Валерий Ледник – Луна над Невридой (СИ) (страница 16)

Без провизии наступление на Полоцк было немыслимо, но когда Ярославичи отправили своих воинов за съестными припасами в окрестности Менска, местные жители и отряд Вадима их всех перебили. Неуловимой разящей тенью отряд Вадима кружил вокруг врага, оставаясь вне его досягаемости.

На четвертый день Вадиму передали, что приближается князь Всеслав с полоцким войском, и Вадим отправился на встречу полоцкому князю. Всеслав собрал кого только смог из подвластных ему городов и союзников, в том числе и балтов. Битва состоялась через два дня.

Оба войска выстроились возле реки Немиги, они насчитывали тысячи воинов, но войско Ярославичей в два с лишним раза превышало войско Всеслава по численности. Всеслав, видя гибельность этой битвы для полочан, отправил к Ярославичам своего дружинника с предложением мира и откупа.

Из трех братьев Ярославичей лишь средний по старшинству, правитель Чернигова — князь Святослав, был готов к переговорам, но его братья, Изяслав и Всеволод, отказались от переговоров и приказали отрубить голову посланнику Всеслава.

Полочане удивились жестокости Ярославичей и пришли в негодование. Всеслав был разочарован и приказал полочанам готовиться к бою.

Был сильный снегопад, и оба войска различали лишь очертания друг друга. Глядя на вьюгу, рисующую в небе движения таинственных фигур, варяги заявили, что их боги уже здесь и будут наблюдать за битвой.

Снова сражение началось со стычки дружин и наемников. Возможно, в тот момент Всеслав пожалел, что разговаривал так жестко с Эстином, так как варяги из городов Полоцкого княжества и новые наемники явно уступали молодцам Эстина. И все же рубка была отчаянной, вновь и вновь Всеславу казалось, что Ратимир погибнет под натиском сменявших друг друга волн дружинников князей Ярославичей. Но каким-то чудом Ратимир умудрялся отбивать все атаки и выходить из окружения, отправляя на землю все новых отважных воинов. Однако силы были не равны, и вскоре наемники Всеслава дрогнули и стали отступать, а полоцкая дружина сражалась отважно, но безнадежно и таяла на глазах.

— Если дружину перебьют, битва будет проиграна, — задумчиво сказал Всеслав и дал команду к наступлению ополченцев.

Стройной линией полоцкие копейщики врезались в дружину Ярославичей. Дружинники и наемники Ярославичей начали отступать, и тогда киевский князь Изяслав дал команду к наступлению большей части общего войска. Ополченцы Ярославичей двинулись на полоцкое войско стеной, как показалось моему отцу, превосходящей полочан в численности, более чем в два раза. Тут в войске Всеслава, начали отступать балты, после чего войско полочан стало чуть не в три раза меньше войска атакующего врага. Вожди прибалтийских племен заранее договорились, что если битва будет кровопролитной, они не станут погибать за интересы Полоцка.

Князь Всеслав помолился, а затем обратился к полочанам:

— Братья полочане, чтобы не случилось, держите строй и сохраняйте дисциплину. Помните, что перед вами всего лишь трусливый сброд. Повторения судьбы Рагвальда здесь не будет, наша смерть слишком дорого обойдется Ярославичам!

Воины Всеслава и Ярославичей сблизились, и началась рубка. Но напрасно князь Изяслав смеялся и шутил со своими братьями, после отступления балтов, над безнадежным положением Всеслава. Вскоре улыбка сошла с лица Изяслава.

Дисциплинированные и хорошо подготовленные полоцкие ополченцы, которые считали войну с Ярославичами справедливой, не спешили отступать. С яростным напором полочане ударили по врагу, численное превосходство войска Ярославичей ничего не давало, поскольку задние шеренги не могли помочь воинам, стоящим впереди. Войско Ярославичей вначале остановилось, а затем их воины, стоящие в первых рядах, стали падать замертво один за другим.

Перед полочанами стояли их исконные враги, которые вторглись на их землю. И полоцкая военная машина, созданная еще князем Брячиславом, показала всю свою мощь. Полочане смеялись и подбадривали друг друга, призывая киевлян и новгородцев подойти ближе.

Ужасающий звук разрубаемых костей и плоти разнесся по берегу Немиги, казалось, полочан ничто не может остановить, и в войске Ярославичей началась паника.

Попытки обойти полочан с флангов, также ни к чему не привели, полоцкие дружинники отразили вражеское нападение.

В какой-то момент победа полочан была уже близка. И тогда князь Изяслав направил в сражение оставшуюся часть воинов. Свежие силы Ярославичей оттеснили полоцкую дружину, начали окружать полоцкое войско и остановили наступление полочан.

— Не унывайте, полочане, ударим сильнее по врагу, звезда Полоцка еще не закатилась! — закричал Всеслав и бросился на коне в самую гущу сражения.

— Князь с нами! — раздались радостные крики полочан.

Полоцкое войско усилило напор, гул воинов и звон стали смешался с воем пурги. Полочане погибали, но и потери войска Ярославичей были ужасающими.

— Да из чего сделаны эти полочане, в таком безвыходном положении как у них, мое войско уже давно бы разбежалось! — озлобленно сказал киевский князь Изяслав.

— Не наговаривай, дорогой брат, наше войско и так все еще может разбежаться! — с улыбкой сказал черниговский князь Святослав. В отличие от своих братьев, Святослав был против избиения полоцких купцов, и даже предлагал признать Всеслава номинальным соправителем Киева, соблюдая договор с Полоцком. И теперь этот князь был против длительной войны с Всеславом, ведь у границ Чернигова были половцы, которые только и ждали отсутствия князя.

Через некоторое время, войско Ярославичей начало брать верх над полочанами. Как бы ни были отважны и стойки полоцкие воины, в сражении с такой разницей в численности, да к тому же со свежими силами врагов, они были обречены.

Все полочане вступили в бой вместе с князем Всеславом. Мой отец сражался с копьем среди ополчения, Ратимир отчаянно защищал полоцкое знамя, Вадим бился с вражеской конницей.

Но переломить ход битвы было уже невозможно, князь Всеслав мог лишь наблюдать, как погибают те, кто в него верил. Весь цвет полоцкого войска, дружинники и ветераны битвы при Судомире, молодые полочане и наемники — все сражались очень отважно и достойно, но не могли противостоять войску всей Руси.

Снег невесомой тканью пурги укрывал павших полочан и их врагов, лежащих возле сияющей, хрустальной речки Немиги. Тысячам воинов было уже не суждено подняться с белоснежного зимнего полотна, покрытого кровавыми узорами отваги, напоминавшими узоры полоцких ручников.

Отец впоследствии вспоминал, что на бранном поле у Немиги полочане встречали смерть очень мужественно. Они осознавали самопожертвование в этой битве, как необходимость для счастья своей Родины. И, погибая среди своих братьев, полочане не были одиноки.

Но среди этих бескрайних однообразных снегов и суровой завывающей пурги по-настоящему одинок был князь Всеслав, неся на себе тяжесть вины за произошедшую катастрофу и понимая всю безысходность сложившейся ситуации.

Князь Всеслав рубил головы врагов со стойкостью обреченного, и около его коня уже начала складываться гора мертвых тел. Но воины Ярославичей усилили напор на Всеслава и скинули его с коня, а какой-то знатный киевлянин оглушил Всеслава булавой. При виде своего князя, скинутого на землю, полочане озверели и начали оттеснять воинов Ярославичей от тела Всеслава.

Ратимир с дружинниками прорубился к князю, Всеслава положили на повозку и начали увозить с поля битвы.

Ратимир и Вадим посовещались и решили, что все кончено, битва проиграна. Вадим стал трубить, давая знак к отступлению, теперь каждый спасался как мог.

Киевский князь Изяслав, увидев Всеслава лежащим без сознания на повозке, снарядил большой отряд, чтобы захватить полоцкого князя.

Ратимир с Вадимом и моим отцом, успели отъехать от поля битвы лишь на несколько сотен метров, когда услышали стук копыт приближающейся конницы и увидели огромный отряд воинов южнорусских князей. Ратимир и полоцкие дружинники понимали, что с телом князя, уже не успеют никуда сбежать. И тогда дружинники Всеслава помолились и вынули из ножен оружие, так же поступили Вадим и мой отец.

— Ну что, братья, не дадим князя в обиду! — громко обращаясь к дружинникам, сказал Ратимир.

Полоцкий отряд, сопровождавший тело князя, был слишком малочислен, но никто не собирался бросать князя, полочане готовились к смерти.

И когда уже казалось, что все кончено, из леса неожиданно вышли вооруженные балты. Те самые воины из прибалтийских племен, которые ушли в начале битвы Всеслава с Ярославичами.

— Спасай князя, Ратимир, а мы остановим воинов Ярославичей! — сказал сын вождя племени ливов по имени Гутувер.

— Странный народ эти балты, но что-то достойное в них все же есть! — подумал тогда мой отец.

С яростным криком балты кинулись на приближавшийся отряд, который гнался за Всеславом, и началась ожесточенная рубка. Звон стали и ужасающие крики оставались где-то позади, мой отец и полочане возвращались домой, а вскоре и князь Всеслав пришел в себя.

4

— Как вы посмели увезти меня с поля битвы? — сказал, очнувшись, князь Всеслав.

— Светлейший князь, пока вы живы, жива и надежда полочан на победу над врагами и возвращение славы и величия нашему городу! — взволнованно сказал Ратимир.

— Глупости, Полоцком остались бы править мои сыновья, а я должен был погибнуть в битве у реки Немиги вместе со своим войском. Как мне теперь смотреть полочанам в глаза? Матерям и сыновьям погибших, ты подумал, Ратимир?