Валерий Кобозев – Потеряшка (страница 2)
На Глории нам предстояло высадиться на континенте Африка-2, это было его рабочее название, поскольку он располагался примерно там же, где и Африка на Земле, и очертания его были слегка похожи. Мы должны были высадиться на самой южной части этого континента и основать там колонию. Вслед за нами должны были высадиться еще десять таких же кораблей, но уже в других местах юга Африки-2, севернее от нас. Между нами должны быть налажены кооперационные связи по взаимной поставке товаров, необходимых для жизни колоний. На третьем и четвертых кораблях должны были прибывать к нам в основном женщины, когда будут собраны дома, у нас набор колонистов в основном состоял из мужчин разного возраста.
«Глория-1» имел длину триста метров, ширину и высоту по пятьдесят метров, грузовой отсек длиной был двести пятьдесят метров в длину, предназначен для перевозки как крупногабаритных грузов, таких как океанские корабли, так и для более мелких, для которых устанавливались дополнительные палубы и отсеки.
Кабина корабля, длиной пятьдесят метров, могла создавать искусственную гравитацию, вращаясь вокруг оси корабля. Огромный герметичный грузовой отсек не вращался, поскольку там находились тяжеловесные грузы, нахождение персонала в нем во время полета не предусматривалось, для него были каюты в кабине корабля, рассчитанной на перевозку шести тысяч пятисот пассажиров. В составе экипажа корабля был два врача, три медсестры, в их распоряжении были три универсальные медкапсулы с запасом картриджей и нейросетей на все случаи жизни. В искин корабля была загружена вся доступная информация, накопленная к тому времени на Земле, поскольку на Глории постоянной связи с другими планетами не было, был возможен только обмен почтовыми сообщениями с прилетающих кораблей.
Длительность полета с Геры на Глорию обычно занимает четыре часа – час на взлет в космос, два часа на полет в подпространстве, час на посадку.
Вот на таком замечательном корабле нам предстоит лететь на Глорию с нашей планеты Гера.
Я с улыбкой выслушал доклад старпома, потом карго о готовности груза и пассажиров к полету, отдал команду закрыть все внешние люки и герметизировать корабль. Через десять минут поступил доклад о герметизации корабля, я отдал команду начать подъем в космос. Старпом тут же репетовал (дублировал) команду искину – ну такая традиция, что поделаешь. Мог бы и сам, конечно, отдать команду искину через нейросеть – но традиция! Корабль стал медленно подниматься над поверхностью планеты – вес корабля был огромный, и нагружен он был по полной. Еще бы – в трюме на стапелях разместился огромный океанский корабль «Первенец» – средний транспортный корабль-док с аппарелью на корме, а уже в нем стояли на стапелях еще три корабля – среднее китобойное судно «Малыш» длиной шестьдесят метров, средний морозильный траулер «Прибой» длиной сорок метров и судно снабжения «Закат». А сам «Первенец» был длиной двести двадцать метров – почти весь наш трюм занял. Для его погрузки пришлось затапливать наш трюм, как док, чтобы он в него своим ходом зашел, как и два БДК – больших десантных корабля, стоящих рядом с ним.
Впрочем, и «Первенец» так же загрузил в себя три корабля – затопил трюм как док, и они своим ходом в него зашли. Откачали воду и корабли сели на стапели. На благо у всех стоят ВАРП-двигатели, никаких винтов не требуется для их движения.
Команды кораблей и все колонисты – мы еще везли на Глорию химический завод и металлургический комбинат со всем персоналом, строителей, связистов, геологов, разместились в командном отсеке нашего корабля, места всем хватало – еще бы, длина нашего корабля триста метров, диаметр пятьдесят метров, командный отсек может вращаться и создавать искусственную гравитацию. Впрочем, в этом полете это не было предусмотрено – пару часов в невесомости можно было потерпеть.
Старпом рапортовал о готовности перейти в подпространство – все пассажиры пристегнуты и готовы к невесомости. Я отдал команду перейти в подпространство – через минуту наступила невесомость, я к ней привык, да и два часа – это не срок.
– Старпом, принимай командование – отдал приказ и удалился в свою каюту – капитан я или кто? Блин, башмаки с магнитами, отрывать от пола приходится. Дошел до каюты, развалился на диване. Хотя это сложно так назвать – скорее всего повис над диваном, пристегнувшись ремнями, чтобы не вылететь с него при выходе из подпространства.
***
Год назад я задумался над своей жизнью. Все-таки семьдесят семь лет отмотал, жена погибла двадцать лет назад – авария, спасти не удалось. Дети выросли, у них свои семьи, живут на разных планетах, регулярно на день рождения присылают открытки. Внуки обо мне не вспоминают.
И как-то меня тоска обуяла – похоже скоро на пенсию придется уйти, годы дают себя знать. А что там делать на пенсии? Цветочки выращивать на газоне в ожидании смерти? Да я просто сдохну от тоски и одиночества!
Но я взял и радикально изменил свою жизнь – всё продал: дом со всем содержимым, машину, свой пенсионный фонд и на вырученные деньги прошел процедуру радикальной пластики, заодно укрепил свои мышцы имплантами. Теперь я сильнее обычного человека раз в десять, кожа у меня также упрочнилась. Ну и возраст у моего организма, да и внешность у меня теперь как была в двадцать пять лет, и она у меня теперь будет такой практически всегда – ген старения у меня был удален при этой операции. Теперь я супермен! Только вот у меня в карманах пусто, но деньги-то дело наживное! У меня достаточно высокий оклад, да и вся жизнь впереди!
В крови бурлят гормоны, отрываюсь вместе с нашей докторшей Марией, ей сорок пять – малолетка для меня. А у нее вторая молодость, тоже гормоны бурлят в крови. Вот и нашли друг друга. А еще она отличный собеседник и собутыльник – мы оба обожаем сухое красное вино и хороший коньяк.
Но в невесомости как-то незаметно задремал, сны какие-то снились. Неожиданно проснулся – поступил вызов с мостика, старпом просит. Сел, обул свои башмаки с магнитными подошвами, встал и двинулся на мостик.
– Что случилось Костя? – спросил старпома.
– Глеб Михайлович, третий час прошел, а мы еще не долетели. Непонятно что-то, да хрен его знает, что твориться! – выпалил старпом.
– Что искин бает? – спросил я.
– Говорит, что нам еще двадцать один час лететь по данным ВАРП-двигателя.
– Ё… Что за новость? – удивился я.
– Так вот и я в шоке! – ответил Костя.
– Если мы будем еще двадцать один час в полете, народ помрет с голоду – у нас не предусмотрена кормежка в вакууме. Давай раскручивать карусель, предупреди всех – отдал я команду.
– Ты думаешь, что это стоит сделать? – усомнился старпом. – Час потеряем на раскрутку и час на торможение.
– Включай раскрутку – не стал я обсуждать варианты.
– Слушаюсь капитан! – козырнул старпом и сделал объявление о переходе к искусственной гравитации. Народ, в соответствии с регламентом, начал расходиться, точнее расползаться по веревкам по своим каютам, расположенным на внешней стороне отсека. Пришлось ждать еще час, пока все расползлись из центрального отсека по каютам и там пристегнулись ремнями в предусмотренных местах.
После этого объявления сразу пришел, точнее приполз по канатам, начальник агропромышленной группы Селиванов.
– Господин капитан, боюсь, что наша живность не переживет сутки в невесомости, да и техника снабжения не предусмотрена для работы в режиме невесомости.
– У вас тридцать контейнеров, мы при всем желании не сможем их разместить в командном отсеке – подумав ответил я.
– У вас же практически половина кают в командном отсеке пустует! Давайте в них разместим контейнеры с животными! Это же наше питание на планете! – просил Селиванов.
– Старпом, давай подумаем, куда их рассовать – приказал я старпому.
– Размер контейнера стандартизован, один контейнер – одна каюта – сообщил старпом. – Только у нас тогда весь командный отсек провоняет, как скотный двор!
– У нас контейнеры герметичные, в каждом свой ВАРП-двигатель, они полностью автономные, десять суток могут находиться без обслуживания. Но при гравитации! Хотя животные закреплены ремнями, и все предусмотрено на случай невесомости, но! Только пять-шесть часов животные выдерживают в невесомости – ответил Селиванов.
– Ну тогда нужно пару часов, чтобы дроны переместили эти контейнеры в каюты, их у нас действительно хватает – согласился старпом. – Ближний к грузовому отсеку сектор восемь весь пустой.
– Отдай распоряжение об этом – приказал я. Он по нейросети приказал нашим лейтенантам-разгильдяям организовать переброску контейнеров в командный отсек.
За два часа эта операция успешно завершилось, и мы начали процедуру включения искусственной гравитации. Корабль потихоньку стал раскручивать командный отсек вокруг своей оси, мостик, как и все каюты, был расположен на внешнем диаметре командного отсека, поэтому через десять минут стало ощущаться притяжение к полу. Через час поступил сигнал о достижении нормальной силы тяжести, и раскрутка прекратилась. Старпом объявил по громкой общей связи о разрешении перемещаться по кораблю всем пассажирам и экипажу.
Через десять минут на мостик пришел капитан СТК «Первенец» Григорий Давлетов.
– Господин капитан, что случилось? Почему мы еще не приземлились на Глории? – задал он вопрос.