Валерий Марро – Последняя роль Арлекина. Трагифарс (страница 1)

Валерий Марро

Последняя роль Арлекина. Трагифарс

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Круглов Виктор Сергеевич – профессор.

Анна Васильевна – его жена .

Андрей – их сын, студент.

Сургучёв Борис Григорьевич – друг семьи, крупный бизнесмен.

Таня – студентка.

Крылова Светлана Ивановна /Неточка/ – мать Тани.

Кулик Петр Фомич – участковый уполномоченный полиции.

Действие происходит в наши дни, в крупном областном городе.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Картина первая

Время дневное.

Просторная гостиная в современной квартире. Изысканный интерьер, дорогая мебель. В углу поблескивает огнем камин, возле камина – кресло-качалка. В центре гостиной – стол, на котором стоит бутылка "Шампанского" и три фужера. Рядом – открытая коробка дорогих конфет. Посреди стола, в хрустальной вазе, букет алых роз. На стенах живопись, гобелены, экслибрисы. В глубине гостиной – большое окно с открытыми жалюзи, через которые пробиваются лучи солнечного света. В гостиной – хозяин Виктор Сергеевич и его друг Борис Григорьевич – он сидит на диване.

ВИКТОР СЕРГЕЕВИЧ /ходит по гостиной, возбужденно/. Нет, нет, Борис, решение уже принято! Окончательно и бесповоротно! И что бы ты ни говорил – я буду с ней… моей единственной, моей ненаглядной Танюшей!

БОРИС ГРИГОРЬЕВИЧ /качает головой/. Безнадежный романтик… Ты всегда был таким, сколько я тебя помню.

ВИКТОР СЕРГЕЕВИЧ. Да, Боб, я вернулся в свою юность! Я вновь влюблен! Я молод, красив… я счастлив, наконец! Как никогда я хочу теперь жить, творить, ощущать во всем этот дивный аромат любви, наслаждаться каждый миг её прелестями! И ради этого готов совершить любое безрассудство!

БОРИС ГРИГОРЬЕВИЧ. А что же Аня? Как быть с ней? Ведь она пока еще твоя жена…

ВИКТОР СЕРГЕЕВИЧ. Не делай мне больно, Боб… Ты же знаешь – эта тема закрыта. И уже давно!

БОРИС ГРИГОРЬЕВИЧ. А сын? Андрей? Его мнение ты спросил?

ВИКТОР СЕРГЕЕВИЧ. А сосед?. . а теща?. . а бывший учитель физкультуры? Никто в мире не оcтановит меня сейчас! Я нем, я глух, я вижу только ее, мою божественную, неповторимую Танюшу! Она озарила мою угасающую жизнь новым, ярким светом – и я благодарен ей за это! Так что давай, Боб, выпьем за неё, за её благородное, возвышенное сердце, способное полюбить меня – поседевшего затворника науки, и… в сущности, несчастного в семейном быту человека.

БОРИС ГРИГОРЬЕВИЧ. Нет, Витек… извини, но я пить не буду. Не могу! Я по другую сторону баррикады…

ВИКТОР СЕРГЕЕВИЧ. Хорошо! Я выпью один! /Наливает./ Я не сержусь на тебя, Боб. Я понимаю тех, кто сейчас не со мной, кто… как ты образно выразился, – по другую сторону баррикады! Но у меня есть чем стрелять, у меня остались еще патроны! И я буду держаться до конца, а, если потребуется, пойду и в рукопашную! /Смеется./ Милый мой Боб, если б ты знал, как я счастлив… как я рад познакомить тебя, моего старинного друга, с этим очаровательным созданием! Она должна быть здесь, с минуты на минуту. И, пригласив тебя сюда, я приготовил для неё… приятный сюрприз!

Входит Анна Васильевна. Ей лет 45, она весьма плотного сложения. В руках у неё хозяйственные сумки, авоськи, доверху наполненные продуктами. На голове – крохотная, причудливой конфигурации, шляпка. Тучное тело втиснуто в строгий темный костюм.

АННА ВАСИЛЬЕВНА /у входа в гостиную /. О-о… эти магнаты… как они меня достали! Опять устроили драку… да ещё какую! /Ставит авоськи и сумки на пол./ Мужики! Что же вы стоите? Давайте… принимайте дары природы! /Вынимает часть содержимого, несёт на кухню./ Это, Витюнь, в морозилку, а вот это мы сейчас оприходуем… Гуськов так шандарахнул Матюхина… он из верных ленинцев… у того едва черепок не треснул! Пришлось вызывать "скорую"… Другие скинули пиджаки свои модерновые, закатали рукава – и давай метелить друг друга! Бутылки летят, столы трещат, стоны, маты – перематы… Словом, Варфоломеевская ночь, а не юбилей! Ну, а я под шумок… загрузилась в подсобке – и скорее домой! /Смеется./ Боб… милый… рада тебя видеть! /Объятия./ Давненько ты к нам не заглядывал… А что это вы, как в рот воды набрали? Не ждали, что ли? Витюша… а ты почему дома? Ты же еще, как бы… на кафедре должен быть? /Виктор Сергеевич молчит./ Ну, ладно, ладно… об этом потом! Давайте займемся общественно – полезным трудом, коли уж так. Боб… ты ещё не разучился картошку чистить?

БОРИС ГРИГОРЬЕВИЧ. Да нет, вроде… /Cмеется . Берет авоську./ Сколько мы ее, голубушку, перечистили, пережарили и переварили в своих, вечно голодных, желудках… скажи, Витюша?

ВИКТОР СЕРГЕЕВИЧ /без особого энтузиазма/. Еще бы… Основной продукт для студента ! Без неё – ни шагу: ни утром, ни днём…

АННА ВАСИЛЬЕВНА. … ни даже ночью! /Смеется./ Все верно, ребятки, было время золотое… /Вздыхает./

ВИКТОР СЕРГЕЕВИЧ /берет авоську с овощами/. Это я – на салат! /Выкладывает на стол огурцы, помидоры, капусту./

АННА ВАСИЛЬЕВНА. Молодец! Остальное – в холодильник! /Пристально смотрит на мужа. /Витюнь… ну сколько можно? Давай, давай… просыпайся! Какой-то ты сегодня заторможенный… Андрей не звонил?

ВИКТОР СЕРГЕЕВИЧ /неуверенно/. Нет…

АННА ВАСИЛЬЕВНА. А ты ему?

ВИКТОР СЕРГЕЕВИЧ. Не успел ещё .

АННА ВАСИЛЬЕВНА /с укором/. Я же тебя просила – держи малыша на проводе! У него сессия, четвертый курс… ему нужна моральная поддержка, внимание…

Звонок мобильного телефона.

/Оживилась./ Вот… это он, наш милый мальчик! /Тянется к мобильнику./

ВИКТОР СЕРГЕЕВИЧ /поспешно/. Нет, нет. . . я сам! /Берет мобильник, отходит в сторону./ Да, я дома… Конечно, как договорились… но сейчас… в данный момент… это невозможно! Нет, нет… чуть позже… я… я перезвоню…

Анна Васильевна подходит и неожиданно вырывает мобильник из рук Виктора Сергеевича. Слушает.

/Мрачно./ Нет, голубушка… это уже не милый Витюша. Это его жена… /Короткие гудки./

Пауза.

АННА ВАСИЛЬЕВНА /подходит/. Ну… Виктор Сергеевич, как все это понимать? Постарайся… объясни – что за красотка с тобой… так мило щебетала?

Неловкая пауза.

БОРИС ГРИГОРЬЕВИЧ /мягко/. Понимаешь, Аня… здесь какое-то недоразумение! Звонить должна была мне… по делам, так сказать, одна наша, общая с Витей, знакомая…

АННА ВАСИЛЬЕВНА. … а позвонила ему! Случайно!.. Прекрати, Боб, я же не дура, и твоя мужская солидарность здесь выглядит глупо! Не забывай, что номер остался, и я могу позвонить… хочешь?

Борис Григорьевич молчит.

/Качает головой./ Да… не простую задачку приходится решать тебе, муженек ненаглядный… Не позавидуешь тебе! А ты проще поступи – прикинься дурачком! Так, мол, и так… пристала тут одна вертихвостка, проходу не даёт! Я ей: "У меня жена любимая, души в ней не чаю!" А она: "Жена – не шкап, подвинуться может… всем места хватит!"

ВИКТОР СЕРГЕЕВИЧ /кричит/. Прекрати, Аня! Это жестоко, бесчеловечно… глупо, если хочешь!

Пауза.

АННА ВАСИЛЬЕВНА /сдерживаясь/. Хорошо… я помолчу. Тогда говори ты!

ВИКТОР СЕРГЕЕВИЧ /нервно/. Но не сейчас же это нужно делать… Аня! И в двух словах всего не расскажешь…

АННА ВАСИЛЬЕВНА. А ты расскажи в трех! . . четырех!!. . Боб… что же ты бросил картошку чистить? Давай, давай… не ленись! Приготовим что-нибудь вкусненькое, сядем за стол – не чужие ведь! И, быть может, узнаем все – таки от нашего Казановы – откуда это к нему… такая птичка заморская залетела?

Нервно смеется.

ВИКТОР СЕРГЕЕВИЧ /резко/. Аня… не смей! Не смей устраивать здесь этот цирк! /Через паузу, уже спокойнее./ Согласен… я должен тебе все обьяснить! И я сделаю это… я объясню, но только не сейчас, потом… хорошо?

Входит Андрей.

АНДРЕЙ /снимая туфли/. Привет, старички! /Не получив ответа./ Что это за немая сцена? /Надевает комнатные тапочки./ Почему не приветствуете любимое чадо? /Заходит в гостиную./ А я, между прочим, курсовую защитил. На отлично! Вот… пришел порадовать вас, а вы… /Показывает зачетку/.

АННА ВАСИЛЬЕВНА /подходит/. Поздравляю тебя, сынок! /Обнимает Андрея./ Мы ведь знаем – ты у нас – большой талант! Умничка!

АНДРЕЙ. Да! В кибернетике я – как рыба в воде! Профессура сулит большое будущее…

ВИКТОР СЕРГЕЕВИЧ /обнимает Андрея/. Молодец, сынок! Я не сомневался, что у тебя все будет о'кей!

БОРИС ГРИГОРЬЕВИЧ. По папиным стопам – в Нобелевские лауреаты! /Обнимает Андрея./ Большой птице – большого полета! Только не забудь присылать иногда весточки нам, твоим верным друзьям и поклонникам… /Смеется./

АНДРЕЙ. Ладно, не забуду… Так что, все – таки, тут… между вами? Поссорились, что ли?

Достает из холодильника колбасу, сыр, делает бутерброд.

АННА ВАСИЛЬЕВНА /спохватилась/. Ну что ты, сынок… всухомятку? Подожди! Сейчас борщ разогрею, котлеты… Да и мы тоже сядем, отметим твои успехи…

АНДРЕЙ /перебивает/. Нет, нет… не могу!

Бежит на балкон, смотрит вниз. Возвращается.

АННА ВАСИЛЬЕВНА. Кто там, Андрюша… друзья?.. Однокурсники?.. Приглашай их к нам! Всем места хватит! Будем пировать, если уж на то пошло…