Валерий Шевченко – Искренне ВаШ (страница 2)
Ещё он пуст и сыромятен,
Но оживает всё, как в сказке,
И мир красив и необъятен.
Навстречу кисти холст взлетает,
И машет крыльями треножник,
И улетает птичья стая,
А вслед за ней летит художник.
Мама
Влечёт нас время непреодолимо
Через года в неведомую даль,
И нет пощады от него любимым,
И никого ему совсем не жаль.
Меняют облик улицы и храмы,
Неблагозвучны голоса дворов,
Но всё такой же добрый голос мамы
И понимает, как всегда, без слов.
Сует мне деньги с пенсии сиротской
И не клеймит весь свет за плутовство.
Всё те же нравы, вечная причёска,
Дары волхвов под ёлкой в Рождество.
На книжных полках также – «Буря мглою»,
А на балконе – хлам и барахло.
И вспоминая «время золотое»,
Всё чаще плачет с грустью о былом.
И если к ней мне недосуг заехать,
Она тоски не выкажет в ответ —
Всё так же время «обругает» вехой,
Положит трубку и погасит свет.
Отцу
Смотрю на своё отражение
И вижу всё чаще отца —
Дороги его продолжение
И абрис его лица.
Болтая с отцом, странным образом
Ловлю себя в общем на том,
Что я говорю его голосом
И так же ношу пальто.
И часто доселе неведомым
Душа светлым чувством полна:
Горжусь, что за ним я последовал,
И что от него узнал.
И сердце всё тренькает – странное —
Твердит без конца за отцом:
«Сегодня не личное главное»,
Как в песне, в конце концов.
«Заботится сердце, волнуется»,
Но срам не украсит седин,
И всё, что пока не рифмуется,
Допишет за нас мой сын.
Навсегда
Всё на свете
остаётся навсегда.
Ничего
и никуда не исчезает.
Говорят,
что утекла от нас вода.
Врут, смотри —
она в руке снежинкой тает.
Потому что
целый мир навечно в нас,
Ты и я,
как эти звёзды во вселенной.
Мы сгорим,
но будет свет мерцать от нас.
Навсегда — 
