Валерий Медведковский – Обстоятельства. Юмористические рассказы (страница 2)

– Не-е-е… – произносит Вова, со всех ног бросается к маме, ожидающей окончания «мужского разговора».

Добежал до мамы, зарылся в ее шубу, опасливо выглянул из-под полы – не бежит ли за ним «Кощей».

Кощей разводит руками, показывая маме, что не имеет претензий к выбору Вовы.

Мама гладит Вову по головке, усаживает в коляску.

– Вот молодец, хороший, послушный мальчик, сейчас обедать будем, – приговаривает мама, направляется к выходу из парка.

Дед смотрит вслед Вове, поворачивается, идёт кормить голубей.

«Кощей» – это, конечно, сказочно, но дети знают, что с мамой лучше.

Коуч

Инженер Шпулькин окончил курсы МВА (мастер бизнес-администрирования), стал магистром, дипломированным коучем. Взялся помогать главному инженеру завода Василию Петровичу осваивать новые технологии в управлении производством.

– Я научу вас работать по МВА, – обещал коуч.

Пока Шпулькин презентации построения светлого будущего рисовал, Василий Петрович тихо договаривался со всеми службами завода, со смежниками, поставщиками и продавцами.

– Не даёт мне развернуться, все по-старому делает, – жаловался на главного инженера директору завода Шпулькин.

Лето. Василий Петрович ушел в отпуск.

– Вот тебе завод, никто тебе мешать не будет, управляй! – дал Шпулькину добро директор.

Через неделю «эффективного» управления производство залихорадило, через месяц – остановилось.

– Я все по МВА делал, приказы разослал, графики повесил, – оправдывался Шпулькин перед вернувшимся по срочному вызову Василию Петровичу.

– Ты когда последний раз с мастерами разговаривал, с поставщиками советовался, с продавцами консультировался? – разбирался в ситуации главный инженер.

– Письма направил, приказ издал, они все были должны строго выполнять… – оправдывался Шпулькин.

Василий Петрович поставил диагноз – «не знает жизни», стал рецепт от болезни выписывать:

– Расскажу тебе случай, может, сообразишь, в чем твоя ошибка.

Учил я ходить внучку. За руку держал, потом за комбинезон, и было у неё чувство, что она сама ходит. Ручонками от меня отмахивается, говорит: «Я сама».

Соседские девочки трёх и четырёх лет, Даша и Маша, наблюдали за моими стараниями, решили, что они быстрее смогут малышку научить ходить. Прислонят ее к стенке и убегают, кричат ей: «Догоняй!» Внучка от стенки к девочкам на четвереньках ползет. Те удивлялись: «Ничего не понимаем, мы сразу бегать начали, а она почему-то ползает».

– Для меня это не пример, потому что МВА – это опыт всей Европы, по этой методике во всем мире работают, – не сдавался Шпулькин.

– А сам ты по МBА много работал?

– На практике, в зарубежной фирме, месяц…

Василий Петрович на минуту задумался, продолжал:

– Тогда тебе недавний случай расскажу.

Гуляю возле замерзшего пруда с заснеженным склоном. Девочка и мальчик осваивают ледянки. Мальчик сумел забраться на склон, у девочки не получается, соскальзывает. Вот он и кричит ей сверху: «Сейчас я тебя научу, как на горку забраться!» Съезжает вниз, начинает инструктировать: «Стань на четвереньки, цепляйся за склон, подтягивайся. Раз-два, раз-два».

На ровном месте все проходит хорошо.

«Вот, теперь идём на склон», – приглашает тренер.

Пришли, пробуют, ничего не получается.

«Эх ты, смотри как надо», – кричит мальчик, бросается штурмовать высоту.

Однако через метр сползает вниз. Склон скользкий, теория не работает. Девочка разочаровалась в его способностях, обозвала его дураком, ушла. Мальчик пробовал самостоятельно, без наблюдателей, взобраться на склон, но безуспешно. Он был разочарован, не мог понять, почему у него первый раз получилось, а повторить не удалось.

– Я все понял, опыта мало… – проникся Шпулькин.

Теория без практики мертва.

Трубочисты

На высоком берегу реки стоит рабочий посёлок. Во втором с краю доме с мамой и папой живут братья – Вася и Саша. Саше тринадцать лет, Вася на год младше.

Однажды, во время летних каникул, мама решила поехать навестить бабушку. Поручает папе за молоком сходить, за детьми присмотреть. Уехала.

Папа будит старшего, говорит:

– Я на речку пойду. Погода хорошая, рыбы наловлю. Ты за молоком сходи, Васю разбуди, покорми, опилки во дворе подметите, трубу в печке почисти. Справитесь?

Саша, человек серьезный, самостоятельный, отвечал:

– Трубу, как в прошлом году летом, щеткой чистить?

– Как в прошлом году, – согласился папа.

– Все сделаем.

– Славненько, – обрадовался обретенной свободе папа, – я скоро вернусь… – Ушёл на речку, предоставив полную свободу сыновьям.

Саша сходил за молоком, разбудил и покормил Васю, подмёл опилки. Осталось только трубу почистить.

– Бери щетку, будешь чистить задвижку, я золу выгребу, – распорядился Саша.

– Скучно, – не соглашался младший брат, – вымажемся, как черти, – не отмоешься. Давай сделаем так, как дядя Петя в гараже рассказывал.

– Что он рассказывал? – заинтересовался Саша.

– Он в печку порох насыпал, поджег, в печке ка-а-ак ахнуло, всю сажу через трубу выбило.

– Это здорово, – обрадовался Саша, – только где мы порох возьмём?

– Отец из армии пришел, два взрывпакета принёс, в старый ящик спрятал и забыл.

– Не много будет?

– Они маленькие. Отец говорил, что на учениях их даже под ноги бросают – и ничего.

– Тащи! – согласился Саша.

Через пять минут все было готово для «очистки» трубы.

– Поджигай, я быстро дверцу закрою. Шнур минуту горит, успеем из дому выбежать, – торопил Саша.

Зажгли бикфордов шнур, заложили взрывпакеты в печку, закрыли дверцу, выскочили на крыльцо дома. Вдруг Саша вспомнил, что на чердаке у дымохода есть заслонка, которую он сам закрывал на лето.

– Забыл! Заслонку на чердаке открыть забыл! Давай быстрей лестницу, лезь на чердак, открой! Мигом, ты легкий, успеешь!

Приставили лестницу, Вася полез на чердак, и тут бабахнуло… В трубу вылетела туча сажи и пепла. Над тучей кувыркалась задвижка, которая скоро упала к ногам трубочистов.

В это время со свежим уловом к дому шёл веселый папа. На ясное небо набежали тучки, в траве перестали трещать сверчки, птицы спрятались в гнезда, наступила гробовая тишина.

«Что-то случилось», – подумал папа и ускорил шаг.

Ему открылось удивительная картина. Над его домом висела туча сажи. Над тучей парила задвижка от трубы. Сердце отца дрогнуло, смутное предчувствие беды заползло за ворот рубашки и растаяло внутри. Он бегом бросился к дому, увидел целых и невредимых детей.

– Что это, как это, что вы делаете? – спросил запыхавшийся от бега папа.

– Печку чистим, – сказал Саша, указывая на оседающую во дворе сажу.