Валерий Кобозев – Портал в параллельный мир (страница 23)

– Так вот, по этому поводу и звоню. Жалуются на твоих – мол, не дают доступа к своим новинками, КГБ поставило охрану, – озвучил проблему Горячев.

– Василий Степанович, а во времени для расчетов ваших ученых ограничивают? – уточнил Лигачёв.

– Да нет, на это не жаловались. Даже сообщили, что месячный объем расчетов за сутки сделали.

– Ну вот, видишь, учёные твои довольны, машина в тридцать два раза быстрее считает – месячный объем делает за сутки, не вижу никаких проблем, – улыбнулся глава Томского обкома. – А насчет секретности аппаратуры, ты сам знаешь, этим КГБ занимается, им виднее…

– Ну да, ты прав, если ограничений на машинное время не ожидается, чего им ещё надо? – пробурчал Горячев. – Спасибо, что выручаете нас!

– На том стоим, взаимопомощь и взаимовыручка! – ответил Лигачёв, прощаясь.

– Отбил атаку! – усмехнулся он, положив трубку.

После этого разговора в НИИПМ добавилось командировочных из академгородка Новосибирска, но машинный зал они штурмовать больше не пытались.

Работа шла потоком. Алексей с утра набивал флешку данными, – до десяти стомегабайтных дисков иногда приходилось переписывать, уезжал на автобусе к себе домой «перед ночной сменой», а утром переписывал данные с флешки вновь на диски. Вчерашние клиенты уезжали домой, а с утра уже стояли в очереди новые.

Алексей ограничил заказчиков только программами на Фортране, ему хватало забот с одним компилятором.

Разговоры о нелегальном приобретении американского суперкомпьютера СDС-6600 в научном совете Новосибирского академгородка сами собой стихли, надобность в нём отпала.

Алексей с Ильёй предложили Миронову привлечь к работе ещё одного специалиста – Александра Горынина, системного программиста из ВЦ Томского НИИПМ.

– Парень грамотный, интересуется вычислительным процессом, сам может догадаться, что не БЭСМ-6 решает задачи, – пояснили они. – Да и нам помощь хорошего специалиста не помешает…

Миронов не возражал, но рекомендовал получить на это согласие первого секретаря обкома партии.

– Хорошо Алексей, я поговорю с ним, – кивнул Лигачёв, выслушав просьбу. – Пригласи его к себе домой как-нибудь, и я к тебе загляну. Посмотрю, что этот Горынин из себя представляет…

– Егор Кузьмич, а можно тогда завтра, в обеденный перерыв? – спросил Алексей.

Лигачёв заглянул в свой блокнот, сверился со списком дел, кивнул:

– Давай, в 12-30 я подъеду, а вы немного пораньше, будьте уже там… Но ничего ему не рассказывай и не показывай, пока я с ним не поговорю, – предупредил он.

***

– Здравствуйте, товарищи! – поздоровался Лигачёв, войдя на следующий день в дом Алексея вместе со своим помощником Сироткиным.

Хозяин вместе с гостем в это время пили чай на кухне.

– Доброго дня, Егор Кузьмич! – бодро подскочил Алексей.

Побледневший Горынин, привстав со стула, выдавил тихое «Здрасте…»: парень никак не ожидал встретиться вот так, лицом к лицу, с всесильным главой областного комитета КПСС.

Махнув рукой – присаживайтесь! – Лигачёв сам сел за стол.

– Насколько я знаю, Александр, вы в последнее время активно интересовались, каким образом в вашем ВЦ изменился вычислительный процесс. Это так?

– Это я так, по работе… – смутился Горынин.

– Думаю, не стоит вам напоминать, что вы не должны никому рассказывать о том, что происходит в вычислительном центре, – с нажимом сказал Лигачёв.

Под его пристальным взглядом Александр чувствовал себя, словно на допросе у следователя.

– Да, понимаю… Но я только в рамках своей работы интересовался, ничего более, – упрямо стоял он на своём.

Егор Кузьмич усмехнулся. Помолчал с минуту, тяжелым взглядом сканируя Горынина. Затем принял решение.

– Алексей и Илья выполняют по заданию обкома партии определенную работу. Придёт время – все узнают, какую именно. Если вы хотите участвовать в этом секретном проекте, мы можем с вами обсудить детали, – предложил Лигачёв. – Но это наложит на вас ещё более жёсткие обязательства по сохранению секретности, вы должны это понимать. Все контакты ваши будем проверять, перемещения – контролировать. Готовы на такой режим работы и жизни? – спросил он.

Ждать ответа долго не пришлось.

– Мне очень интересно, чем занимаются Илья и Алексей, поскольку я обнаружил, что объем сделанных ими вычислений превышает вычислительный ресурс десятка БЭСМ-6, и это не связано с дисками. Да, я хотел бы участвовать в этой работе, несмотря на некоторые ограничения моей свободы перемещения и контактов, – отчеканил Александр, смотря прямо в глаза Лигачёву.

Было видно, что парень уже пришёл в себя после неожиданного визита главы обкома и сделанного им предложения.

– Завтра вы узнаете о принятом нами решении, – молвил Егор Кузьмич. – А сейчас отправляйтесь на работу, нам с товарищами нужно обсудить кое-какие моменты…

Александр встал из-за стола, попрощался со всеми и вышел из дома.

– Ну что я скажу тебе, Алексей, посмотрел я на Александра – вроде бы парень без гнили. Как он себя на работе проявил?

– Хороший специалист, постоянно совершенствуется, интересуется новинками. А тут такое происходит – конечно, он не мог пройти мимо…

– Ну, тогда и думать нечего, – решил глава обкома, – завтра пригласи его снова к себе. Скажешь, что случайно нашёл канал связи с иномирьем, что удалось подключиться к какой-то ЭВМ, благодаря чему задачи решаются легко и быстро. Только без подробностей! – наказал Лигачёв. – Всё это является государственной тайной, это я на полном серьезе говорю. А ты, Гена, – обратился он к помощнику, – завтра тоже подъешь сюда, возьмешь с Александра подписку о неразглашении…

***

На следующий день Алексей показал Горынину ноутбук и рассказал предложенную Лигачёвым легенду. Александр сидел ошалевший, с круглыми глазами.

– А что ещё ты там узнал? – ткнул он пальцем в экран ноутбука.

– Вы дали подписку, что вне ваших рабочих обязанностей не будете искать дополнительную информацию, – напомнил Сироткин, убирая в папку подписанную Горыниным подписку о неразглашении.

– Ой, просто всё так необычно…Больше не буду задавать лишних вопросов, – пообещал Александр.

Алексей показал ему, как взаимодействовать с сервером, нацелив на работу с компилятором Паскаля – многие программы новосибирцев были написаны именно на этом языке структурного программирования, их обрабатывали только на БЭСМ-6.

Через неделю Горынин уверенно правил исходные тексты программ заказчиков на Паскале в процессе их компиляции на сервере. А ещё через неделю он со своей флешкой стал регулярно приезжать на «ночную смену» в дом Алексея, где самостоятельно запускал на своём ноутбуке программы заказчиков с расчетами. Понятное дело, работал он под присмотром хозяина дома: как говорится, доверяй, но проверяй…

Глава 11

Контакт с Цвигуном

Миронов убедил Лигачёва как можно скорее решить вопрос с предателями Родины: надо было их убирать со своих постов, а многих – отдать под суд.

Первым, кого включили в этот список, стал Дмитрий Поляков. На этом настоял Валерий Иванович: в его мире Поляков был известен, с одной стороны, как ветеран Великой Отечественной войны, награждённый множеством боевых наград, генерал-майор ГРУ, а с другой – как шпион, много лет работавший на спецслужбы США. По некоторым данным, он выдал американцам полторы тысячи нелегалов из ГРУ и внешней разведки, его предательство нанесло ущерб СССР на сумму в несколько миллиардов долларов. Предателя расстреляли в марте 1988 года…

Поручив своим доверенным лицам найти информацию на Полякова, Лигачёв вскоре получил подтвержденные данные об его работе на спецслужбы США. Помогла помощь Миронова – ориентируясь на обстоятельства жизни Полякова в его мире, он подсказал, в каком направлении необходимо вести поиски.

Лигачёв вышел на Цвигуна, заместителя председателя КГБ, с которым был достаточно хорошо знаком, и передал ему папку с документами:

– На меня ссылаться не стоит, просто проверь эту информацию, – попросил он.

Через месяц Полякова взяли с поличным: его связь с американскими спецслужбами подтвердилась.

Цвигун лично прилетел в Томск, якобы с проверкой областного управления КГБ, но сам встретился с Лигачёвым, они вместе провели выходные на даче у главы обкома.

Здесь Лигачёв передал гостю материалы ещё на одного предателя – Николая Чернова. Как и Поляков, он был завербован американцами в начале 1960-х годов, и долгое время передавал спецслужбам США ценную информацию о советских нелегалах.

– Семён Кузьмич, проверь-ка этого человека, – попросил Лигачёв. – Только не спрашивай, откуда данные, не могу пока сказать. Может, это поклеп, а может, и правда. Но советую отозвать всех агентов, чьи данные проходили через него. На всякий случай…

На разработку Чернова потребовалось меньше месяца – по возвращении из Франции он был арестован.

После этой истории Цвигун стал частым гостем в Томске. В одну из встреч Лигачёв передал ему материалы на Олега Гордиевского, который в другом мире оказался завербован британской контрразведкой МИ-5.

– Вот еще один вероятный предатель. Сто процентов гарантии, конечно, нет, но проверить не мешает.

– Егор, ну скажи – откуда ты это все берёшь? – спросил Цвигун.

– Неужели это так важно? – улыбнулся Лигачёв, прихлёбывая вкусный ржаной квас из большой кружки.

– Конечно, важно! Я не могу скрывать источники информации от своего руководства.