Валерий Кобозев – Потеряшка (страница 12)

Пришлось срочно возводить пересыльную тюрьму для пленников – их просто так не поселишь в палатках. Быстро возвели ограждения на восточном берегу бухты Фалсбай, поставили вышки для охраны, установили навесы для проживания пленников – лето тут теплое, разделили лагерь на десяток секторов забором из сетки-рабицы, сбили деревянные настилы для сна. Оборудовали причал для приема БДК и «Глории» при необходимости, все было готово к приему «гостей».

За месяц Крым был очищен от славянских пленников, ну и не только от славянских, также и от всех ценных вещей – таковы были правила этого века, иначе нас бы тут не поняли. Помимо этого, взяли в плен восемь тысяч татар – в основном молодых женщин и треть мужчин – нам надо же было рабочих где-то брать. Зато освобожденным пленникам было с чем начинать новую жизнь – конфискованного имущества для этого было вполне достаточно, там была одежда и домашняя утварь. Итого население нашего государства сразу резко увеличилось на семнадцать тысяч жителей. Это пока были иммигранты, но они имели искреннее желание стать гражданами Глории – им очень понравились лагеря для временных переселенцев и программа поддержки соотечественников. Да и большинству возвращаться было некуда – их селения разорили, а семьи уничтожили.

Через две недели ситуация с новичками устаканилась, наши работодатели разобрали всех мужчин и девушек, старше семнадцати лет, занялись их обучением. Для начала их рассортировали – грамотные составили отдельную категорию, с ними работали индивидуально. С остальными начали работать наши кадровики, выясняя способности и навыки до плена. В основном их определяли на сельхозработы в наш королевский госхоз, или агрохолдинг, для ухода за посевами, животными и прочими работами. Грамотных повторно рассортировали, по уровню образования. Одно дело уметь читать и писать, а другое дело еще быть швеей, или даже гувернанткой – и такие попадались, атаманы выписывали из города для своих детей.

Турецких пленников тоже рассортировали – молодых девушек отправили в лагерь потенциальных наложниц для ожидания выбора наших дворян и для поиска работы по способностям. Мужчин отправили на рудники, добывать золото, железную и полиметаллическую руду. Добыча металлов у нас сразу оживилась, начали скапливаться запасы так необходимой нам руды. Для заинтересованности в работе пленным татарам сообщили, что через пять лет безупречной работы их освободят и они смогут самостоятельно вернуться на родину, либо продолжат работать у нас за ту же зарплату – ее установили на уровне двадцати пяти рублей в месяц плюс бесплатная кормежка и жилье. Либо смогут найти более высокооплачиваемую работу в Кейптауне или в других городах страны. А еще они смогут получить образование и иметь более высококвалифицированную работу с соответствующей зарплатой.

Но не все шло гладко с ними. Через месяц пришло сообщение с платинового рудника Растенбург об изнасиловании девушки племени банту, которое располагалось недалеко от рудника.

– Хоть девчонку не убили – обрадовался я и вылетел на челноке для разбора полетов на рудник, пришлось одеть униформу – парадный мундир с драгоценностями. Троицу держали в карцере гауптвахты – пришлось таковую завести, иногда нарушителей дисциплины из наемных рабочих или пленных туда помещали. На рудник пришел вождь племени банту седой старик Нгомо.

– Ваши люди силой взяли нашу женщину, за это у нас полагается смерть! – потребовал Нгомо.

– Нгомо, это наши рабы. Их конечно можно убить, но какая тебе от этого будет выгода? Может они смогут откупиться от тебя? – спросил я.

– Раз это твои рабы, то тебе и отвечать за них – ответил старик.

– Ну я не против, давай оговорим цену возмещения ущерба пострадавшей – предложил я.

– Их надо убить! – требовал старик.

– А может тогда их отдать тебе в рабство на один год? – спросил я. – А через год вернешь назад.

– Ну надо подумать – заинтересовался старик. – У вас они ходят без кандалов, почему?

– А куда им бежать? К вам в гости? Или к людоедам? – усмехнулся я. – До берега моря отсюда пятьсот километров, вам не просто пройти пешком такое расстояние и не попасть на обед к львам. А они гарантированно туда попадут, не зная ваш вельд.

– Значит тогда и от нас они не побегут… Им только к вам можно бежать – рассуждал старик.

– Знаешь Нгомо, а у вас много незамужних женщин? – спросил я. – Может быть они будут заходить в гости на рудник и встречаться с нашими мужчинами? Сам понимаешь, когда у нормального мужика нет целый месяц женщин, то у него крышу сносит. А мужики бы дарили бы женщинам подарки, бусы или ножи. Ну или золотыми монетами подарки делали?

– Сколько за одну женщину дашь? – деловито спросил Нгомо.

– Давай сначала я заберу пострадавшую – предложил я. – С ней сам договорюсь о компенсации. За нее даю золотой червонец – предложил я.

– Десять червонцев! – потребовал старик. – И забирай ее навсегда.

– Хорошо, договорились. А другие женщины найдутся? – спросил я.

– Есть еще два десятка – возьмешь? – спросил Нгомо.

– Возьму, им деньги надо будет платить? Или тебе? – спросил я новоиспеченного сутенера.

– Не надо им ничего платить – кормите и одевайте, пусть по хозяйству работают и ваших мужиков ублажают. А мне деньги отдашь за них, по десять червонцев за каждую, и они твои! – выдал свои условия старик. Похоже он их просто в рабство продавал.

– Ну раз я у тебя купил пострадавшую, то все ее претензии я с ней сам решу. Держи пять червонцев за эту девицу, приводи, тогда рассчитаюсь полностью. Остальных приводи, только я сам их осмотрю – старух и малолеток брать не буду. Да и уродин тоже – предупредил я Нгомо. Нгомо развернулся и быстрым шагом ушел в буш.

– Ваше Величество, здорово вы торгуетесь – засмеялся Слава Крылов, управляющий рудником. – Меня он даже слушать не стал – только требовал выдать этих ублюдков.

– В разных племенах разные нравы, в этом патриархат. Есть племена с матриархатом, но и там и там женщин не очень ценят. В рабство в первую очередь мужчин угоняют – ответил я. – А тут достаточно выгодная сделка – десять грамм золота за женщину. А что собираетесь делать с этими тремя татарами?

– Надо бы вводить телесные наказания – пару десятков ударов плетью было бы достаточно для осознания ошибки. Они африканцев за людей не считают. Да они вообще мало кого за людей считали, пока сюда не попали – ответил Крылов.

– Поселишь женщин в отдельном бараке, вечерами устраивай танцы – в качестве поощрения выпускай на них пленных, понемногу – женщин всего двадцать будет, а у тебя три сотни мужиков. Пусть на танцах подбирают себе пару, у африканок пока нет еще понятий брака на двоих. У них коллективный брак – одна деревня – одна семья. Поэтому они не будут привязываться к одному мужчине. Ну а как забеременеют – отправляй в Кейптаун на самолете, там им найдем легкую работу и поможем родить ребенка.

– А можно мне из них себе наложницу выбрать? – загорелись глаза у Крылова.

– А кто тебе раньше мешал это сделать? – удивился я. – Съезди в деревню и выбери себе по душе девицу, заплати выкуп и забирай.

– Хорошо, что-то я раньше об этом не подумал, пока эта история не случилась. А зачем вы так тратитесь на пленных – шлюх для них покупаете? – спросил Крылов.

– Да понимаешь Слава, недотрах мужиков может доводить до крайностей. Пусть после работы разряжаются, только ты заставляй их платить за это деньги – по рублю за сеанс, чтобы женщинам интересно было. Я попрошу нашего министра здравоохранения к вам прислать бригаду медиков осмотреть всех пленных на предмет здоровья, а то мало ли у них болезней имеется. Не хватало еще получить рассадник сифилиса или СПИДа! В общем пока баб отдели от мужиков, пока их медкомиссия всех не осмотрит, в том числе и баб – попросил я. – Будешь поощрять ударников труда внеочередными увольнительными на танцы с бабами.

– Понятно, согласен с вами, спокойнее будут работать, меньше конфликтов будет – согласился Крылов.

– Нам по идее бордели надо открывать в Кейптауне, у нас три тысячи холостых мужиков. Хотя славянских баб уже хватает – набрали из рабов в Крыму, но не все мужики хотят строить длительные отношения, брать их в наложницы. Им кажется, что это не их уровень истинным дворянам в жены брать крестьянок – усмехнулся я. – Хотя они не понимают, что другие-то вряд ли найдутся тут. Да и не все крестьянки готовы быть наложницами, а в первые жены их не зовут.

– Да, проблема – согласился Слава.

– Я заберу у тебя этих трех придурков, отвезу их в Александер-бэй, там поблизости нет деревень, некого насиловать – усмехнулся я. – Объявите им, что за этот преступление им придется теперь работать на рудниках десять лет дополнительно без всякой зарплаты.

Вечером, вернувшись домой, я рассказал об этой истории Марии, она нахмурилась.

– Глеб, это напоминает вовлечение в проституцию! – возмутилась она.

– Ну ведь все будет добровольно – возразил я.

– Проститутки тоже добровольно обслуживают клиентов – стояла на своем Мария.

– Ну мы же их заберем оттуда, как только забеременеют, будут в Кейптауне жить и работать – возразил я.

– Опять проституцией заниматься? – настаивала Мария.

– Почему, другая работа найдется – стоял я на своем. – Они просто добровольно выбирают себе сексуальных партнеров.