Валерий Красников – Пассажиры разума (страница 10)

Астрид зажгла курилку и «колдовала» у большой печи, в точности такой, как в старых мазаных хатах в селах. Лучина едва горела и дымила — курила, значит. Именно поэтому горящую щепку и называли курилкой.

Порывшись в рюкзаке, я достал парафиновую свечу. Большую и зеленую. Уже не помню, зачем ее туда бросил. Хоть и потерлась она от странствий, и цвет ее утратил блеск, да и слегка погнулась моя свечка, зажигал ее не без радости, намереваясь удивить Астрид. И это мне удалось: девушка подошла, и хоть что-то за весь день промелькнуло в ее глазах. Пусть любопытство, мне все равно.

Используя момент, я выставил на низкий столик бутылку с водкой и тушенку. Астрид принесла горшок с кашей и поставила рядом с моим добром. Каша пахла дымом.

— Хозяйка, руки мыть? — решил я пошутить.

— Пойдем в угол, — ответила Астрид.

По этому поводу возникла ассоциация из детства, но улыбку я предпочел скрыть, отвернувшись. В углу лачуги действительно стояла деревянная кадушка с водой, таз и кувшин. Прихватив мыло, я с благодарностью воспользовался услужливостью Астрид. Потом слил и ей. Она долго вспенивала на руках мыло. Перед тем как подставить ладошки под струю воды, сказала:

— Этот зайфе — превосходен!

А я уже думал, что больше готских слов не услышу. Вернувшись к столу, откупорил водку и плеснул грамм по сто в деревянные кружки.

— Пей быстро, станет хорошо, — предупредил Астрид и, мысленно помянув умерших Ульфиле и Вельта, дернул.

Астрид выпила тоже. Не выдержала, зачерпнув ложкой из горшка каши, закусила.

«Вот умница! Теперь и поговорить можно», — подумал тогда я.

Глава 9

Обитель богов

— С неба упал, говоришь? — облизав ложку, спросила Астрид.

Ее глаза блестели, лицо и шея покрылись румянцем. Поначалу я боялся, что она уснет, но баба оказалась со стержнем: хряпнув сто грамм, закусила и попросила еще. Я налил, не много, где-то полтинник, предупредив, что больше пить этот напиток, не стоит. Она кивнула, выпила и снова закусила. А теперь решила выяснить кто я и откуда.

— Можно сказать и так, — после такого ответа, поймал ее взгляд и понял, что отвечать нужно по существу: ясно, с толком и расстановкой, как учил в армии прапорщик Кушнир. Забавным он был. Все анекдоты вроде того, что носки нужно носить по уставу — зеленые или синие. При этом зеленый оказывался на правой ноге, а синий почему-то на левой, про него.

Дамочка подшофе легко может и горшком по голове огреть. Уже и кулачки сжала. Улыбаясь, пояснил, — Там, где мой дом, о Готланде никто даже не слышал. А оказался я тут, когда зит- законник, на нем был надет шлафрок, приказал мне взять это кольцо.

Развернув кисть ладонью к себе, я показал Астрид кольцо.

— Что ты знаешь о законниках?

— Ничего, моя прекрасная собеседница. Только то, что они носят красный шлафрок, делающий их заметными, и смешную шапку.

— Странный ты. Кольцо брата нацепил! За гайстербешверером, который еще и зит, станет охотиться не только Великий магистр Ульрих из Збычева. Орден Матери имеет власть и в Лиме и в Фрестии, — она задумалась. — Бежать тебе нужно в Кары. Там продают и покупают все, что оставили Готланду боги.

Я хотел знать, что за орден такой, о котором она упоминала, о кольцах хотел расспросить подробности: кто их сделал и как работают? С другой стороны, пусть говорит, что считает нужным. Спросить всегда успею.

— Спасибо тебе. Я уйду. Но почему вы с братом не ушли в Кары?

— Дорога туда полна опасностей. Вильту кольцо досталось от отца. Он носил его совсем недолго, и еще не обучился всему, что умел наш родитель. Да и вряд ли он смог бы стать настоящим гайстербешверером. Ему курицу зарубить было трудно, а кольцо дает силу тому, кто часто убивает. И не носить его уже Вильт не мог. Он жаловался мне, что без кольца чувствует боль в голове и слышит странные звуки. Нет, мы не могли уехать…

Эй! Только не плачь, милая! Увидев в ее глазах слезы, я понял, что столь важная для меня беседа может окончиться. Плеснув ей в чашку немного водки, попросил:

— Астрид, расскажи мне о Готланде. Все, что знаешь. Пожалуйста!

Она не стала пить, но взяла чашку в руки и посмотрела на меня с недоверием. Наверное, ей трудно было поверить в то, что я действительно «упал с неба». Моя одежда, тушенка и водка, глупость, наконец, подтверждаемая каждым действием или вопросом все же склонили ее к ответу.

— Готланд — обитель богов. Они жили тут когда-то, а готы, слейвы, эльфы и другие зайн, то есть — существа вроде гномов им прислуживали. Они жили тут. Но, как и ты, когда-то упали с Неба.

Кого-то боги привели сюда, наверное, так же, как умирающий маг тебя. Тот, кто отдал свое кольцо. Других зайн боги создали в Лайборе. Еще это место называли — Лабораториум — затерянный в лесах Готланда город.

Лойте или как говорите вы, слейвы — люди, долго воевали с готами, а почему, я не знаю. Говорят, что у слэйвов были свои боги, а у готов свои. И они, боги тоже сражались между собой.

Астрид говорила, пока свеча не погасла. Она прилегла и тут же уснула. Я слышал, как девушка сопит и решил лечь тоже. Подсветив себе зажигалкой, завалился на лавку, сколоченную под окном. Слушая оглушительную трель сверчка и свист, издаваемый воздухом, проходящим сквозь щели, размышлял о том, что услышал от сестры некроманта.

Казалось, проще выхода нет, выбросить кольца и все! Не станет ни зита, ни гайстербешверера. Вот только и до меня были такие! Они все, как я понял, сошли с ума. Если мыслить штампами, сойти с ума — демонстрировать окружающим выраженную неадекватность поведения, в этом я и так почти сумасшедший. А вот, что аборигенов сводило с ума, выяснять экспериментальным путем мне не хотелось.

Ясно, боги Готланда — совсем не боги, но они владели технологиями уж очень сильно отличающимися от земных. Со страхом и трепетом я фантазировал о затерянной лаборатории пришельцев. Найти ее мне виделось хорошей идеей. По крайней мере, лучше, чем идти одному в Кары.

Я уснул, но тут же вскочил разбуженный кошмаром во сне: мне привиделся Ульфиле. Его крик: «Умри! Существо…» Почему он назвал меня так? Некроманта он называл тварью, а меня, намереваясь убить — существо… Обидно. Пытаясь унять колотящееся сердце, я глубоко дышал, слушая сверчка и ветер, пытался вообще ни о чем не думать, чтобы поскорее уснуть. И как только меня охватывала дрема, среди неясных образов то сорванного листка, бьющегося о землю, то неба и облаков, я снова вскакивал от детского, с обидой взгляда голубых глаз гайстербешверера Вильта.

В какой-то момент я все же смог отключиться. Но спал плохо, ворочаясь на жесткой лавке. Несколько раз открывал глаза и видел, что пузырь на окне пропускает серый свет. Полагая, что Астрид вот-вот меня разбудит, засыпал, уже наслаждаясь последними минутами сна. Проснувшись в очередной раз от конского ржания, и увидев, что лавка, на которой отдыхала хозяйка, пуста, поднялся. Сразу заметил на столе перчатку Вильта, широкополую шляпу. Рядом, на стуле какие-то вещи. Решил умыться. Едва закончил, как вернулась Астрид.

— Я напоила лошадей и дала им корм. Возьми это, — она указала на одежду, — Переоденься и уезжай.

Девушка не стала дожидаться ответа.

— Спасибо, — крикнул уходящей Астрид, но воспользоваться ее советом не спешил. Достал из рюкзака кулек, встряхнул. Из него вывалилась задубевшая заячья шкурка. Упаковав подаренную одежду в кулек, засунул его в рюкзак, поднял трофей и, вывернув мехом наружу бросил на стол, а сверху положил большей самородок. Так золото она заметит наверняка.

После вечерней бури и дождя, лившего полночи, воздух пах свежестью и травами. Кристальное небо без единого облачка, восхищало пронзительной синевой. Утренний ветерок казался прохладным, но деревянная опора навеса над крыльцом уже нагрелась от солнца, и прикасаться к гладкому дереву было приятно. Астрид седлала лошадей, а я подумал, что конь Ульфиле мне не нужен, с пегой бы управиться…

— Постой, Астрид!

Она обернулась.

— Что еще? Почему ты в своей одежде?!

— Я с благодарностью принимаю твой подарок, но в Кары не поеду. Хочу найти Лабораториум. Не скажешь, в какую сторону ехать?

Она покачала головой, словно осуждала, но махнула рукой туда, откуда мы приехали с готом.

— Там, в Запретном лесу у реки.

Ночью мне приходила мысль, что искать нужно там, где я появился. Обойти вокруг «улитки» — телепорта… Что-то там должно быть, чего я не заметил?!

— Спасибо. Оставь рыжую себе.

Она кивнула. Перевесив на пегую сумки Ульфиле, отошла в сторону. Сев на лошадь, я помахал Астрид и поехал к Збычеву. Отъехал от усадьбы метров на сто, как услышал ее крик:

— Дмитрий!

Не знаю почему, может, девушка обнаружила мой прощальный подарок, но Астрид отдала мне пояс и шпагу брата. И на этот раз позволила себе обнять меня на прощание и пожелала благословения богов.

Я не спешил. Время от времени погонял лошадь, пытаясь учиться скакать. К обеду чувствовал себя скверно: болели бедра и голени, ныла спина и руки. Увидев вдали деревню, решил заехать. Остановил лошадь, после нескольких минут внутреннего диалога спешился и переоделся в подаренную Астрид одежду. Брошь незнакомки предусмотрительно приколол под широким воротником: вдруг и она, что-то сродни кольцам! Кобуру с пистолетом надел под куртку, а нож повесил на пояс Вильта.