Валерий Пылаев – Пятый Посланник (страница 37)

– Не получается? – поинтересовался он. – Странно… Твоя Джаду сильна, но ты не можешь собрать ее, чтобы залечить свои раны… Это не самая простая из Техник Вуса-Мату, но ей владеет любой из высокородных. Ты сможешь, Рик-северянин. Просто потребуется несколько дней, вот и все.

Нет, это так не работает. Волей беспощадной случайности, затащившей меня в этот мир, исцеление – одна из базовых Техник всех стихийных кланов – мне недоступна. Я могу без труда наполнить свое тело жизнью, но для этого потребуется забрать ее у кого-то другого…

И что-то настойчиво намекало, что Харишу об этом знать не обязательно.

– Может, я просто не так уж сильно старался? – усмехнулся я. – Когда ты начнешь учить меня сражаться, Мастер Хариш?

– Когда твое тело окрепнет. – Хариш поднялся на ноги. – Много ли толку в движениях, в которых нет силы?

– И до этого времени ты каждый день будешь гонять меня по пустыне и кататься на мне, как на лошади? – Я оттолкнулся ладонями от камней и кое-как встал. – Как бы тебе самому не пришлось нести меня до Ашрея.

– Ашрей… Как я мог забыть? – Хариш прищурился и посмотрел на солнце. – Скоро настанет время обеда. Похоже, нам придется поторопиться, если мы не хотим увидеть лишь опустевшие тарелки?

– Опять бежать? – вздохнул я.

– Разве получится воин из того, кто все время жалуется на боль и усталость? Они – лишь ступеньки на твоем пути. – Хариш развернулся и добавил уже через плечо. – Бежим, Рик-северянин. И отбрось сомнения – ты куда сильнее, чем можешь себе представить!

* * *

– Откуда у тебя этот меч? – Хариш осторожно провел пальцами по лезвию немногим меньше его самого размером. – Я видел сотни и тысячи клинков, Рик-северянин… но подобного мне встречать не приходилось.

– Он достался мне от отца. – Я решил не придумывать какой-то принципиально новой лжи. – Он никогда не рассказывал, что это за оружие.

– Я могу только догадываться, кто мог создать подобное. – Хариш обхватил рукоять обеими ладонями и не без усилия крутанул клинком в воздухе. – Он куда тяжелее любого из тех, что можно купить в Моту-Саэре и в других городах Империи… Но тебе придется впору. Может быть, его выковали на землях клана Белой Чайки еще в те времена, когда там жили гиганты. Такие же, как ты, Рик-северянин.

– Я чувствую, что этот меч предназначен мне. – Я осторожно забрал у Хариша свое оружие и тоже прокрутил в воздухе – только одной рукой. – По сравнению с ним любой тальвар кажется игрушкой.

– Может, и так, – усмехнулся Хариш. – Любое оружие рано или поздно становится игрушкой для истинного воина.

– Ты не сможешь научить меня обращаться с ним? – Я упер острие меча в землю. – Или… сможешь?

– Разве это имеет значение? – Хариш, похоже, откровенно потешался и над клинком, и надо мной самим. – Меч – лишь продолжение твоей руки, Рик-северянин. Ты можешь взять посох, копье или тальвар. Они все отличаются друга от друга, но ни одно оружие не сделает тебя и на малую крупицу сильнее.

– Выходит, он бесполезен? – проворчал я, убирая меч обратно в чехол?

– Почему же? – Хариш пожал плечами. – А никогда раньше не видел такой ковки. Этим мечом ты мог бы рассечь камень, не затупив лезвия. С твоей силой перед ним не устоит даже самая крепкая броня. Но плох тот воитель, который полагается лишь на меч или тальвар. Подлинное могущество подобно зданию, чей фундамент – тело, а стены – дух и сила Джаду. Оружие лишь венчает крышу.

Пожалуй, для истинного Кшатрия, который к моему возрасту обучался мастерству Вуса-Мату уже лет двадцать, если не двадцать пять, все примерно так и есть, но я почему-то куда увереннее ощущал себя с тяжелой железкой в руках. Приятнее и безопаснее лупить врагов чем-то длинным и увесистым, чем собственными кулаками. Я уже достаточно раз выл от боли в разбитых костяшках, чтобы окончательно усвоить: ни одна из известных мне Техник не сделает меня неуязвимым. И любая ошибка в движениях рук запросто покалечит самого бойца куда больше, чем противника.

– Хватит пустых разговоров, Рик-северянин. – Хариш отступил на полшага. – Давай еще раз!

Я без лишних слов встал в стойку – за почти две недели тренировок он намертво вколотил в мою голову мысль, что любые возражения бесполезны. А размахивания ногами и кулаками уж точно не хуже, чем беготня, отжимания и перекидывание камней размером с Хариша. Впрочем – надо отдать ему должное – результат не заставил себя ждать. Теперь я без особого труда мог пробежать пять миль под палящим солнцем пустыни и швырнуть камень в сотню фунтов весом на десяток шагов. Жир на боках продолжал уходить с немыслимой скоростью, и мое тело понемногу превращалось в то, к чему Эдди стремился долгие годы. Перенос из Сан-Франа в этот мир не только подарил мне силу Джаду, но и, похоже, разогнал метаболизм до сверхчеловеческих пределов.

Да и сами движения местного боевого искусства удавались мне не так уж и плохо: если поначалу Хариш заставлял меня повторять каждый удар по тысяче раз, то и дело поправляя, то теперь мы куда больше времени уделяли практике. Я все еще не мог угнаться за ним без помощи Джаду, но уже замечал, как ему с каждым днем становится все сложнее блокировать и отбивать мои удары.

– Покажи мне Белого Демона, Рик-северянин! – Хариш скользнул под моей рукой, смещаясь вбок. – Быстрее!

Я ухмыльнулся, выдохнул и сменил стойку – убрал голову в плечи и расставил ноги чуть пошире. Хариш неплохо прогнал меня по всем основам Вуса-Мату, но моим излюбленным стилем почти сразу стал Белый Демон. Неторопливый, размашистый, с преобладающими ударами руками. Казавшийся до смешного примитивным даже мне – но оттого не терявший ни капли своей убийственной мощи.

– Хорошо, Рик-северянин. – Хариш вновь перетек передо мной, уходя от удара. – Не стоит недооценивать Белого Демона. Он прост и не так красив, как Тысяча Лучей или Тигр, но в его простоте – сама сила, необузданная и первозданная. Многие из великих Мастеров прошлого побеждали своих врагов именно так – одним тяжелым ударом, который пробьет любой блок… если будет нанесен вовремя. Еще быстрее!

Подчиняясь приказу, я разогнал свое тело с помощью Джаду и снова атаковал. Движения получались сами – мне уже не приходилось думать – руки и ноги будто бы сами знали, что делать. Выпад левой в корпус, правой снизу в подбородок. Левый прямой – с подшагом и поворотом туловища – простой, надежный и способный переломить человека надвое. Еще поворот и снова правой – по дуге, в шею ребром ладони. Левой снизу на отходе и завершающий – на этот раз ногой.

Прямо в услужливо подставленный Харишем блок. Я на мгновение успел испугаться, что сейчас искалечу своего учителя, но тот, похоже, знал, что делает. Его тело приняло удар и даже не изогнулось – только скользнуло на подошвах по песку на полтора фута назад, поднимая пыль.

– Хорошо, – кивнул Хариш. – Но ты можешь еще сильнее. Знаю, тебе не хочется бить старика – так что попробуй сразиться с деревом.

Сражаться с деревом мне хотелось еще меньше – твердая кора оставляла на руках и ногах глубокие царапины, которые даже Темная Кровь залечивала чуть ли не по часу. И все же я послушно повторил всю серию ударов по ни в чем не повинному одинокому стволу, невесть как выросшему прямо в расселине между камнями в миле от Ашрея.

– Еще раз! – скомандовал Хариш. – Сильнее! Забудь про боль, Рик-северянин! Твое тело может быть крепче стали!

Я с пыхтением повторил все от начала до конца, но Хариш явно не собирался оставлять меня в покое.

– Еще! – крикнул он. – Не сдерживай себя!

В голове будто взорвалась крохотная атомная бомба. Ярл Виглаф, которого я все эти дни изо всех сил загонял на самые задворки разума, с ревом вырвался наружу. И когда я завершил убийственную серию ударом рукой, мой неподвижный противник не выдержал. Дерево впилось в кожу, но потом промялось, разошлось под костяшками, и вверх по ствол пробежала широкая трещина. Крона вздрогнула, разваливаясь надвое и рухнула.

Одобрительного крика Хариша я почти не слышал. Боль вспыхнула где-то в запястье, а потом прокатилась выше и засела в локте раскаленным гвоздем. И я свалился на землю, с воплем прижимая к груди сломанную конечность.

Глава 25

– Выдохни. Боль – лишь то, что ты ощущаешь. Ее не существует.

Но она еще как существовала! Мне уже не раз приходилось получать весьма неприятные травмы – пожалуй, чуть ли не каждый день в этом гребаном мире – но от серьезных переломов местные божества меня все-таки хранили. До этого самого момента. Я снова поднял пульсирующую и распухшую чуть ли не вдвое руку и попробовал пошевелить пальцами. И снова едва не отключился от боли.

– Агни всемогущий… – Хариш обхватил голову и зажмурился. – Твое тело меняется быстрее, чем у юноши, который становится мужчиной. Ты учишься всему, что касается сражений так, будто бы просто вспоминаешь забытое… но не можешь собрать Джаду, чтобы исцелить пустяковую рану!

Ярл Виглаф глухо зарычал и напомнил, что я без особого труда могу собрать Джаду. Для этого достаточно протянуть руку – левую, на которой нет гребаной ПУСТЯКОВОЙ раны и коснуться злобного старикашки, который заставил меня тренироваться в буквальном смысле до хруста костей. И тогда моя ПУСТЯКОВАЯ рана заживет в считаные мгновения. Но только он этого уже не увидит…