Валерий Листратов – Кадровик 2.0 (страница 42)

Глава 21

Экскурсия в замке

— Привет, просыпайся… — слова настойчиво ввинчиваются мне в мозг.

— Даже вчерашний шторм меня не разбудил, да? — ворчу, открывая глаза.

Последнее, что помню — как засыпаю прямо на дороге.

Рывком прихожу в себя.

— Какой шторм? — раздается недоуменный голос в голове.

— Забудь! Где я, и кто со мной говорит⁈ — оглядываюсь.

— Это пока не так важно, — звонко, но в то же время очень тихо эхом разносится в голове.

Осматриваю место, где нахожусь прямо сейчас. Не очень верю глазам. Просыпаюсь наполовину раздетым и реально в средневековой тюрьме. Щупаю стены — не показалось. Скользкие, каменные и очень холодные.

На лежанке соломенный матрас. В полу дырка. Сквозь грязное окошко метрах в семи-восьми над головой едва пробивается луч света. Все. Больше ничего нет.

«Сейчас день», — приходит непрошенная мысль.

— Да, сейчас день, — соглашается со мной чужеродный голос.

— Ты кто вообще? Моя шизофрения? — задаю вопрос вслух.

— Ши-за… что? А, нет. К умственным заболеваниям я не имею отношения, — голос будто бы хихикает. — Я могу пока с тобой поговорить, но это ненадолго. Дальше будет зависеть от тебя.

— Котенок, это ты?

— Нет, — мяукает в голове второй голос. На этот раз знакомый и очень удивленный. — Но мне уже интересно.

— Парень, не пугай меня, — чуть равнодушно, но звонко снова врывается в мое сознание первый голос. — Ты с кем разговариваешь? Ты здоров?

— Здоров, я здоров! — отвечаю новому голосу. — Хотя, теперь уже сомневаюсь. Тебя-то я не вижу.

— Так и не увидишь…пока что, — усмехается голос, — а вот то, что ты разговариваешь еще с кем-то, помимо меня — немножко пугает, я на тебя поставил.

— Так. Что ты на меня поставил? — уточняю.

— Позже узнаешь, я тебе помогу. И тебе и твоей летающей зверушке.

— Он не зверушка, он мой напарник! Ясно⁈ — резко отвечаю голосу.

— Хорошо-хорошо. Не злись. Мою проверку ты прошел, не буду больше так называть твоего фея, рад что ты не как все, — спокойнее добавляет голос. — Извини. Ты в замке.

— Это я понял, — осматриваю тюремную камеру. Стены собраны из огромных камней, из стыков сочится влага.

Понимаю, что дико хочу пить. И немного — есть.

Если камера собрана из огромных камней, значит…

Думаю с трудом, в голове все еще гуляет туман. Я в замке. Допустим, верю. Вряд ли такую штуку будут строить отдельно.

— А где находится замок? — спрашиваю.

— Этого я тебе сказать не могу, — серьезно отвечает голос.

Не можешь или не хочешь? — пытаюсь давить, но безрезультатно.

— Не могу, я не знаю, — чуть нервно реагирует тот, кто сидит у меня в голове. — Но ты здесь уже сутки. Спать целые сутки после сонной травы для феев — это нормально. Ты съел много этой отравы. По большому счету, хотели отравить только твоего напарника. Но то, что ты сам подставился — им так даже удобнее.

— Так, к этому мы еще вернемся, — напрягаюсь после услышанного. Фея рядом нет, и это меня волнует больше всего. — Я правильно понимаю, речь не идет о доброжелательной обстановке?

— Не знаю, тебя же не связали, руки не сковали… может быть, они хотят договориться? — подсказывает голос. — Не знаю, но я бы на твоем месте хорошо подумал перед тем как договариваться с ними.

— Ладно, я подумаю, но чего ради ты меня разбудил? — чувствую, как начинаю нервничать.

— Сейчас охрана пойдет на обход, и ты сможешь вернуть себе свободу, — в голове звучит тон змея-искусителя.

— А я смогу узнать, чья охрана? — предпринимаю еще одну попытку заманить голос в ловушку.

В очередной раз ловлю себя на стойком ощущении, что сошел с ума.

— Просто охрана, — не поддается моим играм голос. — Тот, для кого тебя привезли, еще не вернулся.

Ага, значит, везли. Понятно. Заниматься разборками с власть предержащими мне вообще не интересно. Тут для меня в любом случае нет хорошего развития событий. Соглашусь работать с неизвестным или не соглашусь, я уже в любом случае в проигрыше. Так. Нужно скорее выбираться.

— Где фей? — спрашиваю.

— Фей в клетке. Достаточно далеко от тебя, но ты не переживай, он еще спит и будет спать еще как минимум один день. Ты сейчас сам по себе, — голос будто специально издевается.

В любом случае, доверия к тому, кто без спроса проник ко мне в голову, нет никакого. Прислушиваюсь к себе. На удивление с огнем моя связь никак не уменьшилась: ощущаю ее также, как и в последний раз. Постепенно нащупываю своего старого друга — пламя. Мы знакомы с детства.

— Ну, так что, будешь выбираться? — спрашивает голос.

Заискивает, будто глумиться. Сам по себе он не очень приятный: звонкий, и голова от него начинает болеть. Всю картину усугубляют остальные последствия отравления.

— Буду, буду, — ворчу и одновременно осматриваюсь. — Только у меня нет ничего. Не смогу ни ударить, ни спрятаться.

— Я смогу отвлечь охрану на пару секунд, не больше. Но тебе должно хватить, — командным тоном сообщает голос.

— Да, наверное, хватит, — соглашаюсь. Других вариантов все равно пока не наблюдаю. — Слушай, а ты не знаешь, где все мои вещи? У меня костяной браслет был, амулет, одежда.

— Всё, что у тебя было, охранники прямо сейчас разыгрывают в карты, — смеется незнакомец. — Они твердо уверены, что шмотки тебе больше не понадобятся.

— Как это не понадобятся? — возмущаюсь. — У меня одежда хорошая, так не пойдет.

— Говорю же, одежда прямо сейчас разыгрывается, а что, хорошая ставка, — нехотя повторяет голос. — Если поторопишься, может быть, даже найдешь все в полном комплекте.

Хорошо, значит, потороплюсь.

В который раз осматриваюсь. При всем желании в этой маленькой дыре, два на четыре метра, спрятаться негде. Здесь хватает места разве что дырке для туалета и соломенной лежанке. Всё.

Вокруг сплошные стены. Судя по глубоким царапинам на них, я не первый и, скорее всего, далеко не последний узник этого места.

— Через сколько будет обход? — продолжаю поддерживать связь с голосом.

— Уже скоро, — отвечает он. — Не знаю. Я плохо ориентируюсь в ваших людских временных ориентирах. Но скоро. Они его еще не начали.

— Так, значит, у меня есть какое-то время, — размышляю вслух.

— Есть, — получаю ответ.

После этого радио в моей голове отключается. Отключение чувствую физически. Голоса исчезают, будто их и не было. Ощущение странное, словно все это время я разговаривал сам с собой. Благо, ощущение для меня не новое. Спасибо котенку. Но его голос я легко отличаю от нового — парадокс. Сажусь на лежанку.

Очень хочется пить и есть. Пить хочется больше: во рту раскинулась настоящая пустыня. Хочется выпить не просто много воды, а по возможности целое озеро.

Прислушиваюсь к себе. Ощущения огненной магии не потерялись. Делаю привычный жест рукой, но зачерпнуть огненной магии из пространства не получается.

— Как это так? — удивляюсь.

— Не старайся, в камере ты не сможешь магичить, — в голове снова звучит радио.

— То есть как? — пытаюсь понять свои возможности.

— Вот так. Этот камень подавляет возможность изменять мир. Можешь использовать только свои внутренние умения. Умеешь ускорять себя или усиливать? Хоть что-нибудь умеешь делать с магией? — требует голос.

Задумываюсь и перебираю умения в голове.