Валерий Сергеев – Дух Альбертины и тайна древней книги. Трилогия (страница 21)
Однажды ночью Андрей, по устоявшейся уже привычке, будучи не в силах отогнать от себя желание углубиться в старинную книгу, тихонько выскользнул из-под лёгкого одеяла и, сунув ноги в тапочки, отправился на кухню.
Наталья спокойно спала. Всё повторялось, как обычно: свет, дверь, кнопка чайника, чашка, заварник, стул и он, заветный фолиант. Толстая книга, лежащая на кухонном столе, была похожа на чёрную коробку, в которой хранятся не только тайны и знания, но и что-то другое: осторожные голоса, звуки клавесина, скрип лодочных уключин, старческий кашель, жар огня… и многое другое, что скрыто под широкими корками обложки, словно за массивными дверьми в волшебный замок.
Андрей приоткрыл окно, впуская в помещение лёгкую прохладу летней ночи. В мозгу назойливо крутилась фраза на латыни:
Настольные часы показывали четверть первого. Андрей улыбнулся. Впереди много времени. Потёр ладони от предвкушения общения с удивительной книгой.
«Апотестатем… Удивительный язык. Пожалуй, ни на каком ином и не выразишь желаемую мысль так изящно, но строго и торжественно».
Он мягко передвинул стул и сел за стол. Налил в чашку чаю. И вдруг…
За окном послышались дребезжащие звуки. Скрип колёс и цокот копыт. Было похоже на то, что какая-то телега с шумом катила глухой ночью прямо под окнами дома. Звонко стучали подковы запряженных лошадей. Свист и щелчок бича! И – громкий, хриплый крик кучера:
– Vorsicht! Fort vom Weg!53
Андрей выскочил из-за стола и рванулся к окну. Распахнул его и высунулся наружу чуть ли не по пояс…
Но ни лошадей, ни повозки он не увидел.
Тишина ночной улицы. Поникшие ветви деревьев в саду. Тускло поблёскивали припаркованные возле дома машины. И заунывное кошачье мяуканье. Город, словно спящий ребёнок, которому приснилось что-то тревожное, беспокойно ворочался во сне.
Андрей по крупицам собирал сведения, касающиеся действия чудодейственных «энергий». К сожалению, старый Алхимик серьёзно перестраховался и не оставил готовых рецептов, он лишь указал цель, намекнул, что изготовить такие средства вполне реально. Орлову предстояло в одиночку пройти весь его путь и постичь эту тайну самостоятельно.
– Ничего, ничего… Старик, конечно, хитер, только я – еще хитрее, – думал он, просматривая свои конспекты. – Сдохну, но повторю все его опыты.
При этом он подумал, что было бы неплохо покончить со своим нищенским существованием в эпоху повального обогащения, беспринципного и несправедливого… «Пусть плачут неудачники, – думал он. – Я же – не из их числа!»
Конечно, он мечтал о славе, как о достойном венце его деятельности в медицинской науке. Хотя, иногда одолевали и сомнения. «Наука это или магия? От бога или от черта такое знание? Добро или зло оно несет людям? – вихрем проносились мысли в голове Андрея. – Впрочем, какая мне разница! Главное – принцип работает. Я не собираюсь, как доктора Пильц и Майбах, философствовать на тему нравственности, милосердия и сострадания».
Как-то для самого себя Орлов решил, что «добро» – это то, что помогает решать его собственные проблемы, и что приносит радость лично ему. «С какого перепугу мне беспокоиться о судьбе этого безмозглого „планктона“? – думал он об окружающих его людях, – ведь всему этому стаду карликов нет никакого дела до меня и моих забот…»
Лето было в самом разгаре, и пора было приступать непосредственно к экспериментам. Для начала, памятуя урок профессора, полученный во сне (а Андрей отнесся к нему очень серьезно, как к мудрому совету, посланному учителем через века), следовало приготовить «матрицу» из соли, чтобы затем «заряжать» ее энергией различных болезненных состояний. Майбах неосмотрительно и весьма подробно рассказал об одном опыте, который он провёл в самом начале своей деятельности, видимо, надеясь, что никто не станет скрупулёзно вникать в содержание его методики. Но Андрей не упускал ни одной мелочи…
Растирая соль в ступке, Орлов размышлял:
– Как же в природе все просто, но… одновременно сложно устроено. Вот возьмем, хорошо всем известную поваренную соль – хлористый натрий. Она содержится во всех физиологических жидкостях нашего организма: слезах, поте, крови, плазме. Это вещество участвует в поддержании и регулировании водно-солевого баланса, а разность концентрации соли является основным механизмом для поступления питательных веществ в клетку и выведению продуктов её жизнедеятельности. Этот же принцип используется в передаче нервных импульсов нейронами… Неслучайно, наверное, и то, что с древнейших времён были
известны способы гадания с применением соли…
Соль – самая распространенная приправа к еде, без нее не обходится приготовление практически ни одного блюда. Она продается в любом магазине, и каждый ребенок знает, что соль бывает крупного и мелкого помола. Причем, даже после такой, весьма примитивной обработки, ее свойства заметно меняются: любая хозяйка вам скажет, что белоснежная мелкая соль-экстра уже не подходит для домашней консервации, ее вкус не такой насыщенный, поэтому и расход на приготовление пищи намного больше.
Орлов знал и то, что столовая соль, очищенная от всех примесей путем перекристаллизации, становится мало гигроскопичной и для задуманных им опытов не годится, поэтому он и достал пачку грубой каменной соли. Андрей даже не подозревал о том, что если вручную долго и упорно растирать эти кристаллы, то они становятся практически безвкусной пылью, невероятно сильно впитывающей окружающие запахи и влагу. Он это понял примерно через час работы, когда результат его титанического труда превратился в дурно пахнущую жидкую кашицу.
Процесс пришлось повторить, поместив ступку и пестик внутрь двойного полиэтиленового пакета. В итоге он стал обладателем двух герметически закупоренных пробирок с матрицей, готовой впитать энергию любой болезни…
Первую пробирку следующим же утром он положил в свой нагрудный карман перед уходом в клинику. Четкого плана действий у него не было.
«Там посмотрим… – думал он. – Что подвернется, с тем и буду работать. Главное – не топтаться на месте».
Тяжелобольных и умирающих тем утром в отделении не оказалось. После завершения скучного обхода, назначений и выписки двоих поправившихся пациентов, у него появилось немного свободного времени. Наслушавшись в курилке свежих анекдотов и от души насмеявшись, на обед он поспешил домой. Андрей всегда так делал – ведь жил всего в двух остановках от больницы скорой медицинской помощи, тем более что Наталья в обеденное время обычно находилась дома, а сегодня обещала приготовить «особенно вкусный» борщ.
Обед действительно уже дожидался Андрея, но трапеза началась с упрека супруги:
– Ты на свои опыты всю соль в доме извел! Из-за тебя борщ получился недосоленным. Сейчас же беги в магазин…
Никуда бежать Андрею, конечно, не хотелось, и он быстро нашел компромиссное решение проблемы. Полагая, что взамен старой матрицы он легко изготовит новую, «ученик алхимика» достал пробирку, с которой уже полдня был неразлучен, и высыпал ее содержимое в кастрюльку с первым блюдом.
– Вот тебе и соль, – сказал он жене, – а после работы я принесу новую.
Сели за стол. Посыпанный укропом и заправленный сметанкой, борщ был, как всегда, хорош. Натали умела и любила готовить украинскую кухню, в чём ей охотно помогала хозяйка квартиры.
– Это Лариса Владимировна наготовила к нашему обеду украинских пампушек, – говорила Наталья, размешивая в борще сметану.
– Балует она нас, – заметил довольный Андрей, – ведь только вчера угощала паштетом из печени трески.
– Кулинария – ее хобби, – улыбнулась Наталья.
Однако, едва супруги отведали по две-три ложки этого прекрасного борща, на них напал приступ беспричинного смеха…
– Немедленно перестань смеяться! – Наталья еле сдерживалась, чтобы не расхохотаться в полный голос. – Ты что… смешинку… проглотил? – и тут же – волна безудержного веселья накатила на неё.
– Да, – давясь от смеха, ответил Андрей. – В-вот-т так-кую… – и развёл руки в стороны.
– Слушай… я сейчас подавлюсь… не смеши меня….
Так «от души», весело и заразительно они прежде никогда не смеялись! Хохотали до слез, икоты и колик в животе, но остановиться не могли… Через минуту такого необузданного веселья, Андрею стало понятно, что в этом есть что-то неестественное и подозрительное. Он вспомнил, как сегодня днем смеялся в больнице, и все понял – это действие нового медикамента, который зарядился энергией, выделенной им же самим при прослушивании анекдотов и баек. Нужно было срочно что-то предпринять…
– Выпей водички! – припомнив историю с племянником Димкой, почти простонал он, задыхаясь от смеха, и протянул жене стакан, предварительно отхлебнув из него сам.
Наталья тоже сделала несколько глотков, но ни она, ни Андрей смеяться меньше не стали.
«Скверная история, – подумал Андрей, – так и в психушку можно угодить…»
Но судьба в очередной раз показала ему выход из сложной ситуации: совершенно случайно он сделал глоток крепко заваренного чая, заранее приготовленного заботливой супругой… и все проявления бурной радости тут же прошли. Предложил жене глоток чая и, после того, как она пригубила из чашки, с удовлетворением отметил, что антидот подействовал.