Валерий Кобозев – Повторная молодость (страница 5)
Томск
В понедельник я прибыл на кафедру, отдал письмо куратора заведующему кафедрой КУДР Захарову. Прочитав его, он вздохнул – И это уже не первый раз из деревни приходится уезжать студентам. Местные петухи крутость свою показывают. Ты что умеешь делать?
– Лужу, паяю, утюги починяю – пошутил я. – Могу паять, собирать схемы и приборы – я радиолюбитель.
– Ну вот и отлично. Давай займись с Александром Александровичем Широковым, ему нужен усилитель постоянного тока для электрополировки кремния. Схемотехнику с транзисторами знаешь? – спросил Григорий Николаевич.
– Ну да, работал с транзисторами и с лампами. Больше, конечно, с лампами, передатчики собирал и высоковольтные блоки питания – ответил я.
– Ну вот, разберешься, пошли к Широкову – сказал завкафедрой.
Александр Александрович, или Сан Саныч, показал мне переводную статью из зарубежного журнала, сказал, что ему нужен такой усилитель постоянного тока, с напряжением плюс-минус один киловольт, и с током на выходе один ампер. И это должен быть линейный усилитель! Ну просто охренеть! Один киловатт выходной мощности и линейный усилитель!
Ну взялся я за работу, коли поручили. Для меня, инженера из 21 века, было дико, что такую ответственную работу поручают студенту первого курса, а не заказывают в профильном НИИ, коли таких усилителей не существует в природе. Я уже в прошлой жизни занимался этой работой, но годом позже.
Для начала занялся элементной базой, высоковольтными транзисторами. На тот момент был только один кандидат на эту роль – транзистор КТ808, но в него было максимально допустимое напряжение всего сто двадцать вольт! Это надо было ставить этих транзисторов по десять штук в каждое плечо.
Я изложил свои сомнения Широкову и предложил собрать этот усилитель на электронных лампах. Но он только фыркнул – «Лампы – это прошлый век!» и велел мне разработать схему усилителя на транзисторах КТ808, по примеру переводной статьи – там в плече стояло по три транзистора. Три десятка этих транзисторов он заказал через своих заказчиков в Новосибирске, куда и нужен был этот усилитель.
– Сан Саныч, но я за месяц не смогу сделать этот усилитель – уведомил его я.
– Понимаю, после практики будешь работать у нас на полставки лаборантом – пятьдесят рублей в месяц тебе лишними на будут? – спросил Сан Саныч.
– Не будут конечно. Но я уверен, что у нас будут вылетать по двадцать транзисторов за раз, давайте перейдем на лампы! – настаивал я.
– Валера, делай на КТ808, я отвечаю за результат. И отрицательный результат нам будет на пользу – ответил Широков.
Ну вот я занялся этим долбаным усилителем, на год раньше, чем в прежней жизни. Я знал, чем это кончится и пытался повернуть Широкова на другой путь, но он был тверд в своем мнении.
Практика закончилась к концу сентября, меня оформили на полставки лаборантом. Я продолжал работать над этим усилителем, но мои знания из 21 века ничем мне помочь не могли – не было еще в СССР высоковольтных транзисторов. С отчаяния я спросил у самого себя – а были ли за рубежом такие транзисторы в это время?
И тут же прилетела таблица и комментарий к ней:
– Блин! Чего дурью маяться! Сан Саныч наверняка сможет купить десяток транзисторов DTS–804 через академию наук! – злился я. – Пара транзисторов и усилитель готовый! Ну можно для уверенности четыре транзистора поставить! Причем параллельно, а не последовательно!
На следующий день я выдал Сан Санычу эту информацию «от знающих людей».
Тот удивился, но пообещал поискать такую возможность, и даже обрадовался такой информации. Похоже, что он тоже не верил в успех нашего предприятия. Мне дал команду пока работать на транзисторах КТ808, доводить схему до устойчивой работы при напряжении двести вольт, чем я и занялся. Причем он выдал ящик транзисторов КТ808 и пояснил методику отбора по предельному напряжению – его надо подавать через резистор, ограничивающий ток пробоя, тогда транзистор будет работать как стабилитрон и это напряжение и будет для конкретного образца напряжением пробоя.
Я взялся проверять пробивное напряжение у транзисторов, отобрал два десятка из сотни, у которых напряжение пробоя было больше двухсот вольт. Но на всякий случай я в схему установил два транзистора последовательно с распределением пробивного напряжения с помощью шунтирующих резисторов. Да и рассеиваемая мощность в таком случае распределялась равномерно на два транзистора. В общем к концу октября я нарисовал схему прибора и отдал Широкову на проверку.
Самодеятельность
А тем временем студенческая жизнь текла своим чередом, шла подготовка к празднованию годовщины образования комсомола. Меня запрягли в художественную самодеятельность – Петр Владимирович помнил о моих талантах, и сообщил об этом в комитет комсомола. Меня выдернули туда и дали комсомольское поручение участвовать в концерте, посвященном годовщине комсомола, и годовщине Октября тоже – они следовали друг за другом. Это как раз и входило в мои планы проявить себя как композитора и поэта-песенника, я репетировал в общежитии песню «И вновь продолжается бой» – она должна была дать мне карт-бланш на движение вверх в иерархии СССР. Хорошо бы такую песню исполнить с оркестром, но и с гитарой получалось неплохо для первого раза. Комитет комсомола возбудился, когда узнал, что это моя песня – репертуар моего выступления они прослушали сами.
Был у нас в институте свой ВИА – вокально-инструментальный ансамбль, туда меня и отправили для подготовки выступления.
Я пришел на репетицию, их расписание висело на дверях актового зала в Главном корпусе института.
– Привет ребята, меня к вам направили из комитета комсомола готовить свои песни к праздничному концерту – сообщил я, подойдя к компактно расположившейся компании студентов возле инструментов на сцене.
– И зачем тебя к нам направили? – спросил рослый парень, по всей видимости лидер этого ВИА.
– Ну песню спеть – сказал я, намеренно завлекая его в конфликт. Судя по их лицам, мне тут ничего не светило, но солистка мне очень понравилась – красивая и яркая блондинка, со статной фигурой. Она с любопытством взглянула на меня.
– А ты откуда вообще тут появился? – спросил лидер.
– Из города Сусуман Магаданской области – ответил я честно.
– И ты так хорошо говоришь по-русски? – деланно удивился лидер. – А я думал, что ты можешь говорить только на сусуманском языке. И петь на нем наверно собрался? Скажи что-нибудь по-сусумански, чтобы мы оценили гармонию этого языка – прикалывался лидер.
– Ты придурок – сказал я.
– Ты что, хочешь комсомольского билета лишиться? Оскорбляешь руководителя ВИА! – подскочил лидер.
– Так это по-сусумански и будет значить руководитель ВИА. Если название добавить, например «Гитара без струн», то будет звучать как «Ты придурок «Гитара без струн» – тут же выпалил я, делая невинную физиономию. Солистка заржала и согнулась в приступе смеха.
– Умный шибко? – с усмешкой спросил лидер. – Вали отсюда, иди где-нибудь в другом месте свое остроумие проявляй. Нам ты тут не нужен! – сказал он решительно.
– Ой, Левка, ну что ты на него взъелся? – со смехом спросила солистка. – Давай послушаем его песни!
– Нет, пусть он их в подворотнях поет – жестко отрезал лидер.
– Я очарован вами красавица – я подошел к солистке и поцеловал ей руку. – Как вас зовут, небесное создание?
– Марина, можно просто Маринка – со смехом ответила солистка. – Марина Ельнина, студентка пятого курса РТФ. Ну ты и приколист! – продолжала смеяться она.
– Меня зовут Валерий Крапивин, я учусь на первом курсе, группа 32-9. Вы мне понравились небесное создание по имени Марина – с придыханием произнес я, вновь целуя ее руку.
– Ты чего первокурсник оборзел? Клеишь мою девушку! – взорвался Лева.
– Я не твоя девушка Лева, ты меня уже достал! – возмутилась Марина. – Вы необычный первокурсник – улыбнулась она мне.
– Я был бы рад увидеться с вами без помех – я кивнул глазами на Леву.
– Ну вы и нахал! – засмеялась Марина. – А в прочем, не знаю. Так со мной никто еще не разговаривал.
– Вы само совершенство – сказал я, и поцеловал ей руку на прощание.
– Точно нахал – смеялась Марина, но в ее смехе я уловил недоумение. Она не знала, как себя вести со мной.
Но на следующий день на большой перемене я уже увидел ее возле выхода из аудитории, в которой у нас были лекции по математике.
– Привет Мариночка – я вновь взял ее руку и поцеловал. – Рад видеть тебя.
– Привет… Даже не знаю, зачем я пришла сюда… Наверно посмотреть еще раз на нахального первокурсника – задумчиво произнесла Марина, впрочем, не отнимая руку.
– Вы очаровательны графиня – я еще раз поцеловал ее руку.
– Почему графиня? – засмеялась Марина.
– Ну как же – мы тут крестьяне, работники, а вы уже на пятом курсе графья – засмеялся и я.
– Да ладно тебе! – смеялась Марина серебристым смехом. – Юморист!
– Графиня, могу ли я вас пригласить на свидание? – спросил я, в очередной раз целуя ее руку.
– Ну, не знаю рыцарь, сможете ли вы соответствовать моему высокому положению – приняла шутливую игру Марина.