Валерий Пылаев – На родной земле (страница 29)

– Степей больше нет. – Взгляд Есугея застыл темным льдом. – Пески с юга надвигаются, и с ними приходит то, чему нет имени. Великое зло – вестник конца времен!

Йотуновы кости… Так вот почему булгары вдруг появились у городов склафов, когда никто их не ждал!

– Что там случилось?

– Ветры дули с юга днем и ночью. Они приносили палящий жар, от которого не было спасения. – Есугей чуть оттянул ворот рубахи. – Солнце сжигало все живое, а травы заносило песком. Женщины и дети, воины и их кони страдали от жажды, ведь земля больше не могла дать им и одного глотка воды. Каждый день умирали сотни – но и ночь не приносила спасения! В темноте приходили те, кому не страшны ни стрелы, ни самые крепкие сабли – и забирали всех без разбора!

– И тогда ты повел свое войско на север? – догадался я.

– Нет. Я повел весь свой народ, Антор-багатур. Те, кого ты видел здесь, – Есугей указал рукой на вход в шатер, – лишь малая часть от всех. Самые сильные и опытные воины. А все остальные в нескольких днях пути к югу отсюда…

Тысячи, а может, и десятки, если не сотни тысяч булгар. И пусть едва ли треть из них – взрослые воины…

– И все придут сюда?! – воскликнул я. – На наши земли?!

– Да. Нам некуда больше идти. – Есугей склонил голову. – Позади – смерть. Поэтому я и искал мира с вашими князьями.

– Ты желаешь их дружбы – или их земель? – Я сложил руки на груди. – Твое воинство велико, хан, а здесь твои люди смогут жить, не боясь духов пустыни. Зачем тебе нужен мой народ?!

– Так ты тоже думаешь, что я пришел, чтобы завоевать ваши земли? – скривился Есугей. – Мой народ желает мира, а не войны! Конец времен уже близко, но вместе мы сможем выстоять. Еще есть надежда – так говорят духи!

– Даже если так – это не наша война, хан, – отозвался я. – Князья никогда не станут защищать твой народ – но каждый из них выступит против тебя, если придется. Это их земли – и они не отдадут их без боя.

– Разве ты еще не понял? – Есугей выдохнул и покачал головой. – Даже когда степь совсем исчезнет – демоны песков не остановятся. Они шагают вперед, не зная усталости – и однажды пустыня придет и в дом твоего князя, Антор-багатур. Я не знаю, кто из нас победит, если будет битва, но настанет день – и он позавидует побежденному!

– А если нет? – Я уже истратил все аргументы, но еще возражал – даже зная, что услышу в ответ. – Если ты ошибаешься?

– Может, я и слабейший из шаманов своего народа. – Есугей прикрыл глаза. – Может, мой внутренний взор слеп – но даже я слышу, как далеко отсюда в темноте шагают демоны. Духи не ошибаются, и конец времен близко. Разве в ваших землях не происходит то, чего раньше никогда не было, Антор-багатур?

Русалки. Выползший из своего омута – возможно, в первый раз за последние несколько сотен лет – Водяной Дед. Тролли на Барекстаде. Темные, которые убили Хильду. Кракен в море. Сжигающее степи солнце на юге и гигантские сугробы – на севере. Появляющиеся то тут, то там осколки «Светоча», которые уже скоро непременно окажутся в одних руках. И сам демиург Романов в образе Гримнира – главный предвестник грядущего Рагнарека, дня гибели богов.

Нет, Есугей не ошибся. Может, конец времен придет и не из пустыни вместе с демонами – но придет непременно. И даже если нам не под силу остановить неизбежное – не так уж плохо хотя бы встретить его плечом к плечу.

– Мне… приходилось видеть многое. – Я склонил голову и приложил ладонь к груди. – Я верю тебе, великий хан.

– Тогда не будем терять времени. – Есугей радостно улыбнулся, хлопая себя по бедрам. – Поспеши же к своему князю, Антор-багатур…

– Ты отпустишь меня?! – Я не поверил своим ушам. – После того, как я пытался тебя убить?

– Я больше не совершу ошибки. – Есугей покачал головой. – Даже если я отправлю в Вышеград лучших из своих людей, их или прогонят, или убьют – но тебя князь послушает. Скажи ему, что я желаю мира. Моему народу нужен новый дом – и мы готовы защищать его вместе с вами.

– Князь Мстислав мудр и справедлив, – ответил я. – Но я не могу ничего тебе обещать, великий хан. Ты хочешь привести на наши земли всех своих людей – и каждому понадобится и жилье, и пища. Людям придется забрать хлеб у своих детей, чтобы отдать твоим. Кто станет делает подобное… по своей воле?

– Ты сам видел знаки конца времен, Антор-багатур. – Есугей поднялся на ноги. – Наши распри длились сотни лет – но их придется забыть, если мы хотим, чтобы наши дети дожили до наших лет. Мой народ прости помощи, а не подаяния! Если князь примет мою дружбу, я сам буду работать наравне с самым бедным землепашцем. И поклянусь сражаться за ваши земли, пока Тенгри не заберет меня в Вечную Степь.

– А если нет? – Я встал следом за Есугеем. – Если он откажет?

– Люди в Есенике и Круглице предпочитали сжигать свои припасы – но не оставлять нам, – ответил хан. – Без союза с Мстиславом и другими князьями уже скоро моим людям будет нечего есть. Дети начнут голодать, Антор-багатур.

Договаривать Есугей не стал – все и так понятно. Я получил квест покруче всех предыдущих – даже вместе взятых. И если я каким-то чудом не уболтаю князя хотя бы выслушать Есугея – уже завтра у стен Вышеграда появится орда в две с половиной тысячи всадников. И начнется битва, в которой не будет победителей.

– Жди меня до восхода солнца, великий хан, – сказал я. – Я привезу тебе ответ от князя.

– Да будет так, – кивнул Есугей. – Но если ты не придешь… пусть мы встретимся в бою, Антор-багатур. И пусть сам Тенгри направит твою руку, чтобы я не увидел, как умирает мой народ.

– Еще есть надежда, великий хан. – Я сложил руки на груди. – А теперь вели своим людям выпустить меня. Меня ждет долгий путь.

– Это верно. – Есугей наклонился и поднял с земли Гунгнир. – У тебя необычное копье, Антор-багатур… и его я оставлю себе. В память о том дне, когда ты пришел в мой шатер врагом, а ушел гостем.

– Вот как? – усмехнулся я. – Но если ты ограбишь своего гостя – чем же я буду сражаться завтра, если богам будет угодно, чтобы мы встретились в битве?

– Ты не уйдешь безоружным, Антор-багатур. Возьми! – Есугей расстегнул пояс и протянул мне саблю вместе с ножнами. – Есть легенда, что когда-то этот клинок выковали из небесного железа, упавшего на землю. А отец говорил, что сам Тенгри подарил его моему предку, славному Дува-Сохору, три сотни лет назад. Пусть он послужит тебе так же, как служил моему роду!

Глава 34

«Сабля Дува-Сохора»

Тип: одноручный меч

Класс: легендарный

Мин. Сила для использования: 4

Урон: 17-25

Критический урон: 2.0х

Особые свойства:

Сила +1

Подвижность +2

Владение одноручным мечом +30

Расход очков выносливости в бою -20%

Когда предмет экипирован, все дополнительные способности, доступные персонажу в соответствии с уровнем и суммарным значением навыка «Владение одноручным мечом», разблокируются.

Легендарная сабля, доставшаяся вам в подарок от великого булгарского хана Есугея. Неизвестно, делала ли она своих владельцев великими воинами, или это они снискали древнему клинку славу непобедимого — в странном металле, который мало кому из смертных приходилось видеть раньше, скрыта необычная сила. Достаточно взять ее в руки — и она будто бы сама направляет удар, выискивая слабые места в защите врага. Даже скромный воин с этой саблей превращается в великого, а великий — в непобедимого!

Серьезный подарочек. Нет, конечно, не равноценный обмен – до божественного артефакта легендарная сабля все-таки не дотягивает. Но по сравнению с обычными, улучшенными и даже уникальными железками это просто что-то запредельное. Прибавка к Силе и Подвижности, огромный бонус к умению, да еще и все доступные для персонажа девятнадцатого уровня перки нахаляву. Я потратил почти пять минут на описание всех неожиданно свалившихся на меня абилок и плюшек – и вышло очень даже ничего. Со всеми прибавками к урону и вычетами к расходу очков выносливости я и без магического ускорения превращусь в самую настоящую ходячую мясорубку. Легкобронированных противников сабля вполне может развалить надвое даже с одного удара. С тяжелыми латами придется повозиться чуть подольше, но если она действительно умеет сама искать щели в доспехах…

Грозное оружие. Для дальнего боя, конечно же, не годится, но ближнем не так уж сильно уступит даже Гунгниру. А если сражаться верхом – пожалуй, в чем-то и превзойдет… Страшно подумать, сколько склафов покрошила за триста лет эта игрушка — а до сих пор как новая. Никаких особенных украшений — обмотанная кожаными полосками рукоять чуть больше ширины ладони, закрученные книзу и кверху узкие пластинки гарды и посеребренное навершие в форме головы то ли дракона, то ли какого-то другого хищного ящера – из булгарских легенд. Даже ножны простые, кожаные, хоть Есугей и без труда мог бы обвешать их золотом. Его родовой клинок служил для дела, а не для показухи… и все равно выглядел безумно дорогим.

Один металл чего стоит. Не привычный стальной блеск с голубоватым отливом – скорее чуть желтоватый… и тусклый. Сначала я заподозрил какое-то особенное покрытие, но оно непременно со временем износилось бы или просвечивало бы через царапины.

А царапин не было – вообще. Даже тех, которые остаются на кромке лезвия от заточки. Древнее оружие Дува-Сохора должны были точить сотни, если не тысячи раз за столько лет… но ни единого следа! Я осторожно провел саблей по тыльной стороне ладони – и лезвие оставило на ладной рукавице борозду. Острое, как бритва. Я легонько щелкнул по нему пальцем, но привычного пения стали так и не услышал… Йотуновы кости, оно что, из камня? Или далекие предки Есугея умели делать какую-то сверхпрочную металлокерамику? Надо бы показать саблю кузнецу в Вышеграде – но потом. Если уцелею до конца дня… И если уцелеет Вышеград с кузнецом.