Валерий Ледник – Луна над Невридой (СИ) (страница 33)

Я опасался дружинников Владимира Мономаха, в бою они действовали невероятно слаженно, но их тактика со сложными сигналами и построениями оказалась непригодной для отражения внезапного нападения одиночки. Выяснилось, что к схватке один на один я был подготовлен намного лучше.

Со шквалом ударов я врезался в охрану князя, трое дружинников, ставших на моем пути, молниеносно пали замертво, а я все продолжал прорываться к князю, оставляя за собой дорогу из трупов. Я был отлично подготовлен Ратимиром и как волколак обладал лучшей реакцией, чем обычные люди. Я убил многих, но идея прорыва к князю была слишком самонадеянной, вскоре сказался профессионализм и слаженность войск Мономаха, дружинники окружили меня плотным кольцом, собираясь меня изрубить. Я взял в руку крестик, подаренный мне Татьяной и приготовился к смерти, но в последний момент за спиной я услышал звон стали. Отважная Милена спасая меня, напала на дружину Мономаха. Я на мгновение обернулся и увидел невероятное зрелище: Милена орудовала саблей и кинжалом нанося смертельные удары во всех направлениях вокруг себя. Воины были ошарашены видом неистово сражающейся женщины и, должен признаться, у нее был талант. Удары Милены в шею, лицо и под ребра сметали окружающих воинов, как подкошенную траву. Огромный варяг кинулся на нее с топором, но пластичная Милена легко уклонилась от удара топора, после чего ударом ноги по сапогам варяга сбила его с ног и молниеносно зарубила. Разящей смертью Милена разомкнула кольцо дружинников вокруг меня, после чего оседлала лошадь князя Мономаха и немного отъехала от лагеря.

Я усилил натиск, прорубился к старому дружиннику, стоящему рядом с князем, и разрубил ему горло, для этого мне пришлось зарубить еще пять дружинников и отбить два боковых удара меча князя Мономаха. Кровь убийцы моих родителей, хлынула фонтаном, попав на доспехи ошарашенного Владимира Мономаха, после чего я улыбнулся грозным оскалом.

— Это тебе, ублюдок, за Снежану и Горислава, убитых тобою в Полоцке! — закричал я корчащемуся в конвульсиях дружиннику и бросился бежать.

Воины князей Мономаха и Всеволода устремились в погоню за мной и Миленой, тогда Милена немного оторвалась от преследователей на лошади Мономаха, и, развернув лошадь, начала стрелять из лука по преследователям. Это была безжалостная по точности стрельба, на каждую выпущенную стрелу приходился убитый, в Полоцке так стрелять умел только Вадим.

После десяти павших от стрел, ошарашенные воины бросились бежать, тогда Милена с усмешкой начала их догонять и рубить с коня саблей, после чего обрушила град стрел уже на моих преследователей. Я добежал до своего коня, и мы с Миленой помчались прочь.

Двое варягов, оседлав коней, попытались нас преследовать, но Милена повернулась на полном скаку с луком в руках, и двумя выпущенными стрелами умертвила обоих. Мы с Миленой вошли в раж и громко смеялись, уезжая из горящего вражеского лагеря. За нами оставались пылающие шатры, гора трупов и ошарашенный князь Владимир Мономах, провожающий нас проклятиями. Преследовать нас больше никто не решился.

Князь Всеслав мне когда-то говорил, что, обученные воевать в слаженной единой системе, войска Владимира Мономаха — это войска будущего Руси. Мчась на полном скаку из лагеря князей Мономаха и Всеволода, я вспомнил слова полоцкого князя и подумал, что, возможно, это действительно так, но в ту ночь я с Миленой передал этим войскам приветствие из славного прошлого.

— Я никогда не видел, чтобы так стреляли с лошади, да и в пешем бою ты сражаешься превосходно! — с восхищением сказал я, когда мы снизили темп скачки.

— А ты думал князь Роман держит меня при себя за красивое лицо? К слову ты тоже сражаешься неплохо! — сказала с улыбкой Милена.

Еще находясь в возбуждении от схватки в эйфории от мести, я остановился, чтобы смыть кровь у реки. Я сам не знаю, что на меня нашло, ведь оставалась опасность погони, но я подошел к Милене и наши взгляды встретились.

— Что? — смутившись, с улыбкой спросила Милена. Я аккуратно стянул ее с лошади и положил на ковер степных цветов. Мы слились в жарких поцелуях, Милена тоже еще не отошла от схватки. Я начал ласкать ее бедра и расстегнул ремешки на ее кольчуге. Холод звеньев кольчуги Милены, смешался с жаром ее нежного тела. Еще недавно столь грозная в бою, Милена стала страстной и ласковой.

С рассветом мы вернулись в свой лагерь.

Стражи у шатра Романа не было, что нас очень насторожило. Я и Милена тут же достали оружие и бросились ко входу в шатер. Из шатра Романа выбежало три воина, и завязалась схватка. Звон стали нарушил степную тишину, против меня и Милены у незнакомцев не было никаких шансов и вскоре двое из них лежали мертвыми на земле, последнего воина мы взяли живым. В шатер к Роману с горящим факелом вошел Олег и мы увидели лежащим в шатре убитого князя Романа, на животе которого виднелись две окровавленные раны. Зарубленные мной и Миленой убийцы оказались охранниками Романа.

— Кто вас нанял? Отвечай! — закричал князь Олег, прижигая факелом лицо плененному охраннику.

— Нас нанял Владимир Мономах! — испуганно и сбивчиво от боли произнес охранник. Тут я заметил силуэт черного пса, вышитый на его одежде. Олег перерезал охраннику горло и пригласил меня и Ратимира к себе в шатер.

— Эх, Владимир, хорош друг, как ублюдок подкупил охрану! Хотя вряд ли это его идея, во всем виноват Всеволод, это он боится воевать с нами на равных. Я отомщу, чего бы мне это не стоило! — сказал нам пьяный князь Олег, наливая себе в кубок вина.

Из Тмутаракани с подарками для князя Всеслава, переданными Олегом, я и Ратимир отправились в Полоцк. Милена решила остаться при князе Олеге.

— Это мой долг, Светозар, может быть когда-нибудь мы еще встретимся! — сказала она и страстно поцеловала меня на прощание.

В дороге домой я чувствовал свою вину, в Полоцке меня ждала Татьяна, но как я мог устоять перед Миленой, проявившей ко мне интерес?

Князь Всеслав с большим интересом выслушал мой с Ратимиром рассказ об отважном князе Борисе, предательстве половцев и убийстве князя Романа.

— Какие достойные люди эти Святославичи, сыновья по имени Борис и Глеб у меня уже есть, и если дальше у меня будут рождаться сыновья, то я назову их в честь князя Святослава и его убитого сына Романа. У меня тоже есть для вас новости. Пока вас не было, Владимир Мономах додумался отправить под стены Полоцка половцев. Одно дело, когда половцев нанимали князья Борис и Роман для сражений в степи, на половецкой территории, Тмутаракань вообще черт знает где от русских земель. Но, проведя половцев через всю Русь, Мономах предал русские интересы.

Искусные стрелки, половцы подавили наших лучников, и их хан стал самодовольно разъезжать у наших стен. Тогда на стены Полоцка поднялся Вадим со своим составным луком и одним прицельным выстрелом сбил с половецкого хана шлем. Это произвело на кочевников сильное впечатление, и они стали держаться от наших стен подальше.

И все же Мономах на этот раз умудрился поджечь нашу надвратную башню, правда, мы ее быстро потушили. Я ответил Владимиру Мономаху, совершив поход на Смоленск и спалил этот город дотла! Пусть учится Ярославово семя, как нужно города поджигать! — сказал с усмешкой Всеслав, обращаясь ко мне и Ратимиру.

— Как дотла? И Владимир Мономах не ответил? — удивленно спросил Ратимир.

— Ответил конечно, он атаковал наши крепости Лукомль, Лагойск и Друцк, но безуспешно. Хотел сжечь Полоцк, а в итоге остался без Смоленска, позорище! — с улыбкой ответил Всеслав.

— У вашей светлости какая-то страсть сжигать города, то Новгород, то Смоленск! — сказал Ратимир, и они с князем громко засмеялись.

За то время, что я провел в поездке в Тмутаракань, мою любимую девушку Татьяну выдали замуж за богатого купца из Чернигова по имени Игорь и она покинула Полоцк. Лишиться обеих девушек для меня было хуже смерти, и я готов был отправиться за Татьяной в Чернигов. Но Татьяна, зная мой горячий нрав, перед отъездом отправила мне послание через подругу, о том, что между нами все кончено. В ярости я выбросил ее крестик в Двину.

Жизнь в Полоцке постепенно возвращалась в спокойное русло. Владимир Мономах вернул Смоленску крепость Копысь, но Оршу князь Всеслав удержал и получал от нее приличный денежный доход. Окрестности города Полоцка были отстроены еще более масштабно, чем до сожжения Мономахом.

Уже находясь в Полоцке, я узнал о том, что князя Олега предали. По договоренности с князем Всеволодом, хазары и половцы схватили Олега и отправили его к византийскому императору в Константинополь.

Впоследствии я узнавал новости от купцов, и внимательно следил за судьбой этого князя. После бунта в Константинополе пьяных русских наемников князя Олега Святославовича перевезли на остров Родос. Однако через пару лет жизни на Родосе новый византийский император Алексей Комнин отпустил князя Олега в Тмутаракань, куда Олег прибыл со своей новой женой, знатной византийкой Феофанией Музалон. Я слышал, Олег великодушно отнесся к новым правителям Тмутаракани, отпустив их живыми, зато с теми, кто его предал, Олег Святославович жестоко расправился. Следы Милены, были мною утеряны.

5

Прошло около восьми лет с момента установления перемирия князя Всеслава с Владимиром Мономахом. Полоцкий епископ Никифор стал киевским митрополитом. Полочане привыкли к спокойной мирной жизни, когда угроза для Полоцка появилась из его окрестностей.