Валерий Ковалев – Солдат удачи – 2 (страница 10)

– А не проще на древесном угле? – кивнул Виктор на вязанку.

– Не, командир, – повертел шеей Генка. – Лоза дает особый аромат и вкус. Оценишь.

Пока хозяин отлучился в гараж, он быстро разжег мангал и вместе с гостем принялся нанизывать на шампуры куски мяса.

– Баранина?

– Ага. Утром вяли на рынке у знакомого лезгина.

– Во, – вернувшись назад, поставил на стол оплетенную бутыль Максим.– Херес с нашего завода. Есть еще бочка муската, бывший хозяин подарил.

– Ну а как там у вас дела в Донбассе? – разложил Генка над малиновыми углями шашлыки. – По ящику показывают мало.

– Да что могу сказать? – уселся на скамейку Виктор. – Сидим можно сказать в блокаде. Укропы регулярно обстреливают из орудий с минометами. Как и прежде отвечаем стрелковым.

– М – да, – переглянулись друзья. – Маразм крепчает.

– А предприятия как, работают? – присел рядом Найденов.

– Работают. Часть металлургических заводов, коксохимы, обогатительные фабрики и несколько шахт. Как у нас, так и в ЛНР. Только с зарплатой непонятки.

– В смысле?

– Продукция исправно отгружается, а с ней регулярные перебои. Бывают месяцами.

– И что народ? – перевернул Генка начинавшее покрываться золотистой корочкой мясо.

– Задали вопрос местной власти, почему так? Вразумительного ответа не получили. Однако выяснилось, всеми этими предприятиями управляет некая российская компания «Внешторгсервис». Хозяин – сбежавший из Киева в Москву после майдана украинский олигарх.

Пошли дальше, обратились в Кремль. Задолженности стали погашать, а эту суку убрали. Теперь вроде назначают другого. И еще. Стало возвращаться ранее переметнувшееся на ту сторону начальство. И получать должности в администрациях, судах, милиции и прокуратуре.

– Да, чудны твои дела господи, – переглянулись крымчане.

– Мальчики! У нас все готово, – появилась на крыльце Лика.

– У нас тоже! – откликнулся Генка.– Можно начинать.

Вскоре на застеленном клеенкой столе появились салат и другие закуски. Посередине на плоском блюде, чудно пахли исходя паром, горячие шашлыки. Кликнули из сада рябят, заставив вымыть руки. Расселись по местам.

Ужин прошел весело и непринужденно, всех рассмешил Айк. Съев из своей миски несколько кусочков сырого, без специй, мяса, остальные перетаскал под куст жасмина и закопал.

– Хозяйственный, – оценили зрители.

После того как все съели, а бутыль наполовину опустела, Лика с Ольгой увели детей со щенком в дом, готовить к сну, а мужчины, остались. На небе пушисто мигали звезды, в цветах сухо трещали цикады.

Закурив и потягивая вино, стали вспоминать друзей по ополчению и ЧВК, помянули, кого не было. Когда емкость опустела, а изрядно захмелевший Генка начал собираться к какой-то Ларисе, его не отпустили.

– Никаких Ларис, – заявил Максим. – Ночуешь здесь. Места в доме достаточно.

– Это приказ, – добавил Виктор.

– Ладно,– мотнул головой романтик и икнул – Только позвоню своим, чтоб не ждали.

Утром, после завтрака, он уехал в Кара-Даг, где в предгорье закладывался новый виноградник, пообещав вечером наведаться, а остальные, прифрантившись, отправились в город. Для начала полюбовались со стороны Генуэзской крепостью, навестили картинную галерею, а затем посетили парк аттракционов «Сказка».

Там все вместе оглядели город с высоты Колеса обозрений, побродили по зеркальному лабиринту и покачались на качелях, затем посмотрели в детском театре «Алису в стране чудес». В полдень перекусили в кафе на набережной, погуляли в сквере у музыкального фонтана, после чего усталые вернулись домой.

Мальчишек уложили вздремнуть, Айк растянулся на полу, рядом с тахтой, а взрослые отправились на дикий пляж за усадьбой.

– Здесь еще лучше, чем там, где были, – наплававшись, оценили Виктор с Олей. Меньше шуму, вода чище и спокойней.

– К следующему вашему приезду, думаем купить катер, – сообщил Максим.

– Будем кататься по заливу, – улыбнулась Лика.

На закате, как и обещал, появился Генка на пыльном «Ягуаре», доставив мешок арбузов и дынь. Поужинав, вместе провели вечер. В десятом часу распрощавшись, укатил в Симферополь.

Как и родители Лики, Бессоновы погостили неделю, в очередное воскресенье их проводили на вокзал. В купе загрузили плетенку с марочным коньяком и две картонных коробки (одна с виноградом, другая с фруктами).

– Не забывайте нас! Привет Хазару! – замахали руками, когда состав, дав длинный гудок, покатился вдоль запруженного пассажирами перрона.

В начале сентября в Феодосию переехал Анзор с племянницей.

Он тоже купил дом в пригороде и открыл на набережной ресторан с кавказской кухней под названием «Каспий». На торжество по такому случаю пригласил Найденовых с Македонскими и чету Цивенко.

Зал был украшен цветами, выпили немало коньяка с шампанским, пели под караоке и танцевали. Генка все время приглашал Динару, всячески выражая ей знаки внимания. А в перерыве, когда вышли с Максимом покурить в зеленый дворик за заведением, сообщил, что влюбился.

– Ты у нас все время влюбляешься, – хмыкнул приятель. – Смотри, она девушка серьезная, да и Анзор если что, не простит. Запросто отвернет голову.

– Это почему? – обиделся Генка. – У меня самые серьезные намерения.

– Он ей вместо отца. Настоящий – его брат, погиб в горах. Так что делай выводы.

– Непременно, – хлопнув по плечу, вернулся в зал

Потом в Феодосию пришла зима.

На деревьях облетели листья, температура воздуха опустилась до плюс пяти. С неба нередко сеял мелкий дождь, горы исчезли в тумане. Изменилось и море. Ультрамарин поблек, катило пенистые, свинцового оттенка валы на сушу. Город тоже изрядно опустел. Межсезонье.

Работа у Максима ладилась, нареканий от руководства не было. Беспокоил Цивенко. Он все чаще приходил на работу с «выхлопом», а когда Найденов пытался выяснить причины, от разговора уклонялся.

Одним таким днем, ближе к обеду, оба возвращались на «Ниве» с Отузской долины, расположенной под Судаком, где проверяли состояние охраны подземного винохранилища.

По дороге решили перекусить и остановились у кафе на обочине. Хлопнув дверцами, зашли внутрь. Небольшой зал был практически пуст, в углу за столиком обедали два дальнобойщика. Заказали на кассе по салату, беляши и чай с лимоном. Устроились у окна, откуда открывался вид на горы.

Все съев, перешли к чаю, и Максим снова вернулся к тому же вопросу. Евгений помолчав, прихлебнул из чашки, а потом сказал, – черт с тобой. Слушай.

Я по своей природе мент. Хотел им стать с детства. Отслужив срочную на границе, поступил в национальную академию МВД Украины в Киеве. Оттуда распределился на родину, в Феодосию.

Дослужился в ОБЭП* до старшего опера, получил капитана, а потом у нас сменился начальник горотдела. Прежний перевелся в Сочи, его место занял новый. Сначала было все нормально, затем, освоившись стал крышевать коммерсов.

– И каким образом? – вскинул брови Максим.

– Да очень просто. Выявляем, к примеру, у кого серьезное нарушение тянущее на статью, вызывает к себе и требует «спустить на тормозах». Делаем. Коммерс несет ему на лапу. Или наоборот. Посылает с проверками туда, где не желают иметь его крыши и артачатся. Результат в итоге тот же самый.

Я как-то накопал серьезный материал на одну строительную компанию. Разворовывала получаемые госсредства, фальсифицировала документы и представляла липовую отчетность. Начальник взял его на изучение и тишина. Зашел выяснить, что к чему, у того круглые глаза. «Ты мне ничего не давал. Свободен».

Высказал ему в глаза все, что думал и обратился в горпрокуратуру, – материал сразу же нашелся. Те направили в СК, возбудили дело. Через полгода преступную группу осудили, а на меня накатило гестапо.

– А это еще кто? – удивился Найденов.

Собственная безопасность из республиканского МВД. Борются с оборотнями в погонах. Якобы на меня поступила заява, что беру взятки. Начали проверять. Факты не подтвердились, но в служебном сейфе нашли три неучтенных патрона от «макарова» и дозу героина.

«Тебе светит целых две статьи», говорят. «Пиши капитан рапорт на увольнение по собственному желанию. Или дадим делу ход. В противном случае загремишь лет на пять».

Я в отказ. «Не мое, подбросили».

« Ну, тогда будем оформлять».

Что делать? Написал. Тесть помог устроиться на завод, работает здесь мастером. Такие брат дела.

– Поганые. Ничего не скажешь, – нахмурился Максим. – Но пить, брат, все равно бросай. Этим делу не поможешь.

Так понимаешь, обидно, – подался вперед Евгений. – И работа нормальная и получаю больше, а по прежней все равно скучаю. А тот гад так и жирует в начальниках. Где справедливость? Ты мне скажи.

– С этим у нас сложно – вздохнул Найденов. – Я подобное проходил. Ладно, Женя, пошли (встал со стула). Вышли наружу, сели в машину. Завел двигатель.

Остаток пути молчали, в воздухе закружил мокрый снег, включил дворники.