как партизан на допросе, но плести про нас будут всё что в голову взбредёт. Им-то зачем, чтобы нас поймали?

Так и расстались. Мы на машине домой, походя сказав, что нам ещё до Риги ехать, а им наказал до утра сидеть в доме, а потом валить куда глаза глядят. Это на случай, если их отловят и начнут иголки под ногти загонять. Вот и пусть нас гестапо под Ригой ловит. Полицаев-везунчиков мы забрали с собой. Во-первых, допросить. Может, скажут чего путного, как протрезвеют. Во-вторых, надо же на ком-то ножевой бой малолеткам нашим ставить, а то они одну макивару, Виталькой сделанную, ножами уже разнесли. А в-третьих, одна из девочек вломила полицаев по полной программе – оказывается, это самые мерзкие твари в округе. Эти двое такое творят, что «Серж», слушая рассказ отогревшейся и ожившей девушки, побледнел. Удивительно, что именно они остались живы, и я пообещал девчонкам, что они просто так не умрут. Вот это завсегда пожалуйста – привезём на базу живое учебное пособие, заодно и допросим по полной программе.

Ну и традиционные наши шалости. Авиэлевские листовки на столе кухни, куча трупов в палисаднике – замотались всех туда таскать. Традиционная граната под трупами и листовка, опять же от Авиэля, и торчащая из, простите, заднего прохода верхнего полицая, но в этот раз с «сержевскими» пояснениями на немецком языке. Он когда писал, от хохота заходился, но мне не перевёл. Собака страшная. Вот ведь взрослый человек, командир всесильного НКВД, а развлекается как мальчишка. Я вообще заметил: «Серж» отошёл, живёт с полной отдачей, как будто мешок цемента с души скинул.

Оперативная сводка по району

В зоне действий генерального округа «Латвия» действует особо опасная диверсионная группа НКВД под командованием капитана НКВД под псевдонимом «Второй». В ночь на 20 октября 1941 года данная группа совершила нападение на санитарную зону шталага-347, находившуюся в технической зоне железнодорожной станции Резекне-1. В результате нападения были освобождены более двухсот военнопленных. После чего данные военнопленные разрозненными группами попытались скрыться в ближайших лесных массивах.

В дальнейшем группа «Второго» совершила подрыв железнодорожного состава с авиационным топливом. В результате взрыва на станции Резекне-1 было уничтожено значительное количество военного имущества группы армий. Потери личного состава уточняются.

21 октября 1941 года

Ну «Серж»! Тумбочка волосатая! Сам за руль сел, а меня в кузов отправил – полицаев сторожить. «Сержу» с «Охотником» хорошо в кабине, а здесь опять дождь начался. Какого неприличного органа я напросился в кузове ехать? Сижу на щитке от «Максима», как мокрая курица на жёрдочке. Хорошо, удалось под задницу пару подушек положить и ноги на лежащего полицая поставить.

Пленные дорогу восстановили, нигде мы не застряли и уже к утру были дома. Опознались на «фишке», позвонили на базу и подогнали грузовик к минам. Не нам же полицаев на своём горбу на базу тащить. Нам бы свои умотанные тушки до тёплой печки донести. Так что, когда перед минами остановились, немного подождать пришлось, но через полчаса целая толпа прискакала. Комитет по встрече, блин. Даже две девчонки – Сара и «Фея», одетые по-боевому, как на выход. Вера мне потом сказала, что, как только мы ушли, они оделись и так и жили всё время. Нас ждали. Опять повезло карателям: не добрались мы до них. Ну, ничего. Сейчас полицаев допросим, может, чего нового расскажут.

Спасённый нами боец обалдел слегка от такого количества народа. Он-то всё недоумевал, куда мы столько всего набираем, а потом, когда в дом к нам вошли, вообще в осадок выпал, Сару с «Феей» со снайперскими винтовками увидев. Девчонки, как в дом вошли, обе на мне повисли, но они же разного роста. Обнял их, а «Фея» ногами болтает – так приподнял и держу одной рукой. Блин! Они тёплые, а я с улицы. Замёрз на своём насесте, как собака бездомная. Пообнимались, поставил «Фею», смотрю: смутились обе.

– Всё, девчонки, – говорю, и сам смущён. Впервые в жизни у меня такое.

– Как у нас дела? Рассказывайте, – и тут мне Сара выдаёт:

– Командир. Вчера утром мимо нас полицаи проезжали. Три пустые телеги, двенадцать человек. По разговору хутор какой-то искали, но мимо нас проехали. Поехали в сторону Краславы от шоссе.

– О как! Вечером не возвращались? – спрашиваю.

– Нет, командир, – опять Сара. Ага, сегодня спать не придётся.

– «Серж», «Старшина», готовимся к бою. Сара, «Фея», будите напарников, готовиться как на выход. Бегом. – Тут «Серж» вылез.

– Что случилось, командир?

– Полицаи вчера мимо нас проехали, искали какой-то хутор, вечером не возвращались. Значит, сегодня они возвращаться будут. Раз искали хутор – значит, не местные. А что они здесь делают? Надо брать. По возможности живыми.

Народ! Знакомьтесь, наш новый боец, боевого имени пока нет.

Ты с нами, «Охотник»? Или на хозяйстве останешься?

– С вами, товарищ капитан. – Морда лица у парнишки сильно озадаченная. Никак не привыкнет к нашему колхозу.

– Хорошо. С нами так с нами. «Старшина», одень бойца по-человечески.

– Понял, командир. Пошли, «Охотник», – съязвил «Старшина».

– «Погранец», у нас телефонного провода много? – «Погранец», как и все инструкторы, всё знает.

– Да, есть, командир. Километров двадцать пять, наверное. – Если «Погранец» вопросу и удивился, то виду не подал.

– Значит, так. Берёшь Зераха, «Девятого» и двоих на своё усмотрение и от «фишки» тянешь линию связи до первого поворота на дороге. Прямо через лес. Потом сидишь и ждёшь полицаев. Проедут мимо тебя – отзвонишься нам, скажешь состав, сам никуда не лезешь. Мы их встречаем на броневике и грузовике. – Схема проверенная и главное – нигде не засвеченная. В смысле живых свидетелей этого цирка мы никого не оставили.

Завели броневик и один из «Блицев», нарядили всех в немецкую форму, каски и маски, которые стараниями Виталика, «Иванова» и девчонок стали превращаться в реальные маски, а не просто тряпки на лице. Пока готовились, согласовывали состав боевых групп, заводили технику и выдвигались на исходную точку, наступило утро. Пришлось прождать ещё три часа, но ожидание наше было вознаграждено. Дождались мы уже шесть полностью загруженных телег с теми же двенадцатью полицаями, которых встретили метрах в пятистах от поворота на наш хутор.