Валерий Листратов – Эмиссар. Часть 2 (страница 32)
Маг снова пропадает с криками, и почти сразу же опять проявляется. Не мешаю. Пусть считает себя почти свободным.
— С моей точки зрения, бог, как ты его представляешь — это тупиковое развитие мага. Но я точно не буду настаивать на том, что моя версия описания реальности — абсолютна. Она просто устраивает лично меня.
Мольфар бьётся в стены собственного домена, которые я давно контролирую. Теперь он уже понимает, что для него все плохо. И заходится в ненависти, а она очень плохой советчик. То, что душа мага отравлена злобой и ненавистью, мне тоже очевидно. Другое дело, что мне, в общем-то, на это наплевать. Это вообще никак не моё дело и не моя ответственность.
Пока бывший маг-мольфар пытается найти выход, поддерживаю разговор, чтобы у меня был контакт с его сознанием, и постепенно аккуратно осматриваю все связи, которые есть у его знаний, у его памяти, с его сознанием и душой. На уровне А-ранга я таких тонких манипуляций с почти человеческим сознанием делать точно не мог и никогда бы даже не пытался бы. А вот на S…
Именно в этом мире, именно здесь, где я сейчас нахожусь, принципиальной сложности у меня нет ни в чём. Просто потому, что у меня здесь теперь нет больше паузы между «хочу» и «могу», так же как и нет проблем с нагрузкой на пси или с энергоёмкостью — да с чем угодно.
Очень непривычное ощущение, но подготовленным разумом справляюсь относительно спокойно. Даже тонкие манипуляции и разговоры — это больше из-за неопытности в подобных мероприятиях, а вовсе не из необходимости. Всё-таки знания этого товарища лишними не будут. А вот оставлять его злобную душу в своём мире — уже точно будет лишним.
— Почему у меня не получается⁈ — кричит бывший мольфар.
— Это хорошо, что ты признаёшь. Мне так будет ещё проще, — соглашаюсь с мужиком.
Кажется, все. Больше мне ничего у него взять не получится.
— Ты не можешь меня убить, я бессмертен!
— Конечно, — соглашаюсь с магом. — Как и любой человек, ты бессмертен изначально. Вот с памятью немного сложнее…
Бросаю взгляд на наконец-то полностью проявившийся мой кристалл памяти в этом мире.
— Вот теперь можно, — говорю. — Надеюсь, ты был хорошим учеником.
Мольфар почти неожиданно атакует. Атакует всем, что в состоянии представить за всю свою жизнь.
Только для него, здесь больше не работает ничего.
Это просто моё решение. Не желание или какой-то волевой посыл. Здесь, в этом нет больше никакой необходимости. Это просто данность. Я считаю, что он здесь и сейчас не может ничего сделать. И он больше не может ничего сделать.
Фигура мольфара проявляется снова. Несколько секунд, и по его проекции расползаются все те же повреждения, что были и на теле.
— Что это? Что со мной? — спрашивает он с ужасом.
— Твоё тело мертво, — объясняю спокойно. — А то, что заемная сила позволила тебе застыть между живым и мёртвым состоянием, и забыть об этом, больше не действует. Ты просто вспоминаешь, какой ты есть сейчас. Твоя душа и память догоняет тело. Ты просто умираешь, — сочувственно говорю мужику.
— Нет, я не могу! Я бессмертен! — почти шепчет мольфар. — Они мне обещали!
— Они выполнили свои обещания. Просто, как обычно, они их выполнили по-своему. В следующей жизни будь аккуратнее.
Выпинываю из своего домена душу мужика, оставив всю память и, к сожалению, большую часть злобы у себя.
С другой стороны, силы в домене настолько много, что поставить под контроль и переработать эту чудовищную энергию я точно смогу.
Вряд ли мне когда-нибудь ещё так же повезёт. Именно этой ситуацией я просто не могу не воспользоваться.
Мой огромный кристалл памяти связывает то, что я строил с помощью аспекта, печати души и контура в своем пространстве разума с этим доменом.
Теперь это как два сообщающихся сосуда. Домен, в котором огромное количество энергии и много контроля, где я хозяин. Который находится где-то в первородном хаосе. И мое тело, душа и разум, где я также хозяин, но ограничен физическими возможностями мира и тела.
Усмехаюсь.
У меня теперь три места, закрытые от проникновения других людей: физически — это арена, но она напрямую пока мне не принадлежит. Законы там установлены другим хозяином. Но ей я могу пользоваться.
Мой разум и душа, где я полновластный хозяин, но ограничен законами того мира, где я проживаю.
И вот теперь ещё домен — нечто среднее между физическим миром и моим разумом. И теперь моя задача — найти баланс между этими тремя вещами или каким-то образом их совместить.
Закачиваю лишнюю энергию недобога в кристалл памяти. С доменом, контроля хватает легко — тут нет ограничений. По кристаллу расширяются давние трещины.
Память застывает в точке неустойчивого равновесия. Отлично.
Теперь я готов.
Глава 27
— Не надо ничего подсоединять, — говорит Обломов. — Он в коме. Жизненные процессы остановлены, никаких дополнительных подпиток не нужно. Местный целитель сказал.
Обломов стоит над моим телом.
— Да местный целитель, как ты его назвал, вообще добить хотел! — взрывается Алекс. — Только не смог — даже дотронуться не смог! А там и мы уже подскочили. Тварь старая!
— Остынь, Алекс, — флегматично добавляет Виталий. — Отсюда мы спокойно его вывезем. И этот мольфар нам не указ!
— Нам⁈ Нет! — жестикулирует парень. — А вот им, — тычет рукой в превращенную в бойницу окно, — указ! Да и как бы не самый главный!
— Не перегибай! — усмехается Виталий. — Не главный. А то ты не слышишь ругань?
Алекс мечется по комнате. В центре комнаты лежит моё тело — абсолютно невредимое, но белое до невозможности и совершенно недвижимое. Рядом сидит Виталий и флегматично чистит яблоко. Все же здесь не было зимы, и фрукты, пусть и в небольшом саду есть. Удивительное место.
Обломов тоже сидит рядом. Его бойцы караулят окна и входы. Как и еще четыре фигуры големов, угрожающе замерших у входов снаружи.
Прекрасно вижу территорию дома. Оба этажа, все комнаты, людей в нем — все двенадцать человек моего отряда. Бойцы из отряда Коштева, да и он сам где-то пропадают.
А вот что происходит за границей этого домика, я вообще не воспринимаю — не вижу и не чувствую. Снаружи вокруг — белый туман и пустыня.
— Да этот мольфар чего только не наговорил — и что убить его надо, и что наоборот. — хмыкает Виталий. — И кому говорил? Нам!
— Не доверяю этому сраному балканцу. — Алекс аж сплевывает.
— Никто не доверяет. — Виталий совершенно спокойно чистит ножом яблоко. — Но это их территория, а дирижабль сюда не долетит.
— Что будем делать? — спрашивает Обломов.
— Да, ну и как мы?.. — Алекс даже ходить перестает. — Даже лошадей нет!
— Как, как — пешком пойдем. — пожимает плечами маг земли. — Рядом с нашим главой Рода вот эти вот ограничения ничего не стоят. Я тут почти всесильным, ну в плане Земли, себя чувствую. Правда недалеко. Но мне далеко и не надо. — Вздыхает маг. — Жаль уходить, если честно.
— Это ты безгранично могущественен, — возражает Алекс. Он переживает, но в то же время улыбается. — Я всего метров двадцать контролирую, а у этого мольфара вон уже сколько собралось магов. Где они раньше-то были, заразы?
Виталий кивает головой, отправляет в рот кусок яблока и, жуя, срезает еще дольку. — Ну хорошо. Я почти бесконечно могущественен. Усмехается. — В очень ограниченном радиусе. — Он спокойно жуёт и потом говорит: — Что тебе не нравится? Достать нас своими духами они не могут. Они перестали им здесь подчиняться — не идут на территорию домика нашего уважаемого главы. — Даже в этом случае он умудряется сделать поклон в мою сторону сидя. — Духи сюда просто боятся лететь, а без духов они — слабые целители. Науськать людей… так здесь два мага. Даже если мы будем спать вполглаза, всё равно любое количество бойцов, что они пригонят, мы здесь же и оставим, как с турками получилось. Да и не пойдут бойцы за этими магами. Слышишь, какая ругань там стоит?
Я не слышу, но верю словам Виталия. Алекс и Обломов кивают головами. Бойцы моего отряда все находятся здесь, караулят окна, превращённые магом Земли недавно в бойницы.
Весь отряд находится здесь, словно на осадном положении.
— Да и ещё вон те четыре твари, что застыли у нас на входах. Сколько бы они ни кочевряжились, ответ будет один и тот же.
— Так ведь голодом заморят нас, — высказывает опасения боец и тут же замолкает под взглядом Обломова.
— С чего бы? — удивляется маг. — Я же маг земли, земля всё сама даст. Вон те же грибы, например, могу вырастить — будем питаться.
— Ты это, может, грибами и будешь, а нам как-то мясца бы хотелось.
— Мясо завались, только — всё человеческое, — смеётся Виталий. — Нам бы только вопрос прояснить — можно ли Макса отсюда забирать, и пойдем. Чего тут сидеть? Плевать я хотел на этих, — кивает на улицу, — пока я рядом с нашим главой.
— Вроде можно, — неуверенно говорит Алекс. — Ничего не нужно. У него же жизненная сила не убывает и не прибывает. Он в каком-то виде стазиса находится. Мольфар же говорил.
— Да этот мольфар что только не наговорил. Дождемся его дядю Вилли, и пойдем. Тот вроде обещал найти кого-то.
Все, даже Алекс полны веры в меня. И это радует.
Лежу посреди гостиной на столе почти трупом. Хотя нет — магия в теле есть. Организм функционирует, просто очень медленно. Смотрю за всем, что происходит, со стороны, практически без возможности да и желания влиять. Да и смысла никакого нет — все идет неплохо.