Валерий Шарапов – Стажер нелегальной разведки (страница 16)
Глава пятнадцатая
Районный отдел милиции находился недалеко. Парень в синей рубашке, представившийся лейтенантом Ветровым, и капитан, руководивший облавой, сразу прошли мимо окошка дежурного.
– Это со мной, – сказал капитан и повел их на второй этаж, в кабинет с вывеской «Следователи Белов С. Н. Ситников А. Н.». Кабинет был небольшой – два стола, обшарпанный сейф, на подоконнике фикус и раздолбанная пишущая машинка «Москва». За спиной следователя была дверь, видимо, в соседний кабинет. Напротив нее и разместили Павла. Следак обосновался за столом, а капитан почему-то засуетился и через пару минут ушел.
– Ну что, спекуляцией промышляем? – начал следователь.
– Да нет, я мимо шел, даже не знаю, почему вы меня задержали?
– Поясняю, я следователь Фрунзенского РОВД лейтенант Ветров Николай Олегович, а задержали мы вас во время рейда по борьбе со спекуляцией. Возле комиссионного магазина, когда вы получили сверток, видимо с товаром, от гражданина, которого вы назвали Асмоловым. Понятно?
Павел промолчал. Дело приобретало нехороший оборот. Фауст хорошо помнил напутствие куратора о том, что его паспорт не выдержит тщательной проверки. Этого документа просто нет в базе МВД. А это означало провал стажировки.
– Поэтому прошу предъявить документы и вещи для ознакомления. Паспорт и сумку, – пояснил Ветров. Юноше ничего не оставалась, как протянуть свой паспорт и раскрыть сумку.
– Так, Савельев Павел Анатольевич. Ого, проживаете в городе Москве. А к нам с какой целью? Товар сбыть?
– Товарищ лейтенант, это какое-то недоразумение. Я аспирант, готовлю кандидатскую диссертацию, сюда приехал поработать в архивах.
И тут Фауст почувствовал, что за дверью в соседний кабинет кто-то есть. Кто-то стоял и слушал.
– Что-то паспорт у тебя больно новый. Ты его когда получал? Где? – Следак повысил голос и перешел на ты. Допрос начался.
У Павла пересохло во рту. В щели под дверью качнулась тень.
– Получал семь лет назад, дома, в Замоскворецком паспортном столе. Да он у меня почти все время дома лежит. Я мало куда езжу. Вот и сохранился как новый.
– Проверим, пошлем запрос в Москву. Давай посмотрим, что у нас тут. – Ветров вынул из сумки сверток, развернул бумагу и достал рукопись.
– Это что?
– Это рукопись. Ее мне дал коллега для ознакомления.
– Асмолов? – быстро спросил Ветров.
– Нет, я ее только достал из сумки при Асмолове.
За дверью явно скрипнула половица.
– Что за рукопись, о чем? Я, знаешь, люблю на досуге почитать умные книжки. Так о чем здесь написано? – продолжал наседать Ветров. Он все время крутил в руках паспорт, то открывая его, то закрывая. Как будто решая, отнести его на проверку или дело выеденного яйца не стоит.
– Где ты живешь в Москве, к каком районе? Далеко ли добираться до института? Что сейчас идет в столичных театрах? Сколько платят аспирантам? Как перестроили стадион «Динамо»? Куда распределились твои однокурсники?
Ветров был на удивление любопытен. Павел не раз уже мысленно поблагодарил Вячеслава Владимировича за тщательную подготовку легенды. Оказывается, надо знать так много мелочей, чтобы не засыпаться. Если какой-то провинциальный милицейский следователь задает так много вопросов, то что будет, когда ты попадешь в руки настоящего контрразведчика? Павел никак не рассчитывал, что его легендой будут так подробно интересоваться. Время идет. Чем дальше, тем больше вероятность попасть впросак, а там и до подозрения недалеко. Значит, надо ломать ситуацию и идти на обострение.
– Товарищ лейтенант, а вы заметили, что я приехал из Москвы, а не из Крыжополя? – Павел перешел в наступление. – Я, между прочим, аспирант кафедры политической экономии, кандидат в члены партии, – продолжал он свой натиск. – Член Замоскворецкого райкома комсомола. А это номенклатура районного комитета КПСС. И у вас, товарищ лейтенант, должны быть весомые аргументы для моего задержания. Мой научный руководитель преподает в Академии МВД СССР. Вы представляете уровень?
Повисла пауза.
– Как я понял, ни товара, ни валюты, ни других запрещенных вещей вы у меня не обнаружили. Так что вы мне можете предъявить? Давайте-ка я запишу… – Павел демонстративно достал блокнот и ручку.
– Хорошо, посиди здесь, я сейчас. – Ветров выглянул в коридор, позвал милиционера: – Товарищ сержант, побудьте пока с задержанным, я сейчас.
Следователь вышел, а в кабинет зашел молодой сержант и сел за другой стол напротив Павла. Возникла пауза.
– Какой-то коллега у вас слишком ретивый, – пошел на сближение Фауст.
– А он вообще не наш, видно новенький. А ты что натворил? Вроде не пьяный? – Сержант попался словоохотливый.
– Да я в автобусе без билета ехал, а он докопался, представляешь?
– Что, правда из-за билета? Ну точно – стажер.
Из коридора донеслись звуки команд, свалки и кричалки:
– «Сокол», смело гол забей, хей, хей, хей!
Сержант с интересом подскочил и выглянул в коридор. В него тут же влетел футбольный фанат с сине-белым шарфом. У милиционера взыграли инстинкты. Он стал выталкивать хулигана из кабинета, завязалась борьба. Фуражка улетела в коридор, сержант за ней.
Это был шанс. Одним движением Павел схватил паспорт и рукопись со стола и сунул за ремень под рубашку. На тумбочке лежали красные повязки с буквами «ДНД», он схватил и их тоже и с криком: «Сейчас помогу!» – выскочил вслед за сержантом.
В коридоре была свалка. Футбольные фанаты бузили, милиционеры их растаскивали. Кого-то пытались затащить в кабинет, кого-то выстраивали вдоль стен. Одного здорового как медведь фаната пытались скрутить трое.
Павел схватил за шиворот двух ближайших пацанов и с криком: «Стоять!» – подтащил их ближе к выходу из коридора на лестничную площадку, откуда был виден выход из РОВД.
– Кто из вас быстрее бегает? – зашипел он на них.
– Ну я, – с недоумением проговорил долговязый.
– Резко рванешь на выход и гони через парк как можешь быстрее. Но обязательно оттолкни вон того парня в синей рубашке, чтобы он улетел в сторону, – показал Фауст на Ветрова, который стоял около «Волги» у входа в РОВД и разговаривал с кем-то, сидящим внутри.
– Встречаемся на остановке «Соборная». Понял?
– Заметано, – с азартом согласился долговязый.
Павел быстро завязал себе и второму повязку «ДНД».
– Погнали.
Долговязый, сметая все на своем пути, пулей пролетел мимо ошарашенного дежурного. Как регбист, набычившись, врезался и снес следака. Курящие на крыльце милиционеры буквально окаменели.
Павел с новым напарником с криками: «Держи его! Отсекай!» понеслись сначала за дылдой, затем резко свернули в сторону и помчались по аллейке, еле успевая уворачиваться от встречных пешеходов. Пробегая мимо машины, рядом с которой растянулся сбитый следователь, Павел успел заметить в ее салоне куратора и соседа по номеру.
Через десять минут, еще не отдышавшись, беглецы встретились на автобусной остановке.
– Паша.
– Толик.
– Сергей.
Наконец-то познакомились они.
Толик хлопнул спасителя по плечу:
– Ну, чувак, ты молоток. Я бы в жизни не допер до такого финта.
– Не вопрос, обращайся.
– Паша, если надо что-то замутить, ты только скажи.
– Чуваки, а где можно ночь перекантоваться?
– Без базара, давай к нам в общагу. Только вопрос: ты за кого болеешь?
Фауст обнял их за плечи и показал на красные повязки:
– Да за «Динамо» теперь придется, блин! – И они хором загоготали, снимая нервяк.
Глава шестнадцатая
Наконец вместе с руководителем проекта и тремя студентами Том на целый день отправился на дрофиную ферму. И тут он понял, что пропал. Как в тумане, он знакомился с технологиями подготовки яиц, появления цыплят, режимом ухода за потомством, пролистал журнал наблюдений. Но все это как будто было не с ним.
Перед глазами постоянно стояла Светлана. Ее образ лишал его покоя, то и дело вспоминался ее голос. Даже не сами слова, а ощущения от ее шепота в самое ухо. Казалось, запах ее духов постоянно преследует бедного американца.
В их первую встречу, когда девушка пришла в гости на вечеринку к своей однокласснице, а теперь студентке биофака, он, конечно, видел ее, но особого впечатления она на него не произвела. Зато потом, когда девушка стала его добровольным помощником в общении с русскими, его как будто ударила шаровая молния. Он загорелся. Не то чтобы Света была хорошим переводчиком, ее английский был далек от совершенства, но девушка помогала лучше понимать русских, раскрыла чувственную сторону жизни и даже, кажется, забрала его душу. Том помнил каждое мгновение того вечера, который они провели вместе, гуляя, взявшись за руки, по центру города, на танцах в студенческом клубе, на кухонных посиделках у друзей. Все это перевернуло что-то в душе американца. Теперь он мог думать только о ней.
После поездки на ферму Том буквально летел на встречу со Светой. Но неожиданно девушка встретила его довольно холодно, как-то отстраненно. Молодой человек был сбит с толку. Не мог же он знать, что после отчетов Светланы руководство областного КГБ сделало вывод о непричастности Томаса Фрезера к спецслужбам США и дало команду на сворачивание контактов.