Валерий Кобозев – Метеорит с начинкой (страница 18)

– Здравствуйте, мне пожалуйста двенадцать порций, – подала она талончики буфетчице.

Дородная женщина тепло улыбнулась и сказала:

– Сейчас, маленькая, накормлю вас. Поди для подружек берешь?

– Ну да, для одноклассниц – вон бегут.

И правда, девчонки, миновав финиш, не останавливаясь, побежали к буфету. Расхватали стаканы с горячим какао, кульки с горячими беляшами и пирожками, и пир желудка начался. А гомон стоял, как на птичьем базаре. Буфетчица с доброй улыбкой наблюдала за ними. И тут раздался голос из громкоговорителя: «Финишировал чемпион области Егор Симонов, мастер спорта. Он установил очередной рекорд области, побив свой прошлогодний рекорд!».

Девочки сразу повернулись к финишу, за ним на коленях стоял парень, пытаясь отдышаться.

– Так вот он же за мной гнался, – сказала Вика, рассмотрев парня. – И чего он тогда не бежит к буфету? – удивилась она. – И где его команда?

– Он, наверно, сам обжора, – прыснула Люда, староста класса, еще та ехидина.

Парня окружили какие-то серьезные люди, суя ему разные штуки, он выбрал бутылку с водой, его усадили на скамеечку, хлопотали вокруг него.

– Надо же, не добежал до буфета первым, а ему столько плюшек дают, – хмыкнула Зина, записная язва.

Все девчонки полегли от смеха. Ну они вообще-то смеялись по каждому поводу – что с них возьмешь, девочки. Через пять минут – девочки наблюдали за этим – парень отдышался и что-то начал выяснять. К нему подошли судьи и что-то стали показывать в бумагах. Потом они все вместе подошли к девочкам.

– Так девчушки, по номерам. Двести двадцать третий номер у вас пришел первым, по времени тринадцать минут, на первый юношеский разряд. Кто это у нас? – спросил солидный мужчина.

– Вот, Вика это, – Людмила с улыбкой вытолкнула Вику из толпы.

– Девочка, у тебя отличные результаты, ты почти на третий взрослый разряд пробежала! Не хочешь ли заняться лыжным спортом? – спросил мужчина. – Я Демьян Савельевич Симоненко, председатель секции спорткомитета по лыжному спорту.

– Да нет, я стрельбой занимаюсь, в секцию хожу, – отказалась Вика.

– Так у нас и биатлоном занимаются! Сразу и лыжи, и стрельба! – настаивал Симоненко.

– Постойте, она же за тринадцать минут пять километров пробежала! – вступил в беседу лыжник, от которого Вика убегала. – Олимпийский рекорд 1984 года 17 минут! Вы не понимаете, что ли?

– Ну что вы Илья, вы переволновались. Подумайте, это же был массовый старт, кто там смотрит за тем, кто вперед и насколько выбежал. Может, она на пять минут вперед всех выбежала? Это невозможно установить, – пытался успокоить спортсмена Симоненко.

Девчонки сразу зашумели – Ну что вы говорите! Мы вместе с Викой стартовали! – и они с любопытством наблюдали за разгоравшимися страстями, тихо хихикая.

– Я вообще-то в буфет спешила, девчонок накормить. В прошлом году эта саранча всё слопала, нам только голый чай достался, – оправдывалась Вика, показывая на окружившую буфет толпу школьниц. – Извините, я думала, что вы тоже в буфет спешите, накормить свою команду, поэтому и убегала от вас, – обратилась она к спортсмену.

Илья сел на снег и истерически засмеялся, закрыв лицо руками.

– Я ничтожество! – орал он. – Меня школьница обошла!

– Ну что вы? Я не хотела вас обидеть, просто в прошлом году так получилось, что нам голый чай достался, – оправдывалась Вика, повторяясь.

– Чего-то я не понял… Вы что, бежали впереди Ильи? – задумчиво спросил Симоненко.

– Да, он просил – «лыжню, лыжню!», а сам в буфет намылился, – буркнула Вика. – Ну я так думала. Ну и сама рванула в буфет. И нечаянно пропустила поворот на своей трассе. При возвращении, на пересечении трасс, присоединилась к своей группе, они мне сказали, что обо мне думают, раз я заплутала, не по той трассе побежала, и пнули меня дальше к буфету лететь. Ну я и успела! – довольно улыбнулась Вика, не понимая, почему ее одноклассницы падают от смеха.

Тут уже Симоненко сел на снег и закрыл лицо руками, трясясь от смеха.

– Да ну вас, чего надо мной смеяться? Подумаешь, заплутала! – обиделась Вика и, встав на лыжи и оттолкнувшись палками, полетела к выходу их парка. За пять минут она долетела до остановки троллейбуса, сняла лыжи и, сев на сиденье в дальнем углу троллейбуса, насупилась: «Вот и делай добро людям! – переживала она. – Ну подумаешь, заплутала! Все равно же успела!».

К ней подсел парнишка ее возраста.

– Привет! ГТО сдавала? – спросил он улыбаясь.

– Ну да, – ответила Вика, выпрямляя спинку. – А ты что – ездил смотреть?

– Меня Яша Кошкин зовут, – он наклонил голову в поклоне. – Ну, конечно, нет, тоже сдавал ГТО! Ну кто еще сюда сегодня поедет просто так?

– Я Вика, – девушка улыбнулась. – Сдал нормы-то?

– Да, там все сдают, в Новосибирске сложно найти человека, который на лыжах не бегает, – улыбнулся Яша. – Надеюсь, что ты тоже сдала?

– Да, чего их сдавать-то, – махнула рукой Вика, раздумывая – поделиться ей с ним своей историей или не стоит.

– У меня третий взрослый разряд – что там мне нормы ГТО, – махнул рукой Яша. – Что дальше собираешься делать сегодня?

– Хм, домой, в душ, потом не знаю, – ответила Вика. – Телевизор, наверно, посмотрю.

– О! У меня видак есть! Хочешь нормальные фильмы посмотреть? – спросил Яша.

– Это что? Фильмы для взрослых? – напряглась Вика.

– Да нет, что ты! Комедии, боевики, мелодрамы, – ответил Яша. – Мне, например, нравятся комедии с Пьером Ришаром – «Игрушка», «Блондин».

– Я в кинотеатре эти комедии смотрела, – сказала Вика. – Два раза их смотреть скучно.

– А, тогда… – Яша завис, перебирая в голове имеющиеся у него кассеты с фильмами. – «Терминатор» – это фантастический боевик, смотрела?

– Нет, еще не смотрела, – сказала Вика.

– Поехали, посмотрим! – пригласил Яша.

– Нет, что ты! Мы с тобой первый раз увиделись, и как ты это себе представляешь? Чтобы я к тебе сразу домой поехала? – отказалась Вика.

– Ну да, как-то неправильно это будет, – согласился Яша, улыбнувшись. – А у тебя телефон дома есть?

– Есть, – улыбнулась Вика, реакция у парня была правильной. – Запоминай, – и она продиктовала ему свой номер телефона.

– Ты в какой школе учишься? – спросил Яша и дальше понеслась бесконечная беседа девушки с парнем, которые благоволят друг другу.

Глава 8. Егор Махин

Приехав в Новосибирск, Егор Махин сразу завербовался работать на нефтепромыслы «на севера», надо было заработать денег себе на квартиру да и просто на жизнь. Через год, летом 1986 года он вернулся в Новосибирск. Работал на разных вахтах без перерывов, заработал шесть тысяч рублей, на кооперативную однушку вполне хватит. Но возникла другая проблема – за год Егор сильно помолодел, примерно до двадцати пяти лет, и фотография в паспорте, да и сам паспорт с возрастом сорок один год были уже подозрительны.

Пришлось ему вновь обратиться за помощью к Марфе. В Красноярск поехал на поезде, где документы не спрашивали. Марфа его сразу и не узнала, помогло лишь то, что она знала его с этих лет, и в конце концов все же поверила, что перед ней Егор. Он объяснил ей проблему и вновь попросил помочь ему. На этот раз ему не было необходимости прятаться, он снял квартиру недалеко от Марфы и стал ждать подходящего варианта документов. Теперь ему нужны были и паспорт, и военный билет – в СССР по-другому никак нельзя.

Егор предупредил Марфу, что заработал достаточно денег на севере, если нужно заплатить – пусть не стесняется, он еще заработает. Марфа сообщила, что надо будет заплатить тысячу рублей – санитарам в морге, которые документы подменят, ну и паспортистам тоже, чтобы молчали.

– Егор, я приду к тебе сегодня в обед, ужасно скучала по тебе, – сообщила Марфа. – Через неделю у Никиты будет вторая смена, буду заходить после работы. Ты не против?

– Да нет, приходи Марфа, у меня никого нет. Я тоже скучал без тебя, – ответил Егор с улыбкой.

Прошло три месяца, прежде чем Марфа нашла подходящий вариант, точнее он сам всплыл в реке. Документы были при трупе, и паспорт, и военный билет, только сильно размокшие. В базе данных УВД покойник не числился в розыске – похоже, что у него совсем не было родственников. Это было как нельзя кстати – Егор подал заявление о замене паспорта ввиду его непригодности, заплатил штраф и получил новенький паспорт со своей фотографией, также заменил военный билет отслужившего рядового стройбата, хотя сам Егор отслужил в спецназе разведки. А покойник поехал в морг с документами Крошева Семена Аркадьевича. По трупу, пролежавшему в воде месяц, трудно было установить его возраст, даже если этим задаться. А это никому не надо было.

– Егор, ты должен понимать, что фотография Романа имеется в месте выдачи паспорта, в Мариинске, где он был прописан. Так что у тебя документ на руках действительный только до первой серьезной проверки. А такую проверку проводит КГБ при оформлении загранпаспорта. Чтобы все было чин чином надо карточку в Мариинске подменить, но у меня там завязок нет. Об этом уже сам позаботься, – рекомендовала Марфа. – Но по его размытому фото на паспорте и военном билете трудно отличить тебя от него – оба молодые, славянской внешности. Может и прокатить, но рисковать не советую.

– Марфа, я понимаю, он же еще в армии служил, и там куча сослуживцев, еще работал два года. Поеду подальше от этих мест, дай бог не встречу никого из старых знакомых. Ясно, что серьезную проверку я не пройду. К тебе просьба: подбери для меня другой паспорт – может за год-два удастся, с чистой биографией, чтобы все было известно об этом человеке. Я заплачу, сколько скажешь, – попросил Егор.